Руководителем федерального надзорного ведомства в регионе Александр Тюрин был назначен в мае этого года. Должность, действительно, стала для него новой, но вот сфера деятельности Ростехнадзора была знакома по прежней работе в Федеральной службе. Кроме этого, Александр Тюрин имеет опыт управления миллионным городом. В 2003 году в качестве и.о. главы администрации Волгограда он занимался в том числе подготовкой ЖКХ Волгограда к осенне-зимнему периоду. Вполне логично, что, придя в Ростехнадзор в начале мая, Александр Тюрин первым делом обратил внимание на то, как коммунальщики справляются с поставленными перед ними задачами. Судя по результатам проведенных проверок и выводам, представленным инспекторским составом управления, Александр Тюрин посчитал необходимым рассмотреть сложившуюся ситуацию в ЖКХ Волгограда на внеочередном заседании Совета безопасности Волгоградской области.

– Александр Викторович, полгода назад вы стали руководителем Нижневолжского управления. С какими сложностями пришлось столкнуться, что пришлось решать в срочном порядке?

– Самой главной задачей, которую мне пришлось решать, стало приведение в соответствие с действующим законодательством работы экспертных организаций, страховых компаний и учебных центров. Я добивался и добился, чтобы у нас не было огульных экспертиз от экспертных организаций. Чтобы страховые компании, которые страхуют опасные производственные объекты, отвечали по рискам. Мы провели мониторинг документов за прошлые годы и посмотрели, какие компании занимались страхованием опасных производственных объектов. Оказалось, что данные страховые компании не располагали достаточными средствами компенсировать свои обязательства на случай аварии. На это обстоятельство мы обратили самое серьезное внимание. Необходимо, чтобы каждое предприятие не только знало, у кого оно страхуется, но чтобы это была солидная организация, а не, как говорится на современном языке, «помойка», которая преследует чисто коммерческие цели. Нас как надзорный орган устраивать такой подход никак не мог. То же самое с экспертными организациями. Необходимо, чтобы экспертные компании в первую очередь отвечали всем требованиям законодательства. Они должны иметь необходимое оборудование и технику, чтобы проводить экспертизу качественно, а не «на коленках». Есть и те, кто либо в бинокль рассматривают тот или иной опасный производственный объект, либо вовсе не считают нужным выезжать на его месторасположение. Экспертные организации – это, прежде всего, высококлассные специалисты, совершенствующие свои знания из года в год. Не говоря уже о том, что их работа обязана соответствовать требованиям, предъявляемым современными техническими регламентами. Считаю, что это одна из главных задач в деятельности Ростехнадзора.

– Задачу удалось решить?

– Безусловно. Буквально перед вами ко мне на прием пришел один из руководителей экспертных организаций, который занимается этим видом деятельности с 1992 года. Мне было особенно приятно услышать его слова: «Мы на рынке экспертных услуг уже 16 лет, а всерьез на нас обратили внимание только с Вашим приходом. До этого нам казалось, что мы уже все знаем и все умеем. Мне пришлось провести серьезное совещание со своими специалистами, сказать им, что они подзабыли правила, не отслеживают изменения в законодательстве, и что все требования, предъявляемые к нам Ростехнадзором, обоснованы. Поэтому давайте перестраиваться, чтобы работать так, как требует надзорный орган». Казалось бы, экспертная организация, которая столько лет работает на этом рынке. Обычно у нас как бывает? Начинают говорить: «Нам уже столько лет! Мы все знаем! Мы все умеем! Вы к нам предвзято относитесь!». А здесь, наоборот, звучат слова благодарности. Мы ведь ставим себе цель, чтобы была грамотная, своевременная экспертиза. Это залог нашей с вами безопасности, безопасности персонала на опасных объектах заводов и фабрик. Поэтому к экспертизе мы и проявляем такое повышенное внимание. Эксперт дает свое заключение, в котором определяет срок службы устройства, объекта или технологического оборудования. Если эксперт дает заключение, что оно прослужит еще год-два, а оно на следующий день взрывается, это говорит о качестве экспертизы и квалификации эксперта. Здесь вопрос безопасности очень важен.

– Но как можно проследить за качеством работы эксперта? Направить за ним по следу еще одного?

– На сегодняшний день я поставил задачу такую: по моему приказу вместе с инспекторским составом проверять опасный производственный объект идет независимый специалист-эксперт. Теперь не просто приходит инспектор и проверяет документы и визуально смотрит на объекты: «была у вас экспертиза? Была? Ну и хорошо. Так и запишем». В проверке участвует специалист-эксперт. Он не только делает свою работу, но и проверяет выполненную ранее экспертизу. Уже есть примеры, когда выясняется, что предыдущая экспертиза выполнена формально, не соответствует действительности. А раз она не соответствует действительности, значит, возможна любая авария, любая катастрофа. Конечно, это не всем нравится. Некоторые предприятия, чтобы сэкономить деньги на безопасности персонала, приглашают каких-то случайных экспертов и говорят: «Слышь, Вань, ты мне напиши заключение, а я тебе за это заплачу какие-нибудь копейки. Тебе будет хорошо, и нам хорошо». Нет. Экспертиза должна быть реальной. Нельзя провести, условно говоря, осмотр здания или сооружения за три копейки. И нельзя провести экспертизу какой-нибудь мелочевки за миллионы. Если такое происходит, то значит, кто-то преследует свой интерес в ущерб промышленной безопасности. И на эти вопросы мы должны обращать пристальное внимание.

– Эти «вопросы» уже появились к каким-либо конкретным волгоградским объектам?

– Да, появились. Только недавно мы закончили проверку одного из металлургических предприятий. В результате выдали им предписание о приостановке целого ряда станов. Сейчас они наш акт изучают. Вопросы есть и по энергооборудованию, процент износа достаточно высокий. Мы сегодня ставим задачу: обязать собственника вкладывать деньги в безопасность производства, в его модернизацию, в реконструкцию и замену старого оборудования, внедрение современных технологий. Чтобы и людям было безопасно работать на предприятиях, и выпускаемая продукция была конкурентоспособна на рынке. Выжимать из старого оборудования тот или иной вид продукции, во-первых, небезопасно, а во-вторых, это путь в никуда. Требования Ростехнадзора – это требования государства. На рынке должны быть качественные товары, а производство должно быть безопасным для окружающей среды, для тех, кто непосредственно работает на заводе, и для тех, кто живет рядом с предприятием.

– Недавно вы изрядно «взбодрили» администрации Волгограда и Волгоградской области, предложив созвать Совет безопасности региона для рассмотрения вопроса о возможности введения в городе режима чрезвычайной ситуации в связи с неготовностью к зиме. Насколько серьезной, по вашему мнению, продолжает оставаться обстановка в городе сейчас, когда отопительный сезон уже начат?

– Ситуация продолжает оставаться очень серьезной. Басню ведь в свое время не зря писали: «Лето красное пропела, оглянуться не успела, как зима катит в глаза». Я не случайно назвал условной готовность городского хозяйства Волгограда, котельных, тепловых и электрических сетей к осенне-зимнему периоду. Смотрите. В документах администрации было представлено, что процент износа городских сетей составляет 68 процентов. Допустим, есть полностью гнилая труба. Но в том месте, где появился конденсат или образовалась течь, рабочие поставили латку. По мнению чиновников, в процентном соотношении труба стала целой. Но на самом деле ведь не так! Износ трубы продолжает оставаться почти 100%. Мы об этом говорили все лето. Писали письма, предупреждали, проводили совещания с главами муниципальных образований, с эксплуатирующими и обслуживающими компаниями, прочими структурами, которые ответственны за эту работу. Воз, как говорится, и ныне там. Они называют причину – нехватка средств на выполнение наших предписаний. Но это ведь не должно служить оправданием. На то они и власти, чтобы находить деньги и готовить к осенне-зимнему периоду инфраструктуру мегаполиса или городских поселений, как того требует закон. Практика показывает, что аварии в зимний период не только обходятся дороже, но и могут нести чрезвычайный характер. Мы проводили совещания с представителями муниципалитета, требовали от них принять меры, выносили предписания в адрес коммунальных предприятий. Ситуацию усугубляет и факт отсутствия в Волгограде легитимного коммунального оператора: как известно, суд вынес решение не в пользу КТВ. Таким образом, к началу отопительного сезона предприятия, по закону ответственного за подачу тепла волгоградцам, как не было, так и нет. Данные обстоятельства послужили поводом для решительных действий. Поскольку готовность ЖКХ Волгограда к зиме в имевшемся процентном соотношении, безусловно, носит чрезвычайный характер и не может устраивать нас как федеральный орган исполнительной власти, мы внесли предложение рассмотреть положение дел на заседании Совета безопасности региона.

– Говорят, что из-за этого на совещании у главного федерального инспектора возникли разногласия между вами и губернатором Волгоградской области Николаем Максютой, якобы обвинившем вас в искажении ситуации с ЖКХ Волгограда. Это так?

– Любые разногласия между здравомыслящими людьми разрешаются в ходе обсуждения проблемы. Я надеюсь, мы с губернатором поняли друг друга.

Я руководствовался фактами и данными, которые получают экспертные организации, наши инспектора. При желании они легко проверяются. Более того, эта информация была предоставлена региональным и местным властям за моей подписью. Я выполняю свой долг государственного чиновника и гражданина. Не более и не менее. Считаю, что те задачи, которые на меня возложены федеральным центром, моим ведомством, Правительством Российской Федерации я выполняю как положено. А если кто-то хочет придать данному инциденту вид скандала, ссоры и так далее, это его проблемы. Это зависит от понимания ситуации и от воспитания.

– Насколько нам известно, в октябре по иску Ростехнадзора суд приостановил работу котельной №1111 в Кировском районе, и рассматривается еще несколько аналогичных исков. Разве это не повод для той же мэрии заявить, что вы начали перед зимой «раскачивать лодку»?

– Вообще-то котельная №1111 на сегодняшний день работает. Ее никто не останавливал. Остановили только третий котел, который запускается при минус 15 градусов и служит резервом. Котельная может в принципе всю зиму отработать на двух котлах. Напомню, на этой котельной №1111 в прошлом году был взрыв. Нашими инспекторами и экспертными организациями вынесено предписание по выполнению компенсирующих мероприятий, в том числе и по этому котлу. А они их не выполнили. Поэтому нам ничего не оставалось, как запретить через суд эксплуатацию данного котла. Судья Кировского района подошел к вопросу объективно. Он рассмотрел все доводы и принял решение, что нужно выполнить компенсирующие мероприятия, поскольку данное оборудование должно соответствовать всем техническим правилам и нормам и работать в штатном режиме безопасно для работников и окружающей среды, подавая тепло населению. Что касается «раскачивания лодки». Городские власти прекрасно понимают состояние и уровень готовности городского хозяйства. Поэтому не надо перекладывать ответственность с больной головы на здоровую и дезориентировать общественность.