СЕЙЧАС +1°С
Все новости
Все новости

Волгоград должен вспомнить про деревья

Поделиться

Весна, как всегда, вскрыла множество проблем Волгограда, которые сводятся не только к разбитым дорогам. Все более актуальным становится вопрос озеленения. Областной центр пока не может похвастаться в этой сфере большими успехами: в городе недостаточно парков и скверов, состояние центральных улиц тоже оставляет желать лучшего, не говоря об отдаленных территориях, где зеленые благоустроенные оазисы становятся редкостью.

Почему вопросы озеленения уже долгие годы отодвигаются на задний план и финансируются по остаточному принципу? Почему новопосаженные деревья, кустарники и цветы зачастую не приживаются в Волгограде? Что стало с когда-то успешной системой озеленения города, что необходимо сделать для того, чтобы Волгоград стал красивее, и многом другом V1.ru рассказали ученые, сотрудники ВНИАЛМИ.

– В Волгограде уже не первый год стоит вопрос озеленения города. На ваш взгляд, почему решение данного вопроса до сих пор остается безуспешным, что делается не так? Может давно пора в корне поменять подход к проблеме?

Александра Семенютина, заместитель начальник отдела биологии древесных растений ВНИАЛМИ, доктор сельскохозяйственных наук: «Проблем много. На самом деле существует целая система озелененных территорий. Сюда входят насаждения общего, специального и ограниченного пользования. Есть еще внутригородская система, зоны вокруг города. Все эти насаждения должны выполнять ряд функций: градостроительнообразующую, рекреационную, микроклиматическую. В настоящее время все это почему-то не работает. Возможно, потому, что сегодня к этой сфере нет системного подхода. Если разбирать ситуацию в целом, то мы можем найти множество нюансов, из которых мы получаем то, что имеем.

Можно привести в пример то, что у нас существует множество организаций, занимающихся озеленением, но в этих фирмах, к сожалению, зачастую работают специалисты, не имеющие профильного образования. Среди них можно встретить историков, филологов и многих других. Такие сотрудники, сажают что угодно и где угодно, поэтому растения не адаптируются и, как следствие, не приживаются. Мало того, что посадили не то, что нужно, к каждому растению необходимы свои требования, которые зачастую не исполняются. Существуют нормы, СНИПы, где, что и как следует сажать. Что же касается адаптации растений к нашему климату, приспособлены они или нет, этим как раз занимается наш институт ВНИАЛМИ, у нас есть разработки, есть соответствующие рекомендации, есть питомник и уже полностью адаптированный ассортимент растений, который мы можем предложить. Но зачастую люди не хотят прислушиваться.

В 90-е годы стали покупать все, что заблагорассудится, не задумываясь о последствиях. И зачастую речь идет не о частных территориях, коттеджах, где человек может высадить растения на свой юбилей, заведомо зная, что они вскоре погибнут, а в следующем году он купит новые, более экзотичные. Не редкость, когда, так называемую экзотику, пытаются вырастить в общегородских масштабах. И это никуда не годится.

Помимо этого существует вполне распространенная проблема: посадили и забыли, фирма выполнила свой договор, и на этом все. Но перед тем как заниматься таким важным делом, нужно решить много других вопросов. И большой головной болью у нас является система полива. Все старое уже отжило свой срок. Новое – дорогостоящее удовольствие. Именно поэтому теперь даже бабушки не так следят за растениями у подъезда, как раньше. В садиках и школах теперь тоже гораздо реже ведется работа по озеленению и благоустройству территории.

К сожалению, все сводится к финансовой стороне. Следовательно, мы должны думать о том, чтобы насаждения выполняли не только социальную, экологическую, но и экономическую функции. То есть мы можем посадить очень дорогостоящие растения, но мы не так уж и богато живем. Поэтому необходимо соизмеряться. Да, мы можем сделать красивым только маленький кусочек, но нам нужно стремиться облагородить весь город. Нужен подход, планирование. Иногда у нас много денег тратится на уровне проектов, которые потом ни чем не сопровождаются. Кроме того, было не плохо, если бы фирма, занимающаяся тем или иным участком, на протяжении нескольких лет была закреплена за этой зоной согласно договору. В целом, нам нужно оптимизировать природоохранные службы, потому что озеленение это самый дешевый способ улучшения экологической ситуации, особенно в наших сложных климатических условиях».

Владимир Кубраков, и.о. директора ВНИАЛМИ, кандидат сельскохозяйственных наук, заслуженный агроном Российской Федерации: Я чистый производственник, агроном. Но судьба распорядилась так, что меня пригласили на эту должность. Здесь очень много вопросов, которые мне интересны, и я с удовольствием работаю. Не секрет, что в системе озеленения не простая ситуация, но как уже было сказано, все сводится к финансам. Но несмотря на это, возможность сделать лучше есть. Некоторые вопросы нам помогают решить наши друзья, фермеры. Они идут нам на встречу, помогают удобрениями для посадки. Например, в прошлом году, нам удалось изыскать средства на посадку 87 роз, все они прижились. Мы попросили у друзей удобрений и высадили 27 можжевельников. Я хочу сказать, что, несмотря на ограниченные возможности, можно изыскать средства. На мой взгляд, было бы не плохо, если бы власти обязали всех предпринимателей высаживать на их территории растения. Например, открыл человек киоск, пусть обрамит прилегающий участок зеленью, посадит 10 можжевельников. Это значительно улучшит ситуацию. Если предприниматель не знает, где взять растения, пусть обращается к нам.

Что касается финансирования, то действительно, средства должны тратиться более разумно. Очень больно смотреть, когда с намерением сделать благое дело были высажены тополя, а потом про них тут же забыли. Я постоянно это вижу. В данном случае, хотелось бы сказать, что лучше сажать не крупномер, а нечто поменьше, что легче приживается. Это чисто технологический момент. В частности, должен быть жесткий спрос. Не надо сразу сажать сотню деревьев, посади сначала 25, но доведи их до приживаемости, они схватятся и через два года пойдут сами. Очень обидно, когда про деревья забывают, поэтому не надо страдать гигантоманией.

Еще один, на мой взгляд, важный недостаток которым страдают как отдельные люди, так и организации. Мы закупаем все, что привезли с Северного Кавказа. Безусловно, все это очень красивое по формированию крон, по высоте, по равномерности. Но нам везут это оттуда, где это легко выращивается. У нас же другой климат, тяжелые почвенные условия, плодородие не самое лучшее. Подумайте, как тяжело южанину переехать на север. Местная адаптация с тяжелыми условиями очень важна. Можно, конечно, нянчиться, и растение приживется. Но гораздо проще, когда иногороднее растение выращивается здесь из семени. У нас много таких растений, выращенных в наших условиях, зимой, когда были низкие температуры, они адаптировались.

В процессе озеленения немаловажно приучать школьников к природе. Сейчас, конечно, не то время, но я вырос на том, что мы ежегодно высаживали деревья. Это было и социальным воспитанием, и прививанием к труду и значимости зелени. Сейчас, мне кажется, этому гораздо меньше уделяется внимания. Но можно было бы озадачить те же самые школы, вузы.

– В Волгограде используется исключительно варварская топпинговая обрезка деревьев, почему?

Александра Семенютина: «Мы потеряли время. У нас все деревья послевоенной посадки и 70-х годов, нового ничего не делалось боле 30 лет. Как результат – деревья стали одновременно стареть. Мы потеряли время, поэтому пришли к единственной, омолаживающей обрезке. Но и это делают у нас не надлежащим образом. У нас много сухостоев. Можно было бы делать омолаживающую обрезку на одну треть кроны, и все, но у нас опять или денег нет в бюджете, или еще что-то, поэтому ждем, пока все усохнет, и срезаем все целиком, так что один крючок остается от дерева. Все обращают на это внимание. Но я полагаю, что в ближайшее время эти вопросы будут разрешаться, потому что они касаются нашего отдыха, нашего здоровья. Сейчас просто наблюдать и мониторить ситуацию уже нельзя. Зачастую у нас проводят месячники, но это больше показательное выступление общественных организаций перед прессой. А работы надо проводить постоянно.

Можно поставить в пример аграрный университет, который в последние годы сделал хорошую реконструкцию. Раньше там были высыхающие растения, вяз, тополь, а теперь там растет много кустарников, ива, хвойные, можжевельники, там также пейзажные уголки сделали. Хотелось бы подчеркнуть, что все это должно быть на газоне. Красивые растения без газона – это все-равно, что в вашей комнате много красивых картин, но нет света.

Хотелось бы подчеркнуть, что нужно больше внимания уделять деревьям. 30-40 лет жизни дерева – это тебе не каждый год тратиться. Поэтому без них нельзя. Но у нас должна быть многоярустность, газоны, цветники. Тогда мы будем видеть свой город ухоженным, красивым».

– Помимо общегородских проблем в системе озеленения, существуют и региональные, в частности, хотелось бы узнать, что происходит с лесополосами в Волгоградской области?

Владимир Кубраков: «Сегодня в агролесомелиорации, агропромышленном комплексе существует множество проблем. Парадоксально, но мы в период послевоенной разрухи нашли возможность финансирования создания государственных лесополос, а сейчас, к сожалению, мы больше уповаем на футбол, хоккей и все остальное».

Александр Манаенков, доктор сельскохозяйственных наук, заслуженный лесовод РФ: «Очевидно что нагрузка на природную экосистему все время возрастает, устойчивость их подрывается, идет, по сути-дела, сокращение самого большого национального богатства – земельных ресурсов страны. В деле стабилизации, блокирования этого процесса, восстановления нарушенных ландшафтов большую роль играет защитное лесовозведение. По сути без них эффективность любой государственной, региональной программы по охране окружающей среды малоэффективна. С одной стороны, общезащитные лесовозведения являются наиболее дешевым, с другой стороны, более долгодействующим экологическим средством воздействия на природные ландшафты. Это давно уже понимают во всем мире. Кстати, родина лесозащитного возведения – Россия. У нас все это возникло, развивалось, и даже в самые трудные годы работа не прекращалась. После Второй мировой войны в стране был принят план преобразования природы, план полизащитного лесовозведения, обводнения, создания прудов и так далее. Государство в этот очень сложный период пошло на большие затраты и создало центральный орган государственного значения, местные органы, производственные структуры и лесозащитные станции.

Если посмотреть на историю этого вопроса, работы по защитному лесоразведению у нас имеют волнообразный характер. То объем работ наращивается быстрыми темпами, то резко происходит спад, налетают пыльные бури, улетает плодородный слой. Вскоре все вспоминают об этом, и лет 10-20 занимаются, а после забывают вновь. Я говорю о том, что наиболее важным полезащитным сектором лесовозведения является разведение лесных полос.

Этот волнообразный характер создания приводит к тому что лесополосы волнообразно стареют, и поскольку новые культуры уже не создаются, то все это моментально стареет и распадается. В частности, на территории нашей области в предельном возрасте находится большая часть защитной среды. Чем южней, юго-восточнее, засушливее климат, тем продолжительность жизни древостоев меньше, они раньше стареют, быстрее распадаются. Нарастает кризис.

– Сколько примерно времени понадобится, чтобы восстановить то, что мы раньше имели?

Александр Манаенков: «Если, как сейчас, ничего не предпринимать, понадобится 50 лет. Таким образом, мы столкнемся с грандиозной проблемой искусственного восстановления природы на большой площади. Для этого потребуются очень большие затраты, которые можно сравнить с затратами на ликвидацию крупной катастрофы или даже локальных войн. Примерно такой ущерб будет нанесен.

Лесонасаждения живут долго, и люди стали думать, что они вечные. Это сложно преодолеть, особенно в структурах власти. Я уже сказал, что вот-вот наступил момент, когда у массы деревьев наступит предельный возраст, основные части насаждения просто переступят рубеж своего долголетия и начнут разрушаться. Чтобы этого не произошло, наш институт давно бьет набатом тревогу, стучится во все органы. Нами разработана стратегия развития защитного лесоразведения до 2020 года. Существует проект закона для защитного лесоразведения, который уже лет 15 лежит в думе, и ему не дают ходу на реализацию, потому что надо выделять деньги.

Особенно обидно со стороны наблюдать, что мы теряем землю. Мы строем стадионы, какие-то площадки одноразового значения. Получается, что эти объекты многократно дороже, чем стоимость этих мероприятий по наведению порядка в части землепользования, охраны почв, состояния защитных насаждений на нашей земле.

Разработан, кстати, свод правил по содержанию защитного лесоразведения, назначения которого, как-то навести порядок в том хозяйстве которое мы уже имеем. Кто несет ответственность, кто выполняет работу, кто и из каких источников эти работы финансирует. Однако до сих пор даже этот свод правил с 2011 года не подписан. Понимаете в чем дело? Хотя стоило бы принять полноценный закон о защитном лесовозведении где будет прописано более широкий круг обязанностей, ответственности и отвод земель, потому что это задачи общегосударственные. Надеяться на частника не имеет особого резона, поскольку он живет более короткой перспективой».

Фото: Фото Евгения ЗОРКОГО

  • ЛАЙК0
  • СМЕХ0
  • УДИВЛЕНИЕ0
  • ГНЕВ0
  • ПЕЧАЛЬ0
Увидели опечатку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter