6 июля понедельник
СЕЙЧАС +27°С

Анна Кувычко vs Федор Литвиненко: быть или не быть мэру Волгограда?

В Волгограде состоялись первые публичные дебаты. Поводом для них послужили политические события в Волгограде и судьба всенародных выборов главы администрации Волгограда. В мероприятии приняли участие два депутата городской думы Волгограда: Анна Кувычко и

Поделиться

В Волгограде состоялись первые публичные дебаты. Поводом для них послужили политические события в Волгограде и судьба всенародных выборов главы администрации Волгограда. В мероприятии приняли участие два депутата городской думы Волгограда: Анна Кувычко и Федор Литвиненко.

Депутат Волгоградской городской думы Анна Кувычко: «Спасибо, что пригласили поучаствовать в столь необычном мероприятии, новом для Волгограда. Я очень надеюсь на интересную дискуссию, надеюсь, что в ее конце мы придем к компромиссу и сможем убедить друг друга в чем-то. Моя позиция простая – я поддерживаю прямые всенародные выборы. Моя позиция никак не менялась с момента ее появления, с момента проведения первых выборов. Абсолютно ясно, что народ должен выбирать тех людей, которые будут управлять им. Мы не должны нарушать основной демократический принцип, и я думаю, что никакие команды, спущенные выше, не должны влиять на то, что люди должны лишаться права избирать. Я за прямые выборы и против введения сити-менеджера».

Депутат Волгоградской городской думы Федор Литвиненко: «Я присоединяюсь к Анне Александровне в части приглашения. Честно, получив это приглашение, я был немного удивлен по нескольким причинам. Первая причина – это место проведения. Когда я узнал, что дебаты будут в ночном клубе, я сразу сказал, что если там будут голые женщины, я уйду. Но меня заверили, что все будет вполне пристойно. Я хочу сказать спасибо за то, что получил шанс пообщаться с людьми подготовленными, с теми людьми, которым небезынтересна дальнейшая судьба Волгограда и той власти, с которой мы будем жить. Мое отношение к выборам тоже простое. Я был одним из инициаторов разделения власти на территории Волгограда. А именно глава города и глава администрации города. Глава города олицетворяет власть политическую, глава администрации города – занимается хозяйством и экономикой.

Глава города избирается из числа депутатов, которые, в свою очередь, были избраны людьми на своих округах. Получается, что кандидат на должность главы города должен сначала избраться как депутат, а потом среди депутатов, среди равных себе, избраться на должность главы администрации. Сити-менеджером человек назначается по результатам конкурса, с ним заключается контракт. В свою очередь, в этом конкурсе имеет право участвовать любой житель Волгограда, который подходит по критериям. Он должен быть определенного возраста, иметь определенное образование, стаж работы и так далее. На эту должность могут претендовать люди, которые хотят выразить себя на месте главы администрации города, сити-менеджера, которые считают, что могут изменить жизнь города».

Вопрос из зала: «На ваш взгляд, каким образом должно происходить избрание или назначение губернатора при условии существования модели сити-менеджера?»

Ф.Л.: «Возврат выборов губернаторов и мэров городов – это волеизъявление большинства населения нашей страны. И тут я как представитель населения нашей страны обязан подчиниться этой воле. Но при этом я остаюсь при своем мнении и считаю, что неплохой идеей было бы губернаторов все же назначать. Но при этом следует исходить не из приближения кандидата к тому или иному лицу, финансовой или политической группе, а исходя из интересов жителей города, региона и так далее. Это будет единственно верная модель, и я надеюсь, что нам все же удастся дожить до нее».

А.К.: «Когда мы утверждали в городе систему сити-менеджера, в регионе вообще не стоял вопрос о выборах главы региона. Мы, депутаты, фактически приняли решение, не спросив мнения большинства наших жителей. Мы ввели институт сити-менеджера тогда, когда в регионе губернатор назначался сверху. Наши жители сразу же потеряли право выбирать единственно возможную фигуру в городе. Вот таким вот волеизъявлением моих коллег жители были лишены права вообще приходить на избирательные участки. Что же касается нас, депутатов, согласна, мы все избираемся, но давайте не смешивать понятия. Нас в думе 48 человек, и каждый избирается очень небольшим количеством людей, от 14 до 18 тысяч. Я не могу сказать, что люди, поддержавшие меня, поддерживают выборы и наоборот. А депутат городской думы – это еще не все жители Волгограда. Как проходят публичные слушания – у нас все знают. Поэтому я считаю, что то, каким образом была введена система сити-менеджера у нас в городе, абсолютно не соответствует никаким нормам – ни правовым, ни человеческим, ни политическим».

Ф.Л.: «Анна Александровна, вы достаточно молодая, интересная женщина, а рассуждаете как человек, который живет уже много-много лет, все видела, все почувствовала на себе и избрала единственно верное решение. Так вот, к сожалению для меня, но для вас, наверное, к радости, вы не имели возможности видеть в действии модель разделения властей. Вы тогда были совсем молодой, а я уже что-то соображал. Я жил в той стране, когда модель разделения власти давала определенные плоды для жителей страны и города. У нас был райком партии, где сосредотачивалась политическая жизнь, и райисполком, где занимались как раз хозяйством района. Потом был горком и горисполком. Была исполнительная власть, которой доставались шишки. Вместе с ними был и бюджет, и пятилетний план. За эти народные деньги спрашивали. Спрашивал кто? Человек из райкома, горкома и обкома. Высшее должностное лицо – секретарь обкома партии. Сейчас изменилось время, хотя мы живем в той же стране. Изменилось время, изменились мы сами. Для вас, для меня, для них выборы в новинку. Именно демократические выборы, а не такие, когда я голосовал в армии в Советском союзе, когда я даже не знал, за кого голосовать. Нас выстроили, и мы ротой пошли и опустили бюллетени. Нынешние демократические выборы – это маленький ребенок, которого нужно вырастить, воспитать. Только тогда он что-то хорошее сделает. Пока же на сегодняшний день мы этого ребенка научили пить, курить, обманывать. Я имею в виду фальсификацию и все, что связано с выборами – фальсификация, агитация и так далее».

А.К.: «Вы считаете, что обязательно нужно выбирать, пусть даже с фальсификациями, но пусть лучше это сделают депутаты?»

Ф.Л.: «Мы еще не видели выборов в системе разделения власти. Мы их не почувствовали. Вот я на своем веку уже жил и работал при шести мэрах: при Чехове, Тюрине, Ищенко, Херианове, Гребенникове, при врио мэра Соколове. Смотрите, сколько пальцев я зажал, – шесть. А сколько лет прошло? Давайте подумаем. 20 лет. Шесть за двадцать лет. Из них один Чехов работал два срока».

Вопрос из зала: «Чем сити-менеджер лучше законно избранного мэра? Пока этот институт показал свою несостоятельность».

Ф.Л.: «Сити-менеджера у нас пока нет».

А.К.: «У нас действительно нет сити-менеджера, потому что тот устав, который приняли Федор Петрович и коллеги, просто не работает. У нас уже год у власти находится человек, которого не избирал ни один житель Волгограда. Сейчас можно подискутировать с Федором Петровичем, что же лучше – сити-менеджер или все же законно избранный мэр? В случае с Соколовым получилось очень нехорошо в смысле демократии, когда 51 процент что-то хочет и волеизъявляет, а 49 процентов вынуждены терпеть это хотение. В данном случае депутаты приняли решение и наделили властью человека, которого не выбирал ни один из жителей города. Этот человек уже год у власти. Мы сейчас в такой ситуации, когда городом управляет человек, которого я даже не знаю, как назвать, потому что это не сити-менеджер, потому что не прошел минимальной процедуры наделения властью. Но это и не мэр, потому что его никто не избирал. Кто он тогда вообще? Я даже не знаю, как его назвать, потому что он не сити-менеджер, потому что не прошел даже минимальной процедуры по своему наделению полномочиями. Тогда вообще кто он?»

Вопрос из зала: «Сегодня в России порядка 40 сити-менеджеров находятся в бегах. Насколько известно, ни один муниципальный депутат, принявший решение о введении института сити-менеджмента, не подал в отставку. Может, это наглядный пример несостоятельности института сити-менеджмента?»

Ф.Л.: «А сколько мэров в бегах? Столько же».

Вопрос из зала: «Мы проводили опрос, спрашивали у людей, знают ли они, кто у нас в городе мэр? Ни один человек из 20 не назвал ни фамилии, ни имени, ни отчества. Город не знает, кто им управляет. Вы предлагаете из 48 депутатов выбрать мэра, и мы окажемся в той же самой ситуации, когда 14-18 тысяч знают человека, а остальные не знают. Это первое. Второе – вы предлагаете сейчас из 48 депутатов выбирать сити-менеджера. Не меняем ли мы правила по ходу игры?»

Ф.Л.: «Молодой человек, что бы хотелось вам сказать. Вы проводили опрос, но, наверное, не совсем профессионально. Потому что всегда было так, что люди не знают своей власти. Но было одно исключение, знали мы одного мэра – Гребенинкова. Спроси любую бабушку, спроси собаку бабушки – собака гавкнет: «Рома». И что вам это дало? Тот мэр по фамилии Гребенников, он вставал, тратил с утра час на съемки, потом на качание в зале. Он соблюдал свой имидж. Снимется, покачается, потом придет, всех пропесочит, потом встретится в стейк-хаусе со своим ближним окружением. А потом, к вечеру, он снова на телевидении, в газетах, СМИ вокруг него бегают, и мы смотрим, и проводящие опросы, и участвующие в опросах, и видим, что город живет благодаря одному человеку – Гребенникову. Что касается правил игры, да, мы пытались их менять. Но сейчас я еще раз хочу сказать, что остаюсь при своем мнении».

Вопрос из зала: «С момента отстранения Гребенникова прошло уже больше года. Разве за это время вы не должны были выбрать сити-менеджера? Почему его до сих пор нет? Или же это говорит о том, что депутаты не в состоянии договориться? Раз депутаты не могут выбрать главу и сити-менеджера, то не нужно ли вернуться к той модели, которая будет работоспособной?»

Ф.Л.: «Спасибо за вопрос. Сразу скажу, что да, вина депутатов есть. Нас 48 человек, для принятия решения необходимо 32. И эти 32 принимают все вопросы, важные для жизни города. Мы стали хладнокровными, толстокожими. Именно это и не дало нам привести в действие модель сити-менеджмента. Но я с самого начала буду действовать так, как скажет большинство населения города. Наверное, именно для этого меня и избрали».

А.К.: «Я хочу сказать, что ситуация по введению института сити-менеджера происходила не просто с колес, а на каком-то ракетном старте. Мне до сих пор не понятна позиция депутатов, которые в хаотичном режиме рассмотрели такой важный для города вопрос. Не было проведено никаких процедур по выявлению мнения жителей. Что же касается дальнейших шагов, то это была политическая воля извне. Когда мы уводим выборы от людей, мы превращаем их в некий междусобойчик. Чем же была вызвана такая чрезвычайность в введении этого института? Почему его ввели? Жители ведь спрашивают, что они не голосовали за тех кандидатов, которых им предлагают в качестве сити-менеджера. Хотите сити-менеджера – давайте введем публичные слушания. Дальше должен был последовать целый ряд юридических механизмов по изменению законодательства. Но это все не работает. Тот же устав не работает. Я еще ни разу не видела такого пренебрежительного отношения к закону. Определенные коллеги вообще не понимают, о чем идет речь. Соколов – не сити-менеджер, не избранный глава. И на каком основании мы вообще с ним работаем?»

Вопрос из зала: «Чтобы ребеночек, выборы, выросли, все равно нужно продолжать движение и избирать. Иначе это будет какое-то тоталитарное государство...»

А.К.: «Эти вопросы возникали тогда, когда шли дебаты по поводу сити-менеджера. Самый важный аспект контроля – это отчет главы города о своей работе. Через полгода, когда мы просили отчитаться Соколова, мы услышали реферат на тему того, что и как планируется сделать. Ни на один вопрос человек ответить не смог. Самым эффективным контролем над мэром является контроль городской думы, при этом абсолютная непредвзятость последней в этом случае. Когда городская дума, избираемая народом, сможет спросить с мэра или сити-менеджера, это и есть механизм контроля».

Вопрос из зала: «Четыре года назад, когда Гребенников был избран мэром, под его командой формировалась дума. Мы хорошо помним расклеенные афиши тех кандидатов, которых Гребенников хотел видеть в думе. И сейчас, когда дума обвиняет Гребенникова в том, что он качался на качелях, а не отчитывался, то хочется спросить, а перед кем он должен был отчитываться, если эту думу выбрал сам?»

Ф.Л.: «Я считаю себя лично как депутата легитимным. Мое отношение к этому отрицательное. Во-первых, уважаемые, у нас выборы не зря были разведены – сначала избирались на мэра, потом шли на думу, знали, что мы одна команда. Есть административный ресурс, кто-то ставит на своих кандидатов, кто-то на других. В результате мы получаем то, что имеем. Та ситуация, которая сейчас складывается в городе, напрямую связана с прямыми выборами. Что касается меня, то Гребенников мне руку не жал, более того, мы с ним были в оппозиции. Хотя он думал, что я иду у него на поводу. После того, как он стал мэром и в первую же неделю купил «Ауди А8» белого цвета за четыре миллиона 200 тысяч рублей, а мой друг Дмитрий Вадимович Крылов сказал об этом в своей передаче, Рома спросил у меня: «Дима же твой друг, чего он пишет всякую ерунду». Я спрашиваю: «Какую ерунду?» В итоге выясняется, что Роман Георгиевич возмутился сюжетом о покупке автомобиля. Он вел себя как малое дитя, претворяя какие-то свои детские амбиции. Ему нужна была игрушка, которая будет лучше, чем у соседей по песочнице. А ты не игрушками покажи, что ты достойный, а делами. С этого самого момента я стал его врагом. И если бы не губернатор Бровко, если бы он досидел и переизбрался, Литвиненко в 2013 году бы в марте не было. В том числе и Анны Александровны бы не было. Понимаете? Кстати, Анна Александровна, как вы относитесь к и.о. мэра Херианову?»

А.К.: «Смотрите, какая получается интересная история. Был врио Роланд Херианов. Но как только закончились полномочия у мэра Евгения Ищенко, он пошел на выборы и занял там второе место. Я хочу сказать, что полномочия господина Соколова должны были прекратиться с того момента, как истекали полномочия Гребенникова, и уже в октябре 2011 года у нас должны были состояться выборы».

Вопрос из зала: «Федор Петрович, вот вы говорите, «Ауди». Но ведь Гребенникова сняли фактически за те же игрушки в песочнице. Был губернатор, назначенный на эту должность. Ему тоже хотелось поиграть. Ему хотелось водоканал, горсвет, землю в центре города. И когда Гребенников перестал прогибаться, его сняли. Гребенникова в чем можно винить? В том, что горожане лишились выборов мэра. Их просто отменили, и все. Через тех людей, которых кому-то пообещали, кого-то напугали, кого-то уговорили. Но перед каждыми выборами в городе ремонтируют дороги. Может, пусть хоть это останется?»

Ф.Л.: «Вы живете от выборов до выборов? Такая жизнь нужна? Выборы – дороги, выборы – 500 рублей...»

Вопрос из зала: «Когда наконец депутаты примут какое-нибудь решение? Что нам покажет практика? Когда будет конкретное решение – быть выборам или не быть?»

А.К.: «Публичные слушания прошли в марте. Нет никаких оснований откладывать этот вопрос, и завтра мы будем задавать этот вопрос. Это первое заседание после публичных слушаний. Повестку мы получили, вопроса о выборах в ней нет».

Вопрос из зала: «Есть мнение 14 октября провести выборы не только мэра, но и городской думы. Как вы к этому относитесь?»

Ф.Л.: «Мы выбирали мэра, губернатора, сити-менеджера... А толку? Годы идут, а в стране лучше становится? Ах, нас лишили возможности выбирать. А других проблем в стране нет? Деревня – нет проблем. Нет проблемы водоводов. И сейчас ваши выборы все решат. Решили. Вот уже сколько лет живем, и все решили. И что? Как мы сидели на двух трубах, так и продолжаем сидеть. Одна труба прозрачная, другая черная. Что вам дали эти выборы? А может, нам всем вместе задуматься о том, а какое кино мы с вами смотрим? Вот эти говорящие головы что вам вещают? А я скажу – пройдут ваши выборы, и в 2015 году дума изменится больше, чем наполовину. Такая вот жизнь. Но лучше ли от этого станет? Вот в чем вопрос. И вопрос этот очень серьезный.

Я считаю, что нам нужно в думе по-любому консолидироваться вокруг некоторых, но очень странных вещей. Это телевидение, нам нужно принять обращение, почему в некоторых республиках Кавказа, в Чечне не показывают некоторые каналы. Им точно не говорят, если не хотите – переключите на другой канал. Это все равно, что в магазине лежат ливерная колбаса, кровяная, кости. Мол, выбирайте. А из чего выбирать-то? Вы сделайте телевидение, чтобы обучало, чтобы давало нам разные точки зрения, взгляды на одни и те же вещи. Чтобы телевидение перестало нас развлекать, а заставляло думать, спорить. В этом споре и рождается истина».

Вопрос из зала

: «Но при чем тут телевидение, когда речь идет о проблемах города. Они ведь не решаются...»

А.К.: «Смотрите, какая есть история. Привожу конкретный пример. 19 округ, Дзержинский район. Там находится районное управление по образованию. В здании бывшего детского сада. Трижды я обращалась к Соколову с просьбой переселить управление образования в здание администрации, а детский сад использовать по прямому назначению. Бесполезно. Прорваться к врио удалось совершенно случайно, на отчете. В итоге получается, что я, депутат, не могу решить вопрос с детским садом просто потому, что не могу попасть к главе города. Вы спрашиваете, чем плох Соколов? Да уже хотя бы этим. Тем, что вообще не знает, что такое избираться. Прорвались совершенно случайно на отчет. Задала вопрос. Сидят Галушкин, Соколов. Президиум был приличный. Я предложила собраться всем и решить этот вопрос. Дзержинская администрация наполовину пустая, но я не могу решить этот вопрос с детским садом. Чем плох Соколов? Да уже этим. Он не знает, что такое избираться вообще».

Ф.Л.: «Анна Александровна, этот сад был занят департаментом по образованию давно, и при вашем муже он тоже находился там же. Он был и при вашем муже, и при Гребенникове. Я вижу вашу концентрируемость на одном направлении. Я помогаю и буду помогать им, своим коллегам, Анне Александровне. Вот только решений никаких не получается. Причем не только в Дзержинском, но и других районах города. Бодрите нас, чтобы мы участвовали в жизни города. Меня, ее, его бодрите, пишите письма, требуйте. Только, пожалуйста, без голодовок. Это очень тяжело, я знаю, о чем говорю.

Пишите, группируйтесь по интересам, по проблемам, по задачам. Группируйтесь, пишите письменно, заносите, а когда поймете, что зачастую зубы у нас сводит от злости и бессилия, а сделать этого не можешь, надеюсь, этого объяснять не надо?»

Вопрос из зала: «Кого лично вы выбираете из озвученных кандидатов?»

А.К.: «Пока еще не озвучена и сама дата выборов – март или октябрь. Я за октябрь и не вижу никаких механизмов, которые мешают нам провести выборы осенью. Что же касается марта – то проведение их весной более логично, потому что в это время будет избираться и городская дума. Город начнет жить с чистого листа. По крайней мере, в это хочется верить. Я пока еще не знаю полного списка кандидатов, но не исключаю, что мы увидим совершенно новых политиков. Вообще, меня удивила позиция Боженова, который пришел и сказал, что будут выборы. Модель сити-менеджера, она уже есть. Мне непонятно назначение выборов мэра, когда все было сделано до него и за него. Можно много говорить, что будут различные выборы, а оппозиция дала возможность власти задуматься над выборами, над происходящим в стране. Поэтому Боженов озвучивал выборы как механизм реальной демократии».

Вопрос из зала: «Сейчас назначен конкурс на должность сити-менеджера. Однако на конкурсе выдвинуты такие требования, что подойти под них может только один человек, и фактически это будет назначение. Действительно ли сити-менеджер – это благо, или все же выборы дают возможность альтернативы?»

Ф.Л.: «На самом деле, идея сити-менеджера была в том, чтобы разделить полномочия. Один человек, сочетающий в себе деньги и власть, более уязвим, более деспотичен, и потому что он уже не раз ошибался, мы имеем такой результат. В чем страх и опасность? Определенная группа, сообщество, может выдвинуть своего кандидата и продвинуть его. И он будет обслуживать интересы определенной группы людей. Когда человек один – для города меньше проблем. А когда получается целое сообщество – тогда там все связано и организовано. Это является, на самом деле, проблемой. И там, и там может появиться либо совершенно случайный человек, либо совершенно не случайный. Но лишь разделение властей делает более уязвимым избранного чиновника. Или назначенного. Дайте человеку власть и вы поймете, кто он такой. А здесь полная власть. Полное искушение. Чем больше искушений вы повесите на одного человека, тем больше у вас потом появится возможностей его пнуть».

Вопрос из зала: «Мы сейчас обсуждаем тему выборов по Волгограду. Губернатор заявляет, что нам нужны выборы. Депутаты, почему губернатор диктует вам свои условия?»

А.К.: «Мне уже задавали этот вопрос. Как мы можем комментировать действия другого человека? Мне опять же хочется сказать, что до того момента, как Боженов сказал, что нам нужны выборы, у него было достаточно времени оценить ситуацию. Что касается депутатов, я столько наслушалась по поводу назначений, выборов... Возврат к выборам – для меня большая радость. И депутаты сами должны взять на себя ответственность по работе до момента проведения выборов, будь то октябрь или март».

Ф.Л.: «Дружеский совет всем. Научитесь разбираться в людях, не сотворите себе кумира. И нужны ли они нам вообще, эти кумиры? У нас единая страна, а вы – дайте право, выборы... Может, мы и не готовы сейчас выбирать. Может, нам нужно только научиться это делать, и сейчас мы находимся в самом начале».

Автор

оцените материал

  • ЛАЙК0
  • СМЕХ0
  • УДИВЛЕНИЕ0
  • ГНЕВ0
  • ПЕЧАЛЬ0

Поделиться

Поделиться

Увидели опечатку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter

Пока нет ни одного комментария. Добавьте комментарий первым!