24 мая пятница
СЕЙЧАС +20°С
  • 14 мая 2019

    Комментарий виден сразу. Предмодерация отменена!

    То, что так долго просили наши читатели, наконец стало реальностью. Ваши комментарии под статьями теперь появляются сразу, а не ждут проверки у модераторов. 

    Только, пожалуйста, соблюдайте приличия, обсуждая новости Волгограда. Они не всегда приятны, но воспитанность и культуру пока никто не отменял. 

    6 мая 2019

    Напишите журналисту

    Теперь можно посмотреть подробности об авторах материалов — подписи под статьями стали кликабельны.

    У каждого из наших авторов указана личная почта — пишите напрямую журналисту, которому доверяете! 

    10 апреля 2019

    В мобильную версию добавили кнопку с комментариями

    Дорогие читатели! Теперь оставлять комментарии на V1.RU в мобильной версии стало удобнее. Внизу каждого материала появилась закрепленная синяя кнопка с комментариями. Чтобы добавить свой отзыв, просто нажмите на карандаш. Чтобы прочесть имеющиеся, жмите кнопку «Все комментарии».

    Еще

«У вас просто нюх пропал»: в Волгограде разбираются в причинах страшного взрыва на Университетском

В Советском суде допрашивают потерпевших волгоградцев

Поделиться

Обвиняемые мужчины уверены, что сотрудники горгаза снимают с себя всю ответственность 

Фото: Алексей Волхонский

После двухнедельного перерыва в здании Советского районного суда продолжили разбираться в уголовном деле о взрыве дома на проспекте Университетском, 60. На предыдущих заседаниях были допрошены практически все свидетели и потерпевшие. Корреспонденты V1.RU продолжают следить за процессом в режиме онлайн. 

Не растрачивая время на раскачку, прокурор предлагает начать сегодняшнее заседание с допроса потерпевшего Александра Макарова, который в роковой день работал мастером горгаза. 

— Как начинался тот майский день? — спрашивает гособвинитель. 

— Мастер Беспалов дал мне задание — в тот день со мной было два слесаря. Мне позвонили около 12 часов, сказали, что нужно привезти ограждения и знаки. На месте был Беспалов, Басамыгин. Мы приехали, и я попросили слесарей вытащить все вещи. Сам подошёл к начальству. Запаха газа я не ощущал, — уверяет мастер. 

— Нюх у всех у вас сразу пропал. Там дышать нечем было, — раздается из зала суда.

— Мы вытащили все ограждения, натянули ленту, растянули ограждения, я дал распоряжение не пускать посторонних. Потом подъехал экскаватор, который мы поставили в зелёной зоне. Беспалов сказал, что нужно вскрыть верхний слой грунта. Я тут же обратился к слесарям, — продолжает Александр Макаров. 

— Беспалов показал само место аварии? — уточняет обвинитель. 

— Примерно. Слесари начали снимать грунт: успели сделать это на полштыка где-то, а потом поступила команда покинуть котлован. Мы ушли, а потом случился взрыв. Я получил сотрясение мозга, перелом шейного позвонка. Запаха газа я не чувствовал, — настаивает пострадавший мужчина. 

— Вы далеко успели отойти? — спрашивает прокурор.

Фото: Алексей Волхонский

— Да никуда. Он в яме был, — потерпевшие опережают Александра с ответом. 

— Люди обращались к сотрудникам газовой службы?

— Нет. Такого не было. Просто спрашивали, что там случилось. И все. Я не припомню, чтобы что-то важное было. Скопления людей тут не было, — вспоминает детали страшного дня сотрудник горгаза.

Свои вопросы мужчине, который после взрыва пролежал в больнице четыре месяца, задает адвокат Виталий Григорьев, представляющий интересы потерпевших.

— Вам известно, пострадал ли кто-то ещё из сотрудников газовой службы? — спрашивает Григорьев. 

— Да, Беспалов, Басамыгин, Левин — слесарь, — отвечает потерпевший. 

Шквал вопросов на волгоградца обрушивают и защитники обвиненных во взрыве мужчин.

Фото: Алексей Волхонский

— Подробнее расскажите, кто давал вам указания и распоряжения?

— Беспалов. Он сказал оградить место происшествия, выставляли мы знаки. С собой привезли оградительные ленты. Потом подъехал КАМАЗ и привез дополнительные металлические ограждения. Я помогал их выгружать. Потом к нам подошёл Беспалов и сказал снять верхний слой грунта. У нас на это ушло минут 15–20. Чуть позже Беспалов сказал, чтобы мы остановились — рядом с трубой проходил электрический кабель. Мы отошли немного в сторону после этой команды. И прогремел взрыв. 

— Да врёт он, — эмоционально шепчут потерпевшие.

Фото: Алексей Волхонский

Александр Макаров уверяет, что после команды от руководства никто из слесарей не продолжал раскопки.

— О том, что загазованность составляет ноль процентов, мне сказал Беспалов. Откуда он получил эти сведения, я не знаю, — уверенно отвечает пострадавший от взрыва сотрудник горгаза. — У него, кстати, был прибор для проверки. Потом он его положил, но я видел, что прибор находился возле траншеи. Он там и остался, под завалами.

— Когда Беспалов положил вам прибор возле места раскопок?

— Прибор был у Беспалова, — говорит Макаров. 

— Я вас понять не могу. На один и тот же вопрос вы ответили два раза по-разному, — говорит адвокат.

— Когда ограждали мы, Беспалов мерил, потом он положил прибор возле траншеи. Там были бурки, и в них проверялась загазованность. 

— Подождите, но вы только что сказали, что при вас никто и ничего не проверял? Вы точно знаете, что Беспалов все проверил два или три раза? — настаивает адвокат. 

— Я протестую. Не надо тут работать на корреспондентов, — говорит прокурор. 

— А нам тоже интересно. При чем тут корреспонденты?! — восклицают потерпевшие.

Адвокаты не отступают от Александра Макарова с главным вопросом: кто и как проверял загазованность рядом со взорвавшимся домом. 

— Беспалов провел замер и оставил прибор у себя, — парирует мужчина, которого признали потерпевшим. 

— Сколько времени с момента получения указаний прошло до взрыва? 

— Я возражаю, — подключается прокурор. — Уточняйте вопросы. Не нужно провоцировать никого. Потерпевший пояснил, что шага ступить не успел, как произошел взрыв. 

— А может быть вы вместо потерпевших отвечать будете? — тут же предлагает адвокат. 

— Прослеживается заинтересованность, — потерпевшие не могут удержаться от колкой реплики. 

— Встаньте, — резко командует судья. — Потерпевшая, у вас есть отвод к гособвинителю? 

— Нет. Но я подумаю об этом, — быстро утихает женщина. 

Адвокат настойчиво выясняет, кто же из газовиков последним был в котловане. 

— Кто копал, тот и виновен, — повторяет очевидную вещь потерпевший Александр Макаров. 

— Так мы и пытаемся понять, кто копал, — парирует адвокат. — Так кто был последним?

Кажется, что этот вопрос так и останется без ответа сотрудника горгаза. 

— Уточните, кто должен был контролировать безопасность ваших действий на месте происшествия? — спрашивает адвокат Лексункина Александр Адамчук. 

— Беспалов и должен. Начальство в самом начале обговорило между собой: аварийно-диспетчерская служба передала ему данные, и он был в курсе. Я не видел, как кто-то проверял загазованность. 

— Вы смотрели какие-то видеозаписи с места взрыва? — спрашивает адвокат Адамчук. 

— Видел что-то. 

— А на видео человек в яме стоит по пояс. Так ли это?

— Ну нет. На полштыка мы там откопали, — отвечает потерпевший.

Со своими вопросами допрашиваемого мужчину настигли и потерпевшие волгоградцы, которые со скепсисом оценивают все слова газовиков. 

— Как вы, скажите, определили силу ветра? У вас что, шапку снесло в тот день? 

— Нет. Ветки качались на деревьях, — спокойно отвечает потерпевший. 

— По данным метеобюро, — говорит потерпевшая, — в тот день не было ветра. 

К беседе подключается еще одна женщина. 

— На прошлом заседании была свидетельница, которая говорила, что видела человека, который стоял в яме по пояс. Как вы можете это объяснить?

— В колодце, — вставляет прокурор. 

— В яме, — хором отвечают потерпевшие. 

— Этого быть не могло, — уверяет потерпевший.

Всех потерпевших мучает один и тот же вопрос: «Как из-за трубы на улице мог взорваться весь дом?» Представителю потерпевших Виталию Григорьеву удалось отыскать доказательства звонка в Горгаз погибшей Оксаны, о которой уже не раз говорили потерпевшие. 

— Я прошу запросить эти данные у сотового оператора, поскольку во время допроса Басамыгин утверждал, что никаких звонков, кроме звонка Лексункина в аварийно-диспетчерскую службу, не поступало, — настаивает Виталий Григорьев. 

Адвокат всех потерпевших из Горгаза сообщил, что в день взрыва следователями был изъят жёсткий диск, на котором были зафиксированы все звонки. 

— Есть ли у аварийно-диспетчерской службы ещё какой-то номер телефона? — уточняет защитник Бабаяна. 

— Только 04.

Все потерпевшие просят удовлетворить ходатайство Григорьева. А вот гособвинитель оценивает такое предложение со скепсисом. 

— Я предлагаю сначала исследовать материалы дела, — говорит прокурор. 

— Позвольте? — вмешивается Григорьев. — В материалах дела нет данных о звонках именно об указанном мною номере. Поэтому я прошу подчеркнуть, что нас интересует именно этот номер телефона.

Адвокат Бабаяна-младшего просит реплику. 

— Так как суд нужен именно для того, чтобы определить виноватых, провести честное и правдивое расследование, я прошу удовлетворить ходатайство представителя потерпевших. Я считаю необходимым получить эту информацию и огласить ее в судебном заседании. 

— Откуда у вас номер? — уточняет судья. 

— Дочь погибшей Оксаны указывала, что погибшая пользовалась именно этим номером, — говорит Виталий Григорьев.

Суд принял решение отказать в данном ходатайстве. На следующее заседание, назначенное на 4 марта, приглашен специалист, который поможет разобраться с флеш-картой. В зале суда и потерпевшие, и обвиняемые посмотрят видеозаписи, запечатлевшие страшный момент взрыва. 

На прошлой неделе корреспонденты V1.RU показали, что успели записать камеры в парикмахерской с цокольного этажа взорвавшегося дома. Через полчаса после визита аварийщика, попрощавшегося жизнеутверждающей фразой: «Все у вас нормально», — будничную жизнь нарушает сильный взрыв. И сотрудники местного салона красоты, и его шокированная посетительница выходят в коридор на полусогнутых — еще не понимая масштабов взрыва, женщины начинают нервно бегать по комнатам.

На этом корреспонденты V1.RU завершают свою онлайн-трансляцию. Берегите себя!