«Зашивала змей иглами»: зоозащитница из Волгограда обвинила волонтера в жестоком обращении с животными и постоянном вранье

Скандал, случившийся между руководителем центра реабилитации диких животных «Птичий остров» Алиной Ериной и приехавшим из Тулы волонтером Надеждой поразил зоомир Волгоградской области. В центре скандала, где вовсю звучали взаимные обвинения и угрозы, оказались попугаи, ежи, змеи, кролик, крысы и коты, которые, по версии Алины, выживали в невыносимых условиях. Однако Надежда считает, что делала всё возможное, чтобы помочь животным, и до последнего не хотела их отдавать. Попытались разобраться в этом запутанном конфликте зоозащитников.

Истоки конфликта находятся в Туле, где когда-то проживала Надежда. Там она связалась с центром помощи птиц и другим диким животным «Психиатрическая клиника Дж. Харрисона ПредлагаеТ».

— Надежда обратилась ко мне год назад, в декабре 2024 года, с подобранной галкой, — рассказывает руководитель центра Табрис Янгчен. — Рассказала, что она сирота и не работает, средств лечить нет. Мы открыли сбор, она обратилась за онлайн-консультацией к птичьему врачу, и я всячески ей помогала. Тогда я еще не знала, что человек врет, где нужно и не нужно. Видимо, есть какая-то потребность вводить в заблуждение. Я всему верила.

По словам Табрис, она до сих пор не понимает — была ли эта галка на самом деле или это лишь одна из фантазий обратившейся к ней Надежды.

— Я договорилась, Надя поехала якобы на усыпление — сейчас я понимаю, что она это всё выдумала — и написала мне, что галка случайно улетела, — вспоминает Табрис. — Потом через несколько дней она написала, что галка вернулась за несколько километров к ней на балкон, — это звучало просто немыслимо, но я поверила. Мне и в голову не пришло, что человек может так врать. Мы решили попробовать лечить эту птицу, но через несколько дней после ее «возвращения» Надя сообщила, что галка умерла. Как было на самом деле, я не знаю, потому что потом было много таких историй, в которых больше выдумок, чем правды.

Табрис рассказала, что находила два варианта работы с животными для Надежды, но та отказалась якобы потому, что не может доехать до места работы, при этом транспорт там ходит прекрасно. Как объяснила Табрис, вся помощь Надежде шла от сочувствия, но всё рухнуло из-за вранья и жестокого, по мнению руководителя центра, обращения с животными.

— Она просто манипулировала нашей жалостью и делала это очень ловко. Мы привозили продукты, одежду, корм для животных. Перед прошлым Новым годом мы с другом расхламляли ее закиданную мусором квартиру. Всю помощь она принимала как должное, сама при этом словно ничего не хотела делать. В Туле у нее была просто не квартира, а помойка. Там бегало большое количество голодных кошек. У них не было даже воды — мы поставили им таз, а они как сумасшедшие к нему кинулись. Пить они могли только из унитаза. Ни за кем она не убирала, там всё было в какашках. Было большое количество змей, какие-то из них ядовитые. Несколько раз она говорила, что у змей какие-то раны, которые приходится зашивать обычной швейной иглой. Я предлагала ей шовный материал, но она отказывалась: говорила, что привыкла.

По словам Табрис, Надежда регулярно забирала животных от людей, которые пристраивали их бесплатно: могла взять даже просто из-за понравившейся клетки.

— Всех, кого можно скормить змеям, она скармливала и не скрывала этого. При мне она так скормила дегу и песчанок, которые у нас редкие, и хозяева явно не хотели, чтобы так всё закончилось. Она не работала и не собиралась. Купить корм не могла. Моя подруга привозила ей много хорошего корма, и когда мы к ней приехали, то увидели, что он стоит нераспечатанный, а кошки прогрызают его сбоку и так едят. Кролики тоже все были больные, покалеченные, сидели без воды, без сена, без корма. Неясно, чем они вообще питались.

Последней каплей, по словам Табрис, стала история с котенком.

— Она подобрала его с лишаем и рассказывала, что якобы ездила в ветклинику, где помочь не смогли, но потом выяснилось, что эта ветклиника в тот день вообще не работала, то есть она еще и врачей обвинила в том, чего не было. Потом котенок начал умирать: не от лишая, что-то она такое с ним сделала. Я не знаю, может, била, но по факту она уже действительно принесла его к моей знакомой доктору, и та рассказала, что котенок был абсолютно мокрый. Надя его то ли выкупала, то ли топила, не знаю, но принесла его мокрого, зимой, с подозрением на инсульт. После этой истории прошел год, и мне написала Алина Ерина, попросив рассказать про некую Надю, которая появилась в волонтерском сообществе Волгограда уже давно.

Руководитель центра реабилитации диких животных «Птичий остров» Алина Ерина достаточно критично настроена по отношению к Надежде. Поначалу, впрочем, всё было не так.

— Она появилась у нас несколько месяцев назад. Сказала, что любит животных и хочет помогать, — вспоминает Алина. — Она очень хорошо умеет говорить, достаточно грамотно. На тот момент волонтерила с ежиными чатами, то есть пришла к нам не «с улицы». В волонтеры мы ее не добавляли, но старались помогать кормами, средства я ей перечисляла. Мне было жалко ее, и, так как я понимала, что не могу напрямую ей просто давать деньги, предложила ей мониторить сайт бесплатных объявлений, чтобы браконьеров там не было. За это я ей перечисляла 3 тысячи каждый месяц. На Новый год мы ей закупили продуктов тысяч на 5. Всё было нормально: она передавала ежей нам и в Москву. А потом началось вранье.

Алина не просто так связалась с Табрис, для этого были предпосылки.

— Я просила прислать фото животных: находятся они в клетках или в вольерах — она скидывала их у себя на руках. Вскрылись переписки из других чатов, где она нас поливала грязью. Тогда всё и пошло-поехало. Первое впечатление от нее было хорошим и по телефону, и по переписке: она кажется общительным и достаточно интересным человеком. Но как только всё вскрывается… Мороз по коже и волосы дыбом, что называется. Она нестабильный человек, который занимается собирательством животных в маленькой комнатке общежития, причиняя страдания им и страшные неудобства соседям. На своей странице на сайте бесплатных объявлений она представлялась волонтером «Птичьего острова». Я была в ужасе, когда увидела это.

По мнению Алины, такое количество животных Надежда собирает не с целью помочь, а из каких-то личных соображений.

— Считаю, что она на них первая зарабатывает: доила три центра, чтобы те ей помогали, брала деньги с тех, кто ей передает животных, плюс некоторых грызунов использует как корм для змей. То есть она их не пристраивает, она их держит для убийства. Мне было очень ее жалко, я действительно очень сильно хотела помочь, потому что понимала: факторы, влияющие на ее поведение, никуда не денутся, их нужно контролировать и помогать ей. Мы все вроде люди взрослые, но в какой-то степени волонтеры очень наивны. Когда видишь, что человеку нужна помощь, хочется ему помочь — это то, что нужно, это то, что правильно. Она специально таких людей находит.

В разговоре с корреспондентом V1.RU Алина вспомнила, что так же, как Табрис, предлагала Надежде работу с животными, но история закончилась тем же — «до работы тяжело добираться». При этом в волонтеры «Птичьего острова» Надежду, по словам Алины, не принимали: она была на «проверке», которую не прошла. Ее действия руководитель центра соотносит со статьями о жестоком обращении с животными, введении в заблуждение и мошенничестве с целью личной выгоды.

В определенный момент конфликт накалился, и 8 января Надежда всё же согласилась передать имевшихся у нее животных «Птичьему острову».

— По всей видимости, она испугалась, что на нее будут написаны заявления, что придется отвечать перед органами, — рассуждает Алина. — Я ей написала, куда будут направлены заявления, в том числе про налоговую, она же очень много денег выпрашивала, но куда они действительно уходили? Перечислила ей просто все, и она вообще перестала общаться со мной, мне уже потом написала девушка от ее имени и сказала, что Надежда готова передать животных. Надеюсь, она сейчас возьмет перерыв и будет разбираться со своей жизнью, и всё у всех будет хорошо.

И Табрис, и Алина, помимо всех прочих моментов, были возмущены тем, что Надежда содержит в квартире ядовитых змей. В одном из своих сообщений от 5 января (имеется в распоряжении редакции) Надежда говорит о том, что у нее проживают 13 змей, среди которых: 6 гадюк, 2 узорчатых полоза, 4 куфии, 1 маленькая гадюка Никольского. И это далеко не все животные, которые, по мнению зоозащитниц, прошли через квартиру Надежды.

Елена была одной из тех, кто передал животное Надежде по объявлению. Ежиха была с недовесом, ей была нужна помощь, а у Елены не хватало знаний. Тогда и появилась Надежда.

— Она представилась мне волонтером. Меня, конечно, смутил тон, в котором она общалась со мной, иногда с использованием нецензурной лексики, но я решила, что оставлю это, ведь для меня главное было — спасти животное, — вспоминает Елена октябрь 2025 года. — После того как я его отдала, она прислала фото, и я успокоилась. Позже мне и вовсе сказали, что его выпустили, но недавно со мной связалась Алина и рассказала обо всем. Тогда я узнала, что у Нади нет выпусков на волю, нет помощи и, конечно же, нормальных условий для всех этих зверушек.

По словам Елены, фотографии комнаты Надежда скидывала ей самостоятельно в декабре 2025 года, потому что считала, что их связывают дружеские отношения.

— С учетом того, что там полная антисанитария, ежиха, возможно, умерла, — предполагает Елена. — В комнате ее всё кишит тараканами: они ползают по всему, чему можно. Один из попугаев у нее умер, насколько знаю — от кота. Всё черное на стенах и плинтусах — это тараканы. В одной комнате у нее жило около 10 животных точно. Я даже не могу представить запах.

Корреспондент V1.RU связался с Надеждой, и та охотно пошла на контакт, рассказав историю знакомства с Алиной. Причем, по ее словам, в «Птичьем острове» она была именно на правах волонтера и даже пообещала прислать корреспонденту V1.RU голосовое сообщение, в котором сообщается об этом. Однако так и не прислала.

— Она предлагала присоединиться к ним, я присоединилась, — рассказывает Надежда. — Потом у нас произошел конфликт 26 декабря, потому что я попросила у Алины рентген для ежей. Одному было плохо с легкими, я старалась его вылечить, а другая, беременная, родила у меня прям в комнате. У ежонка не ходили задние лапы. Я писала по поводу этого Алине — от нее ни ответа, ни привета. Я стала обращаться к другим сообществам, которые действительно были способны мне помочь. Потому что игнорирование ситуации в несколько дней — это недопустимо по отношению к человеку, которого ты принял в свой штат. Даже если я нахожусь у нее на проверке, всё равно должна была поступить какая-то реакция.

С этими ежами Надежде, по ее словам, якобы помогли другие, не волгоградские центры.

— Спрашиваю, в какой клинике нас могут принять — тишина. Потом выяснилось, что у нас нет ратологов, которые способны принять, — мол, есть один врач, который шарит в ежиках, но он в декрете. Совместно с московским центром я приняла решение отправить ежей в Москву, из-за чего накануне у нас с Алиной произошел конфликт, так как я ей об этом не сказала. Просто если нет врачей, то что тогда делать ежам, я извиняюсь, в «Птичьем острове»? По этому поводу я начала негативиться, но негатив я писала в другие сообщества с просьбами о помощи, потому что не хотела смотреть, как умирает еж, а я не могу ничего сделать.

Надежда заявляет, что и так собиралась уйти от «Птичьего острова», потому что не получала советов. Единственный, по кому Алина консультировала Надежду (по ее словам), — это кролик. Фотографии бардака в квартире Надежда также прокомментировала:

— Животные находились не в грязи, у них пеленки меняются по мере загрязнения. Фото захламленной квартиры — это со времен, когда я жила с матерью, которая страдала шизофренией. У нее была мания таскать всякие вещи. Я физически не могла сама всё разобрать: большая двухкомнатная квартира площадью 30 с чем-то квадратов. Это всё физически невозможно убрать одному человеку без друзей, без помощи. Тогда я и обратилась к Табрис за помощью. В Волжском условия, соответственно, другие. В Тульской области ввели закон по поводу того, сколько квадратных метров должно быть на одно животное, это касается кошек, собак и всех-всех. В Волгоградской области, к сожалению, такого закона нет. Или даже к счастью.

Пояснила Надежда и маленькую клетку (которую, как она призналась, ей отдала Алина), в которой сидит крыса: животное на тот момент было беременно, потому и проживало отдельно от «общака», иначе ей не дали бы спокойно разродиться и вскормить потомство.

— Да, некоторых крыс я использую в качестве корма для змей. Это факт, — также призналась Надежда. — Но все крысы, которые используются на корм, покупаются специально для этого. Использую я только маленьких крысят, новорожденных. А змей, извините, чем кормить тогда, если не крысами? Змеи другим не питаются, к сожалению. По поводу того, что декоративных крыс нельзя использовать на корм: нет, используются все крысы, это спокойно всё продается. Могу даже скинуть несколько объявлений, где продают именно декоративных крыс, которых заморозили.

По словам Надежды, у нее еще было 6 попугаев, трех из которых она пристроила, а один, к сожалению, погиб.

— С ним произошла некая оказия: кот поймал и убил. Да, я не уследила, да, я виновата, я прекрасно это знаю, — признает Надежда. — По поводу узорчатого полоза, который сидел в контейнере: змей спокойно можно содержать в контейнерах, главное, чтобы они были подходящие по размеру. По поводу светового дня: у змей он необязателен. Единственное, что нужно, — это естественный свет и подогрев. У меня есть косяки в содержании, я согласна, но считаю их не очень существенными и собираюсь их исправить и изменить.

Надежда не отрицает, что Алина оказывала ей помощь, однако и тут есть нюансы.

— Это клетки, которые не подходят по размеру ни под одно животное. Крыс в таких маленьких содержать нельзя, только беременных. Для ежей клетка годится только, я извиняюсь, в качестве лотка. Туда нельзя поставить беговое колесо, которое нужно ежу. Алина мне также передавала мешок кормовых цыплят, которые в корм для ежей не особо подходят, потому что основа их рациона — насекомые. У нас была договоренность, что Алина мне отсыпет зофобаса — на этом Алина испарилась. Передали мне мучного червя, которого в данный момент очень мало, и надо ждать, пока он расплодится. Итого, получается, по обеспечению не очень. Зачем передавать неподходящие клетки, а потом писать, что животные содержатся в неправильных условиях?

На вопрос о том, откуда у нее знания в сфере содержания животных, Надежда отвечает, что всё пришло с опытом.

— Есть сообщества, которые могут помочь в любой момент с финансами. Я пишу: нужны корма, столько-столько. Мне их заказывают, деньги не переводят — я их даже не вижу. Присылают чек, я иду в магазин, принимаю заказ. По поводу лекарств аналогично. Она обещала передать их еще в начале знакомства, в итоге лекарств нет — мне их собирали другие сообщества. В данный момент я не хочу иметь дело с человеком, который может только контролировать тебя, но при этом не подсказывать. Мне не нужно переводить много денег. Просто как с тем же зофобасом: можешь — делай, а не давай пустых обещаний. Я понимаю, что у Алины много дел, она очень занятая, но ты приняла к себе человека, пусть он и находится на проверке, а потом от тебя просто тишина, ты не помогаешь, в итоге очень много требуешь. Смысл такого волонтерства?

Напомним, это уже не первый конфликт, который разгорелся в Волгограде между теми, кто во всеуслышание объясняется в любви к животным. Летом прошлого года из-за спасенных из зоны СВО лебедей публично разругались сразу трое известных волгоградских владелиц приютов для животных.