Укусила змея? Зато паука нового открыл! История арахнолога, который обожает свою смертельно опасную работу

У жителя Барнаула Александра Фомичёва не самая обычная профессия — он арахнолог. Пауки и прочие членистоногие, от которых мы в ужасе шарахаемся, для него — вполне себе симпатичные существа. За то время, что он изучает пауков, Александр открыл уже 65 новых видов, причем одного из них совсем недавно. Этим летом 33-летний ученый побывал в рабочей поездке на Дальнем Востоке: исследовал Приморский край, который считает одним из самых удивительных в России с точки зрения зоологии. Какие чудеса ученый нашел на родной земле — читайте в интервью NGS22.RU.

Александр отправился в экспедицию в Приморье уже в пятый раз, впервые он побывал там еще в 2019 году.

— Регион интересен по двум причинам. Во-первых, там смешение фауны: сибирской, субтропической и даже тропической индомалайской. Например, тигр и медведь, пихты и лианы. Такие вот уникальные комбинации на стыке коридоров, — объяснил он.

Во-вторых, в регионе высокий уровень эндемизма — многие виды встречаются только там.

— У нас в Западной Сибири основу животного мира составляют широко распространенные виды, которые можно найти много где. Есть, конечно, какие-то хитрые места, локальные и неочевидные, которые сложно вычислить. А в Приморье такое сплошь и рядом, — говорит ученый.

Поездка заняла три недели. Вместе с Александром на Дальний Восток отправились его жена Елизавета и коллега-арахнолог Михаил Омелько, с которым они уже ездили в Индонезию и Папуа Новую Гвинею. Последний тоже взял с собой жену.

— Строго говоря, экспедицией-то это и нельзя назвать, настолько она, в общем-то, была легкой и развлекательной. Жили в домиках, а не в палатках. Для нормального человека это точно не отдых, но для нас вполне, — улыбается арахнолог.

Поиски вели на самом юге Приморского края, в Хасанском районе.

— Дальше там только Северная Корея. Мы в основном были в окрестностях сопки Голубиный Утес, всего 150 метров высоты. Это такая гора посреди болот. И еще севернее, на мысе Гамова. Там уже другая природа: невысокие сопки нагромождены одна на другую, — рассказал Александр.

Эти места, как объясняет ученый, словно острова посреди болот, которые когда-то были дном моря. Фауна здесь формировалась веками, сохраняя свою уникальность.

— То, что там живет, не может жить в окрестных болотах. И даже на соседнюю сопку перебраться не может, потому что, как в случае с моими пауками, ходит пешком, — говорит он.

Искали ученые всё подряд, но только пауков спиртовали, а остальное просто фотографировали.

— Никаких специальных методов не было. Ночной поиск с фонариком, потому что они в основном в темное время суток выходят. Ловушки почвенные, просто стаканчики, закопанные в землю и залитые водой с мыльным раствором. Просеивание подстилки, листопада, где он был, — объяснил Александр.

За поездку удалось собрать много интересного.

— В одной локации может оказаться и до полусотни видов пауков. Понятно, что это в основном известные будут, но и вероятность того, что попадется что-то новое, здесь намного выше, — вдохновенно говорит Александр.

Сейчас один из приморских пауков уже предварительно определен как новый для науки, но подтверждено это будет только после микроскопического анализа.

— Обычно не получается сразу понять, что это что-то неизвестное. Вот когда я ездил на Памир в Таджикистан, я заранее знал главную цель. По предыдущим исследованиям выяснил, что на таком высокогорье есть пауки определенных видов. И не ошибся: итогом поисков стал новый род пауков-волков. Но так бывает редко. Чаще просто вслепую всё собираешь, — продолжает ученый.

Кроме пауков, исследователи заметили следы краснокнижного дальневосточного леопарда, сфотографировали ларгу — пятнистого тюленя — и нашли гнездо енотовидной собаки со щенками. Однако самая неожиданная встреча — птица фрегат ариэль.

— Это тропическая птица открытых морей. Ближайшее место, где она постоянно водится, — Филиппины. На Дальнем Востоке ее находили раз в несколько десятилетий, — удивляется арахнолог.

Из беспозвоночных биолога особенно впечатлил краб-совконожка — реликтовое существо из третичного периода. Его находили в окаменелом виде, а живые экземпляры попадаются раз в десятилетия.

Александр уверяет, что смертельно опасных для человека видов пауков на Дальнем Востоке нет.

— Кусаются там крупные кристальники. Они с грецкий орех, прямо с хрустом до крови прокусывают, рана может опухнуть, воспалиться, но на этом и всё. Еще есть местные тарантулы. Они меньше, чем наши, и могут могут серьезно укусить. Но опасности от этого никакой нет, только для психики, так скажем, — отметил он.

Для Александра поездка не обошлась без происшествий. Сначала его покусал тарантул, а потом уссурийский щитомордник.

— Пауками я профессионально занимаюсь, а для души у меня герпетология. Я никогда не упускаю возможность ловить змей, фотографировать и изучать. Потом отпускаю всегда обратно. Поэтому, конечно, я сам на укус от змеи нарвался, — смеется ученый.

По словам биолога, Голубиный Утес — это, возможно, самое крупное поселение змей как по разнообразию, так и по количеству экземпляров на Дальнем Востоке.

— Я их там ловил всяких-разных отовсюду. И вот к концу первой недели неосторожно схватил одну из них. Я обычно никогда так не делаю, но рано или поздно и такое случается. Змея же просто защищалась, — оправдывает обидчицу арахнолог.

Укус змеи пришелся на правую руку, отек дошел до самой подмышки. Какое-то время всё пришлось делать только левой рукой.

— Нормальные люди после этого неделю лежат в интенсивной терапии, а я продолжил ходить по 15 км в день. Жена меня лечила: дренировала пузыри, делала перевязки. Вылечились своими силами, — добавил биолог.

Результатами поездки ученый доволен.

— Обычно я езжу серьезнее: штурмуем вершины Сихотэ-Алиня, а тут всё цивилизованно и легко. Но результаты, скорее всего, не хуже, — считает Александр.

Добытые материалы еще предстоит разобрать и проанализировать. А после ученый надеется отправиться в большую экспедицию в экваториальную Африку.