«Не по себе становилось даже мне»: чем ангарский маньяк ужасал своего адвоката

Ангарский маньяк — один из самых страшных преступников России. На его счету больше восьмидесяти жертв, и душегуб до сих пор то и дело признается в убийствах, которые годами не могли раскрыть следователи. Последний раз Михаил Попков написал явку с повинной пару лет назад — и вновь оказался на скамье подсудимых. Защищал его Владимир Лухтин. Адвокат рассказал, каково это — работать вместе с кровожадным маньяком — и отличается ли он чем-то от обычного человека. «Одна задушена, одна — сожжена» Владимир Лухтин начал работать с ангарским маньяком в январе 2023 года — в программе у адвоката всплыло уведомление от следственного комитета — требовался защитник Михаилу Попкову. В то время ангарского маньяка уже обвинили в 83 убийствах. Но тут душегуб написал новые явки с повинной. — С 1997 по 2003 год были обнаружены трупы этих женщин. Были возбуждены уголовные дела, потому что у них были признаки насильственной смерти — одна задушена, одна — сожжена, третья с повреждениями многочисленными ножевыми, — перечислил Владимир Лухтин. Когда тела только нашли, следствие не смогло найти убийцу и дела приостановили. И вот спустя почти 25 лет после преступлений, в конце 2022 года, ангарский маньяк признался, что это он убил тех женщин. Расследование началось вновь. — Началась моя рутинная работа, — признался Владимир Лухтин. Вместе с ангарским маньяком и полицией адвокат выезжал на места, где орудовал преступник, — Михаил Попков подробно рассказывал, куда отвозил своих жертв, где они распивали алкоголь и как после интимной близости он расправлялся с женщинами. — Это же кажется, что вот написал явки, в суд отнесли… Это работа, — заявил Владимир Лухтин, — проверка показаний на месте, где он указывал места, способы, орудия… Она, по-моему, часов восемь проходила. За каждый такой день, проведенный с ангарским маньяком, адвокату платили 3170 рублей, независимо от времени работы. «Я — единственный человек, чьи сигареты он курил» Даже одному из самых страшных маньяков России полагается адвокат, и работа с кровожадным убийцей не сильно отличается от других дел, признался Владимир Лухтин. — С ним были рабочие отношения, — объяснил адвокат. — Это не каждому, конечно, дано. Психологически понимаешь, что перед тобой человек с такими страшными злодеяниями. По признанию Владимира Лухтина, весь смысл существования ангарского маньяка сейчас — это сигареты и еда. Михаил Попков даже не может купить их самостоятельно — ведь у него, после всех преступлений, отобрали пенсию. — Его лишили пенсии, кстати, он же в милиции начинал, работал в свое время. Его лишили звания и на этом основании — пенсии. Он просил в том числе по этому вопросу проконсультировать, возможно ли восстановить всё, — рассказал Владимир Лухтин. Так как своих денег у Попкова не было, адвокат помогал своему подзащитному как мог — отправлял убийце через магазин передачки с продуктами и табаком. — Я — единственный человек, чьи сигареты он курил и пил чай, — заявил Владимир Лухтин. За время работы с ангарским маньяком адвокат больше устал от встреч не с маньяком, а с журналистами, которые всеми правдами и неправдами пытались проникнуть к Попкову. — Журналисты *** (надоели. — Прим. ред.): «Давайте зайдем?» Я говорю: «Идите, заходите», — признался адвокат. — А у него фишка была, он говорит: «Володя, ты скажи им, что пусть заходят. Делают передачу, и потом заходят». В остальном судебное дело шло так же, как и с любым другим обвиняемым. Но все-таки в одном работа с ангарским маньяком у Владимира Лухтина отличалась: он так и не смог перейти с убийцей на «ты». — Я обычно стараюсь с людьми «на ты» переходить, потому что мне так проще, с их разрешения. Но вот с этим человеком такого не возникло желания, — признался Владимир Лухтин. — Так сложилось в процессе, я его называл «Михаил Викторович». «Он взгляд твой увидит — и улыбается» Многие годы люди пытаются понять, можно ли по внешнему виду или поведению определить убийцу. Но Владимир Лухтин за свою карьеру понял, что маньяки выглядят и разговаривают точно так же, как и самый обыкновенный человек. — Все хотят узнать: можно ли определить, что он маньяк? Это невозможно вообще, — заключил Владимир Лухтин. — Вот Ломброзо делал эти типы, психотипы… Но это всё попахивает уже «черепомерками». Чезаре Ломброзо — итальянский психиатр, активно продвигавший в XIX веке уголовную антропологию. Считал, что по внешности человека можно определить его предрасположенность к преступлениям. То же касается и ангарского маньяка: по нему и не скажешь, что он убил больше восьмидесяти человек. — Он доступен к контакту, адекватно общается: «Володя, а можешь купить конфет? Таких вот, 200 рублей стоят». Всё по ценам мне сообщал, — рассказал Владимир Лухтин. — Сидит читает, машинами интересуется. Но всё же была в ангарском маньяке одна черта, от которой у адвоката кровь стыла в жилах. — Эта улыбка, конечно... Не по себе становилось даже мне, — признался Владимир Лухтин. — На него посмотришь, он взгляд твой увидит — и улыбается. Адвокат признался, что эта жуткая улыбка отталкивала его больше всего, и от одного взгляда на нее пропадало любое желание выстраивать с маньяком любые отношения. Впрочем, Владимир Лухтин считает, что работа с маньяком далеко не самое страшное дело в его карьере, и за свой двадцатилетний стаж он защищал людей, чьи злодеяния пугают по-настоящему.