Дмитрий Дибров и Полина Диброва начали бракоразводный процесс

Слухи о назревающем разводе 65-летнего Дмитрия Диброва с четвертой женой, которая младше него почти на 30 лет, получили первое официальное подтверждение. Адвокатское бюро «Дубровская, Кузнецова и партнеры» объявило, что будет представлять интересы Полины Дибровой в бракоразводном процессе. При этом юристы предупредили, что все «нелицеприятные высказывания» в адрес Дибровой будут переданы в правоохранительные органы, а при необходимости — в суд. Подробности — в материале «Фонтанки». Что случилось Все началось в июле, когда в социальных сетях и телеграм-каналах начали обсуждать потенциальное расставание Полины Дибровой с мужем. Женщине приписывали роман с 50-летним другом семьи, миллиардером Романом Товстиком. 30 июля жена и мать шестерых детей Товстика Елена опубликовала в соцсетях изображение похоронной свечи со словами: «Светлая память Елене Товстик! К сожалению, Роману придется забрать тело из Италии своей жены! Разрушив семью, убив мать и шестерых детей. Так жестоко уходя к ее подруге семьи. Это невозможно пережить». Спустя несколько дней юрист и телеведущая Екатерина Гордон выложила у себя в телеграм-канале иск на определение места жительства детей с отцом, который Роман Товстик подал к супруге. На развод Товстик подал еще 21 июля. Екатерина Гордон призвала подруг Дибровой выйти из ее женского клуба «рублевских жен», с помощью которого Полина зарабатывала на организации досуга участниц. Вот что она рассказала MSK1.RU. Дибров: «Мужчина обязан оставить абсолютно все женщине» Дмитрий Дибров неоднократно заявлял журналистам, что у него нет брачного контракта с Полиной. На момент встречи с Полиной, носившей в девичестве фамилию Наградова, Дмитрию Диброву было 47 лет, а ей — 17 лет. Знакомство случилось на конкурсе красоты «Красота тела» в 2007 году. Дибров вспоминал об этом так: «И ты понимаешь — вот перед тобой стоит совершенно нетронутая, чистая мать твоих детей. Опоздаешь на год — ее не увидишь». Тем не менее вскоре телеведущий женился на другой девушке, 23-летней модели Александре Шевченко. Менее чем через год этот брак распался, и в 2009-м Дибров женился на уже достигшей совершеннолетия Полине. За шестнадцать лет брака она родила супругу троих сыновей. Сейчас мальчикам 10, 11 и 15 лет. О жене в многочисленных интервью Дибров высказывался восторженно и покровительственно. Например, неоднократно говорил, как сильно ругает ее за чрезмерную увлеченность социальными сетями: «Представляете, с ней Дибров сидит, а она смотрит не пойми что. Пришлось немножко, так сказать, вставить мозги. Но сейчас подобного не случается». Также телеведущий рассказывал, что «сделал» свою жену: «Неужели вы думаете, что Полина не изменилась с тех пор, как переступила порог этого дома? Конечно, изменилась. Она была ростовской девочкой, милой, воспитанной, — пусть на себя не наговаривает! И невероятно красивой. Но я же ее сам сделал! И отношусь к ней действительно как к дочке. Это жене не простишь, что она вечно копается, когда надо ехать в гости, а дочери слова не скажешь». А о разнице в возрасте высказывался следующим образом: «Мои знакомые миллионеры, которые в зрелом возрасте развелись, спрашивают: „А подружки у твоей жены есть? Поехали в Ростов — нам найдем…“ Женихам говорю так: дело в том, что придется педиатрию изучить, ведь брать девушку надо прямо со школьной скамьи. Пока она чистая, пока учителя не нашлись» . В 2011 году Дибров называл брачный контракт «задокументированным набором страхов», который «делает любовь уродливой». «В случае семейной трагедии мужчина обязан оставить абсолютно все женщине», — говорил Дмитрий Дибров. Правда, тогда, судя по контексту беседы, он не мог себе даже представить, что стороной, инициирующей разрыв, может быть женщина, а не мужчина. Теперь же, как сообщают СМИ со ссылками на источники, близкие к Диброву, телеведущий настроен «оставить без всего» молодую жену, отсудив и особняк на Рублевке, и троих детей. Что будут делить Согласно данным открытых источников, у четы Дибровых есть вилла на Рублевском шоссе, две квартиры и пять автомобилей. Стоимость роскошного дома в посёлке «Успенские поляны» на Рублёвском шоссе, по разным оценкам, может составлять от 725 до 850 миллионов рублей. Имение названо в честь жены телеведущего — Villa Paulina. В 2020 году Дибров рассказывал журналистам, что десять лет назад (можно предположить, что уже после заключения брака с Полиной в 2009 году) купил «коробку с готовым контуром», к которому были подключены вода, электричество, отопление, газ и канализация, и вместе с женой занялся дизайном родового гнезда. В итоге получился трехэтажный дом площадью около 1100 квадратных метров с бассейном, сауной, джакузи, кинотеатром, музыкальной комнатой и придомовой территорией с фонтанами. В центре Москвы у Диброва также есть недвижимость — две квартиры площадью 56 и 202 квадратных метра. Как сообщают СМИ, их кадастровая стоимость оценивается в 196 миллионов рублей. На Дмитрия Диброва зарегистрированы два автомобиля: Mercedes-Benz CL-Класс 500 и Toyota Alphard 2018. На Полину Диброву зарегистрированы три машины: Audi A7, MINI Cooper и Porsche Cayenne. Фиолетовую Audi A7 Полина Диброва впервые продемонстрировала в соцсетях в 2018 году. По оценкам журналистов, автомобиль стоил около 4 миллионов рублей. Полина Диброва рассказала, что Audi — первое авто, которое муж подарил ей за 9 лет брака. Что получит Полина Диброва в случае развода Если между супругами действительно не был заключен брачный договор, то «оставить без всего» и, как советуют в социальных сетях некоторые комментаторы, «выгнать в трусах» жену никак не получится. Супружеская измена, даже если ее факт можно доказать, не является юридическим понятием в нашей стране. «В России разделены имущественные и неимущественные отношения супругов, поэтому на имуществе аморальное поведение никак не сказывается, — так прокомментировала „Фонтанке“ возможный развод Дибровых юрист Наталия Шатихина. — До расторжения брака супруги могут заключить соглашение мирно разделить имущество отличным от закона способом. В ином случае все имущество, приобретенное в браке, делится в России по формуле 1/2. Делится либо в натуре, либо распределяется так: одному имущество — другому компенсация в виде стоимости его половины. Добрачное имущество по закону не делится. Что касается определения места жительства детей и порядка общения с ними родителей, то с определенного возраста суд учитывает их мнение, но чаще всего определяет с матерью. Чтобы суд отдал детей отцу, это либо очень «специальный» отец, либо мать имеет признаки резко девиантного поведения (пьет, употребляет наркотики, дети заброшены и прочее). Порядок общения детей со вторым родителем может пересматриваться сколь угодно раз на всем протяжении их взросления. Поскольку, если судить по прессе, Полина Диброва уходит не в никуда, думаю, стороны осознают разумность урегулирования вопроса миром». Адвокат Светлана Савинова в беседе с «Фонтанкой» также отметила, что без брачного договора все имущество, на которое были потрачены деньги, поступившие в период брака, делится при разводе пополам. И по закону неважно, работали ли в период брака оба супруга или только один. «Так были распределены обязанности в семье: он зарабатывал деньги, а она — рожала и вела дом, — говорит Светлана Савинова. — Что касается виллы на Рублевке, то здесь есть нюанс. Муж мог купить земельный участок до заключения брака. Допустим, на участке уже стоял какой-то домик и супруги его перестраивали. То, что приобретено до брака, не делится при разводе. Но даже если участок и домик были куплены после свадьбы, то, возможно, на них были потрачены деньги, которые муж заработал до брака. Допустим, у супруга до жениться были денежные накопления, которые лежали на счетах. Если он докажет, что купил участок и дом именно на эти деньги, то суд вполне может решить, что это его добрачное имущество. Если же он не докажет, что деньги, которые у него были до брака, шли на строительство дома, то будет проведена оценка дома на момент развода. И половину присудят жене. Сейчас есть практика, при которой если у вас была добрачная квартира, вы её продали и эти деньги потратили с доплатой на новое жилье, то при разводе эти деньги не считаются совместно нажитым имуществом. То есть делиться будет только то имущество, которое приобреталось на деньги, заработанные в браке». Юрист отмечает, что доказать добрачное происхождение потраченных на недвижимость денег можно, но достаточно сложно. Для этого нужен, например, договор со строительной фирмой, по которому оплата велась строго с добрачного счета мужа — со всеми выписками и справками. Но если на добрачный счет поступали средства уже после женитьбы, то разделить, какие именно деньги владелец счета потратил на недвижимость, а какие — на жизнь, не получится. Даже если участок под домом был куплен до свадьбы, жена может получить половину оценочной стоимости дома — оставить ее совсем ни с чем не выйдет. Что же касается детей, то сама постановка вопроса о том, чтобы их «отсудить», может свидетельствовать об обиде супруга и попытке использовать детей как инструмент давления на мать. Или о нежелании платить алименты — на троих детей это 50% дохода супруга. Очень богатым мужчинам в этом случае проще нанять гувернеров и нянь, чем расставаться с половиной дохода ежемесячно. «Детей суд разделять не будет, — говорит Светлана Савинова. — По закону, даже когда детей усыновляют из детского дома, если есть брат и сестра, их усыновляют только вместе. Поэтому суд будет определять место жительства всех троих детей сразу. При этом не имеет значения, есть ли у жены постоянный источник дохода и жилье. Суд может обязать мужа оплачивать половину аренды съемной квартиры. Поскольку дети старше десяти лет, то будет проведена психолого-педагогическая экспертиза. Дети без присутствия родителей будут отвечать на вопросы и заполнять тесты. Потом поговорят с родителями. Детей спросят, с кем они бы хотели жить и почему. Если, например, с папой, потому что он все разрешает, а не с мамой, которая заставляет делать уроки и отнимает телефон, то это тоже будет учтено». А если бы был брачный контракт? «При разводе можно подать иск о признании брачного контракта недействительным, если он носит признаки кабальности, — говорит Светлана Савинова. — То есть одному супругу остаётся всё, а другому ничего. Допустим, у мужа есть пять квартир, оформленных на его имя, а у жены — ни одной. При этом они в браке прожили лет пятнадцать. А жена только занималась хозяйством и рожала детей. И после развода по такому контракту ей не достается ничего, а ему — все. В этом случае суд исследует все обстоятельства, с чем остается второй супруг, какие были между ними договоренности, сколько детей было рождено в браке. И может признать брачный контракт кабальным по отношению к супругу, которому не достается при разводе ничего».