«Мне и кирпичом по голове, и приговор»: под Волгоградом пенсионерка заявила об избиении бывшей снохой

О конфликте с бывшей снохой и избиением, закончившимся приговором и исправительными работами, рассказала жительница Палласовского района Волгоградской области 60-летняя Евгения. По ее версии, бывшая родственница и по совместительству соседка давно испытывала к ней неприязнь, а очередная ссора, за которой последовало рукоприкладство и судебное разбирательство, стал поводом избавиться от Евгении.

Как рассказала V1.RU Евгения, со снохой отношения не сложились еще во время брака с её братом и давно стали откровенно конфликтными. Но село Савинка небольшое, и соседствовать все равно приходилось. До августа 2025 года.

—  Я вечером стала заниматься садом, играла с животными: они бегают, кувыркаются, я над ними смеюсь. Соседка что-то зятю кричала и, видимо, посчитала, что я смеюсь над ней, стала меня матом обзывать.

По версии Евгении, словесный конфликт сначала перешел во взаимные оскорбления, затем — в угрозы со стороны соседки, а уже после перешел в драку. Женщина уверяет, что бывшая сноха кричала в ее адрес угрозы убийством, которые она воспринимала как реальные.

— И вроде бы все могло закончиться, но она прибежала, начала на забор наваливаться, кричать, что я такая-сякая и что она со мной только не сделает, — рассказывает свою версию женщина.

Евгения признает, что пригрозила ей в ответ: «Если не прекратишь, я за себя не ручаюсь».

— У меня в руке была лопата, которая соскользнула к ней во двор: соседка ее тут же хватает и бьет плашмя мне по голове. Когда она замахнулась второй раз, я перехватила лопату, случайно порезала ей палец. Прибежала ее дочка, и они вдвоем вырвали лопату у меня из рук, но я снова ее отобрала. Взяла силикатный кирпич и кинула в ее сторону, в нее саму точно не попало. «Отстань от меня», — говорю. Но она не отставала: взяла этот кирпич и ударила меня им по лбу.

После этого, по версии Евгении, у нее началось кровотечение из рассеченной головы. Тогда она вызвала участкового, но соседка стала дружески с ним общаться.

— Он ей говорит: «Ты будешь заявление писать? Пиши, я приму». Это я должна была заявление писать! Он мне: «А вы что, по закону хотите?» Да, хочу! —  рассказывает свою точку зрения Евгения.

Затем последовали составления протоколов, которые Евгения подписала, и медицинское освидетельствование.

— В ноябре меня вызвали в суд. Я думала, что он будет в мою пользу, но оказалось нет! Оказалось, что в протоколах, написанных с моих слов, которые я, дура бестолковая, не прочитавши подписала, пропущены важные моменты: указано только, что я лопатой взмахнула, а про кирпич от нее — ни слова. Адвокат мне практически сразу сказала: «Вам лучше сознаться, так условно дадут». А в чем сознаваться? В том, что меня покалечили, избили? Из меня в итоге сделали чуть ли не убийцу. В первый же день на осмотре у нее были зеленые синяки: где это видано, чтобы за два часа такое появилось? И синяки у нее по всему телу: это как? Я должна была через забор перепрыгнуть, чтобы ее избивать. Мы писали и в Генпрокуратуру, и Бастрыкину — везде материалы отправляли обратно в Палласовку, где в итоге мои жалобы не подтверждаются.

Суд признал Евгению виновной и приговорил к 240 часам исправительных работ. И на судебном разбирательстве между Евгенией и ее соседкой дело не закончилась: женщина заявляет, что после оглашения приговора на нее в суд подала та, кто представлял ее интересы.

— Адвокат мне говорила, что берет 70 тысяч, но так как я пенсионерка, с меня — 36 тысяч рублей. Платила я частями, сначала 16 тысяч занимала у дочки, потом еще 8, оставшиеся 12 у дочери сестры заняла. Когда мне пришло опять письмо из суда, это уже была последняя капля. Адвокат пишет, что я ей якобы ничего не заплатила!

Сейчас Евгения находится в Быковском районе, где отрабатывает 240 часов, которые ей назначил суд.

—  Сейчас я работаю в Быково, живу тут же в дочкином доме. Свой я забросила, но коммуналку и там, и тут плачу, — рассказывает Евгения. — Коллектив хороший, начальники тоже. Все мне сочувствуют. Из меня сделали чуть ли не убийцу, которая жестоко избила соседку, оказывается. К тому же, суд заставил меня выплатить ей 25 тысяч: то есть я должна дать ей деньги за то, что она меня покалечила? То, что у меня после того дня глаза слепнут, никого не касается. В итоге мы ничего не добились, кроме долгов и судебного иска от адвоката. В Савинке я появиться не могу. Когда приезжаю, на меня все смотря: кто с жалостью, кто с ехидством. А мне стыдно, что меня с грязью смешали.