
Женщина пытается добиться возвращения купленного на материнский капитал жилья
Мать двоих детей Анастасия Рогальская из Волгоградской области купила в ипотеку комнату в общежитии, сделав первый взнос за счет средств материнского капитала. Через год у младшей дочери Анастасии обнаружили серьезное заболевание, навсегда изменившее жизнь семьи. Мать ушла с работы и осталась ухаживать за дочкой, перестав платить по кредиту. Она не заплатила 575 рублей по ипотеке, а после набежали проценты, из-за которых банк подал в суд, а жилье Анастасии продали на торгах. Узнала женщина об этом только когда в дверь ее комнаты постучали новые владельцы: «Госуслуги» Анастасии были взломаны и все уведомления о заседаниях и решениях суда за нее получал другой человек. Спасти единственное жилье не помогло даже обращение к президенту России Владимиру Путину.
«Все наложилось одно на другое»
В марте 2022 года Анастасия взяла в «Сбербанке» ипотеку на 800 000 рублей на срок 240 месяцев под 11,10 % годовых, чтобы купить комнату в общежитии для себя и двух дочерей 16 и 2 лет. Первый взнос в размере 693 144 рублей женщина отдала из средств материнского капитала, а оставшуюся сумму, 106 856 рублей, она должна была выплатить с учетом процентов в течение следующих двадцати лет.
Сначала женщина вносила платежи согласно графику, но после жизненные обстоятельства Анастасии изменились, и она перестала платить по кредиту. Женщина не заплатила 575 рублей по ипотеке, и для неё начались круги ада. За несколько месяцев к этой сумме прибавились ещё 3 879,49 рублей в виде процентов, просроченных по кредиту. Не получив свои 4 455,43 рублей, банк решил через суд расторгнуть договор и продать комнату Анастасии, чтобы получить весь остаток по кредиту и просроченные деньги.
Анастасия признается, что, загруженная семейными проблемами, она просто не могла платить за ипотеку:
— Всё наложилось одно на другое: у меня был развод, я осталась одна с двумя детьми, родственников никого нет, у младшей дочери нашли аутизм. Я ушла с работы, влезла в долги, брала кредиты, чтобы достать деньги на жизнь и лечение ребёнка. Как оказалось позже, мошенник взломал у меня «Госуслуги», пытаясь взять микрозайм.
«Муж выгнал из квартиры, я мыла подъезды, чтобы кормить детей»
До развода женщина с детьми жила вместе с мужем, но когда супруги приняли решение расстаться, Анастасии пришлось срочно искать новое жилье.
— Муж сказал: «Съезжайте с моей квартиры» — нас поперли. Я осталась с детьми одна. Старшая дочка училась в школе, младший ребенок болеет. Мы еле нашли жилье, — вспоминает Анастасия. — Первый месяц платили только коммуналку, потом надо было платить за квартиру. Денег не хватало. Надо было покупать продукты, лекарства, подгузники, ортопедическую обувь, плюсом водить ребенка на лечебные массажи — младшая дочка очень плохо ходила.
Женщина вспоминает, что финансов катастрофически не хватало:
— Только на жильё уходило 15–6 тысяч. На алименты я подала позже, а первое время выкручивались как могли. Когда старшая дочка приходила из школы, она оставалась с младшей, а я шла мыть подъезды. С деньгами было так плохо, что мне даже тётеньки на работе продукты давали. Как мы выжили в то время, я не знаю.
В то же время Анастасия начала брать кредиты. Согласно данным Федеральной службы судебных приставов, на настоящий момент на данные женщины зарегистрировано 41 исполнительное производство на общую сумму задолженностей в 712 558 рублей, большая часть из них — по кредитным платежам.
Активных исполнительных производств сейчас 7 на общую сумму в 119 777 рублей, из них 4 410 рублей — долг по коммунальным платежам за газ, тепло и электроэнергию, 8 700 — долг по кредиту, некая задолженность по исполнительному документу в 53 955 рублей, ещё одна аналогичная задолженность на 4 000 рублей, 32 474 рублей по кредитам и также задолженность по исполнительному документу в 16 237 рублей.
«Дочка перестала говорить даже „мама“. Пришлось уйти с работы и лечить ребенка»

С виду девочка — совершенно обычный ребенок, только родные знают, через что проходит семья
Самым тяжелым для Анастасии стал диагноз дочери. Симптомы расстройства нейроразвития у девочки, по словам мамы, стали проявляться еще в раннем детстве
— Проявляться это стало после года. До года дочка говорила, садилась на горшок, и всё было нормально. А после года у нас всё на спад пошло, — вспоминает Анастасия. — Перестала разговаривать. Мама, папа ещё говорила, но сейчас уже нет. Ни мама, ничего не говорит. Под себя ходим. Может ночами, сутками не спать, очень тяжело справляться с ребенком.
Примерно к трем годам девочке диагностировали аутизм:
— У нас тяжелая форма, ребенку дали инвалидность. Мы ходили на Камскую (там находится диспансерно-психиатрическое отделение, где ведет прием детский психиатр — Прим. Ред.), нам выписывали таблетки. Мы ходили полгода в «Надежду» (государственный детский реабилитационный центр — Прим. Ред.), но никакого результата нет. Сейчас мы лечимся, готовимся идти в определенный садик, в группу для деток с аутизмом, — рассказывает Анастасия.
Мама с двумя детьми жила в купленной комнате, но после того, как болезнь дочери начала прогрессировать, как говорит Анастасия, продолжать там жить для девочки стало опасно — она могла упасть с балкона, чего мама очень опасалась. Семья переехала в съемную двухкомнатную квартиру, а купленную комнату женщина стала сдавать. Чтобы ухаживать за ребенком, женщине пришлось уйти с работы.
— Такому ребенку нужно отдельное, достаточно большое пространство, свой уголок, свой режим. У аутиста собственный особый мир, который он создает вокруг себя — его нельзя нарушать, иначе может стать хуже. Произойдет откат и придется заново начинать развитие ребенка. Я стараюсь поддерживать ее порядок жизни и помогать ей. Временами ей становится лучше, внешне так и вообще не скажешь, что у нее есть какие-то проблемы. Конечно, я не могла тогда работать, влезла в долги, брала микрозаймы. Сейчас, чтобы обеспечивать себя и младшую дочь, я работаю на трех работах. Старшая дочь помогает с младшей, сидит с ней, пока меня нет.
«Узнала, что жилье продали, когда новая хозяйка постучала в дверь»

Женщина пропустила платёж по ипотеке, и банк решил продать её жилье
Занимаясь лечением дочери, женщина пропустила платеж по ипотеке. Банк, не дождавшись поступлений денег, в мае 2023 года обратился в суд. На заочном заседании, без участия Анастасии, Волжский городской суд решил удовлетворить иск банка о расторжении договора и обращении взыскания на заложенное имущество, то есть комнату, купленную в ипотеку.
Суд также решил взыскать с Анастасии всю оставшуюся задолженность по кредитному договору, с учетом просроченных процентов, в размере 114 775 рублей, а также оплатить расходы по оценке стоимости заложенной комнаты в размере 1200 рублей и расходы по оплате госпошлины, что составили 9 495 рублей.
В декабре Волжский городской суд решил выставить комнату на торги. ООО «Мобильный Оценщик» оценило рыночную стоимость комнаты в 624 000 рублей, а суд по закону опред
Купил начальную стоимость недвижимости в 80%, что составило 499 200 рублей. На торгах за сумму почти вдвое меньше, чем была ипотека у Анастасии, комнату купила новая собственница.
О том, что комнату продали, Анастасия узнала, когда ей позвонили квартиранты, арендующие жилье.
— Позвонили и сказали, что пришла какая-то женщина и сказала, что это теперь ее жилье. Я в непонятках, что к чему, стала выяснять, сразу побежала к юристу.
«О судах ничего не знала, мошенник взломал „Госуслуги“ и читал уведомления»
Как рассказывает Анастасия, она не получала уведомлений о судебных заседаниях и не получала решений суда. Женщина утратила доступ к личному кабинету на портале госуслуг после замены номера телефона.
— Я поменяла мобильного оператора, вставила новую сим-карту. Мошенник каким-то образом получил доступ к старой сим-карте и подключился к госуслугам, — говорит Анастасия. — Несколько месяцев я не пользовалась порталом и даже не знала о случившемся. Мошенник в это время пытался оформить на меня микрозайм, но у него не получилось. Его нашли, оказывается, пострадавших было много, у него это стояло на потоке. Я узнала о том, что меня взломали, только когда ко мне пришел сотрудник полиции и рассказал о преступлении. Почему-то прокуратура и суд игнорируют, что мои госуслуги были взломаны, и я фактически не была информирована о судебных заседаниях и торгах.
По словам женщины, именно злоумышленник получал уведомления от суда, а сама женщина несколько месяцев оставалась в неведении о произошедшем. В это время ее жилье продали, а договор об ипотеке расторгли.
«Суд признал торги недействительными, но жилье не вернули»

Добиться возвращения проданной на торгах комнаты оказалось куда сложнее, чем надеялись Анастасия и её адвокат
Новая хозяйка комнаты, по словам Анастасии и её адвоката Дениса Ярошевского, оказалась риелтором и первое время даже сама брала арендную плату с квартирантов, которые жили в комнате. Позже женщина выписала из комнаты Анастасию и её детей.
— Новая хозяйка говорит: «Я всего-навсего нуждалась в жилье. Моя подруга так же купила квартиру, арестованное имущество, на реализации с торгов. Я, глядя на неё, тоже решила поучаствовать». На самом деле она риелтор, — говорит Денис Ярошевский.
Анастасия неоднократно обращалась в суд и добилась отмены заочного решения. Анастасия внесла на депозитный счёт Управления Судебного департамента в Волгоградской области 114 775 рублей и полностью погасила задолженность. После этого торги также признали недействительными, но жильё женщине не вернули.
— Судья разделила нашу позицию, признала торги недействительными и решила возвратить имущество Анастасии, а новому собственнику компенсировать денежные средства, — рассказывает адвокат Ярошевский. — Все стороны возвращены в первоначальное состояние. Это решение обжаловал представитель Росимущества, потому что, видите ли, возникает нагрузка на бюджет.
«Никто даже не подумал привлечь органы опеки и попечительства, а ведь страдают интересы детей»

Женщина считает, что всех судебных тяжб можно было избежать, если бы банк известил её о задолженности и предложил варианты решения ситуации
Сейчас, как утверждает Анастасия, она осталась без денег и без собственного жилья.
— Обидно, что банк никак не сообщал мне о просроченной задолженности, не связывался со мной, не пытался предложить какое-то решение ситуации. Изначально долг был всего 4 455 рублей, банк не предложил никакой реструктуризации или изменения условий погашения, а избрал наиболее тяжелый для семьи путь — обращение взыскания на жилое помещение.
Особо возмущает женщину, что на первом заседании, когда было принято заочное решение, суд не привлек для решения спора органы опеки и попечительства, несмотря на то, что первый взнос был сделан на средства материнского капитала. Анастасия признает, что своевременно не оформила доли детей в жилье, но считает, что суд все равно должен был принять во внимание права несовершеннолетних.
— Так как жилье покупалось с применением маткапитала, требовалось установить, какие права и законные интересы несовершеннолетних детей затрагиваются обращением взыскания и последующей реализацией этого помещения. При рассмотрении данного дела орган опеки и попечительства к участию привлечён не был, — говорит Анастасия.
— Почему при наличии такого обстоятельства, как использование средств материнского капитала для приобретения жилья, судом, органами исполнительного производства и впоследствии прокуратурой вообще не был предметно поставлен вопрос о том, какие права и законные интересы детей затрагиваются и необходимы ли специальные меры для их защиты? — возмущается мать оставшихся без жилья детей.
«Обращались за помощью ко всем, но получили лишь отписки»
Кроме того, по мнению адвоката Анастасии Дениса Ярошевского, произошло нарушение Федерального закона «Об ипотеке», где сказано, что обращение взыскания на предмет ипотеки не допускается, если сумма задолженности составляет менее 5% от стоимости предмета залога. Комнату же, по словам Анастасии, она купила за 800 000 рублей, долг на момент обращения банка в суд составлял 4 455 рублей, из которых просроченный основной долг — 575,94 рублей, а просроченные проценты — 3 879,49 рублей.
Пытаясь добиться возвращения жилья, Анастасия направила обращения Уполномоченному при президенте Российской Федерации по правам ребенка, в Следственный комитет, прокуратуру, Центральный банк и даже самому Президенту России.
— Нам пришли лишь отписки, всё спускается в прокуратуру, а она не видит нарушений, — говорит адвокат Анастасии.
От уполномоченного по правам ребенка пришел ответ о том, что обращение Анастасии передано Волгоградской прокуратуре для проведения проверки.
Центральный банк сообщил, что участие в разрешении спора, возникшего между Анастасией и банком, выдавшим ей кредит, выходит за пределы компетенции Центрального банка.
Следственный комитет также отказался вмешиваться в конфликт, сообщив, что не уполномочен выполнять функцию надзорного органа за исполнением федерального законодательства судебными приставами.
Прокуратура Волгоградской области сообщила, что рассмотрела обращение Анастасии, но не нашла оснований для принятия мер прокурорского реагирования. Тем не менее женщина не оставляет попыток вернуть себе жилье, купленное с использованием материнского капитала.
— Мы в первую очередь хотим добиться справедливости для детей. Чтобы был у них свой угол, чтобы маткапитал был применен по назначению, а не просто куда-то пропал, — говорит Денис Ярошевский. — И нам бы хотелось, чтобы прокуратура тоже приняла со своей стороны меры и поддержала нас. Мы сейчас подаём кассационную жалобу в Верховный суд и надеемся, что всё же здесь права детей и их матери будут защищены.
Редакция V1.RU направила официальный запрос в ТУ Росимущества в Волгоградской области с просьбой пояснить, почему управление отказалось исполнять решение суда и возвращать Анастасии жилье и стало добиваться отмены судебного решения.





