«Поражен костный мозг, нарушилось зрение». Инженер потеряла здоровье после простой чистки в стоматологии

Инженер из Челябинска тяжело заболела летом 2019 года. Все проблемы со здоровьем начались сразу после визита к стоматологу. Кристина (имя изменено) уверена, что осложнениям дало старт токсическое воздействие препарата, который использовал врач для лечения пульпита. Причем этот препарат повсеместно используется в стоматологии в нашей стране. Несколько лет Кристину безуспешно лечили и ставили различные ошибочные диагнозы. Сейчас следователи Челябинска и Екатеринбурга расследуют сразу несколько уголовных дел. Среди фигурантов, кроме сотрудников стоматологии, есть работники еще четырех лечебных учреждений. Профилактический прием Летом 2019 года Кристина пришла на прием в одну из коммерческих стоматологических клиник Челябинска. Ничто не беспокоило, просто профилактический прием. В клинике предложили ультразвуковую чистку от зубного камня. Чистка ультразвуком — распространенная процедура. С помощью специального прибора полностью удаляется зубной налет или уже твердый зубной камень. Во всех рекомендациях утверждается, что это безопасно, прибор не касается зубной эмали. Хотя после процедуры какое-то время могут быть болевые ощущения, повышается чувствительность зубов. Но у Кристины после процедуры начались сильные боли. И они не проходили, а, наоборот, только усиливались. Больше всего болел один конкретный зуб. Внешне он был здоров, без повреждений, давно вылечен, запломбирован. В клинике уверяли, что всё дело в повышенной чувствительности эмали. В другой клинике предложили фторирование зубов, чтобы восстановить эмаль. Ничего не помогало. Боль стала невыносимой. Когда в очередной коммерческой клинике, куда обратилась Кристина, наконец сделали рентген, оказалось, что сломан корень зуба, начался воспалительный процесс. Сейчас она уверена: корень ей сломали при той самой чистке. Вскрыли пломбу, чтобы снять боль, остановить воспаление. В трещину временно положили лекарство, посоветовали удалить зуб. А на следующее утро Кристине внезапно стало плохо. Пропала резкость зрения, предметы стали как будто расплываться перед глазами. На такси добралась до клиники, где была накануне. Там извлекли лекарство, промыли, поставили другую пломбу. Дома стало хуже, поднялась температура. Кристина рассказывает: — Вызвала скорую, но приехала неотложка, посмотрели, порекомендовали пойти к терапевту в поликлинике. Была суббота. Ждать до понедельника не стала. Пошла на платный прием к неврологу в коммерческий медицинский центр. Специалисты при первом же приеме нашли признаки нарушения центральной нервной системы. Офтальмолог предположил токсический неврит зрительных нервов как возможную реакцию на то самое лекарство. Препарат применяется в стоматологии, содержит параформальдегид. Вещество действительно ядовитое, но, как и многие яды, его применяют в медицине: оно оказывает болеутоляющее и асептическое действие. Считается, что в малых дозировках оно не приносит вреда. По крайней мере, в русской инструкции к препарату о таких осложнениях нет ни слова. Подозревали склероз и онкологию Первые два месяца после того, как всё началось, Кристина наблюдалась в коммерческой клинике. Там назначали препараты для улучшения мозгового кровообращения, витаминные комплексы. Улучшений не было. Зрение не восстанавливалось, ее мучили головокружение, тошнота, онемение рук и ног. Диагноз от офтальмолога звучал так: выпадение полей зрения. Это состояние, когда глаз человека теряет способность полноценно видеть окружающий мир, оно проявляется выпадением четверти, а в некоторых случаях и половины предметов из поля зрения. Это даже не болезнь, это симптом. Причина — не офтальмологическая, дело в поражении центральной нервной системы, работы головного мозга. Несколько месяцев Кристина платно наблюдалась в коммерческом медицинском центре. Никаких улучшений. — Поняв, что ничем не могут помочь, мне порекомендовали госпитализацию, предложив решить эту проблему самостоятельно. Я собиралась поехать в Москву или в Питер, там искать специалистов, медицинские центры, где могут помочь. Но чувствовала себя настолько плохо, что решила выбрать город поближе, на «Бла-бла-каре» уехала в Екатеринбург. Там попыталась по ОМС добиться госпитализации в Свердловской областной больнице. Но я смогла попасть туда только платно, объяснив, что экстренная помощь мне не требуется. В областной больнице сделали люмбальную пункцию (инвазивная процедура, жидкость берут из позвоночника. — Прим. ред.). Исключили менингит и энцефалит. — «Лечили» витаминами и препаратами, улучшающими кровообращение, — вспоминает Кристина. Через неделю ее выписали с диагнозом «вегетососудистая дистония». Это термин, который обозначает целый комплекс симптомов, которые могут быть при разных расстройствах, связанных с дисфункцией вегетативной нервной системы. В Международной классификации болезней этого диагноза нет. На обследования ушло около двух миллионов рублей До того «профилактического» визита в стоматологию Кристина была здорова, работала. Была ценным востребованным специалистом-инженером, занималась научной работой, защитила кандидатскую диссертацию. Но прежняя — нормальная, здоровая — жизнь закончилась, превратившись в сплошной анамнез и нескончаемые походы по врачам. Девять месяцев она провела на больничном, пыталась выяснить, что с ней. Государственные больницы и коммерческие медицинские центры в Челябинске, Екатеринбурге, Москве и Санкт-Петербурге, специалисты, анализы и исследования... — Почти все исследования делала платно. По ОМС я лишь продлевала больничный в городской поликлинике, — вспоминает она. — За два года на обследования ушло около двух миллионов рублей. Оплатить помогали родственники, полноценно работать не могла. На очередном исследовании у Кристины обнаружили поражение костного мозга. Начали подозревать онкогематологию. Речь шла о том, что, возможно, потребуется пересадка костного мозга. Основные диагнозы, которые поставлены к моменту публикации, звучат так: дисплазия системы кроветворения (токсического медикаментозного генеза), подозрения на заднюю ишемическую нейрооптикопатию справа, начальные признаки недостаточности мозгового кровообращения вторичного генеза, структурные изменения зрительного нерва. — Если бы в первые же часы и дни мне оказали нужную помощь, как при токсическом отравлении, всех этих страшных осложнений можно было бы избежать, — уверена Кристина. Она направила главе Следственного комитета Бастрыкину заявление с просьбой о возбуждении уголовного дела. Против сотрудников стоматологической клиники, где поставили препарат, возбудили уголовное дело по статье 238 — оказание услуг ненадлежащего качества, которое повлекло за собой причинение тяжкого вреда здоровью. Кроме стоматологии уголовное дело по этой же статье возбуждено против работников еще трех медицинских учреждений в Челябинске. Вообще в юридической практике возбуждение уголовных дел по 238-й статье — редкость, хотя медицина по закону относится к сфере услуг. Юристы, которые ведут дела, связанные с медициной, утверждают, что добиться возбуждения дела по данной статье очень тяжело. Но в данном случае дела были заведены именно по ней. Возможно, повлиял тот факт, что почти всю медицинскую помощь потерпевшая получала платно, не по ОМС. Еще одно уголовное дело расследуют в Екатеринбурге — в отношении сотрудников Свердловской областной больницы. «Во время лечения медицинским персоналом СОКБ № 1 был поставлен неверный диагноз. Одной из причин возникших осложнений стало некачественное оказание медицинских услуг, выразившееся в неверном установлении диагноза», — говорится в постановлении о возбуждении уголовного дела. Кристина постепенно возвращается к нормальной жизни, работает, преподает в вузе, но полностью не восстановилась. — Я не могу по работе пользоваться оптическими измерительными приборами. Проблематично работать с документами, — говорит Кристина. Возможно, трансплатация костного мозга все-таки потребуется. Сейчас назначена судебно-медицинская экспертиза. Она должна точно установить, мог ли часто используемый при лечении зубов препарат вызвать такие страшные последствия для здоровья. В Свердловской областной больнице воздержались от комментариев о данной ситуации, сославшись на закон о врачебной тайне. «Это все-таки единичный случай» Что стало причиной такого тяжелого состояния, сейчас выясняют эксперты. Но мы задали вопрос практикующему специалисту-стоматологу, действительно ли препараты, которые применяются в стоматологии, настолько опасны. — История страшная и тяжелая. С одной стороны, теоретически произойти может всё. Но лично я за много лет своей практики ни разу не сталкивался с подобными случаями и от коллег тоже не слышал подобного. Это все-таки единичный случай, — сказал нам уральский врач, директор одной из стоматологических клиник Борис Ханжин. — И не слышал от коллег. Во-первых, чистка зубов ультразвуком, по моему мнению, не может привести к таким последствиям, как перелом корня зуба. Хотелось бы успокоить людей, что процедура все-таки безопасная. Могу лишь предположить, что перелом уже был, а процедура, которая повышает чувствительность зубов, спровоцировала болевые ощущения на месте закрытого повреждения. Что касается препаратов, которые содержат формальдегид, их действительно применяют в стоматологии. Это токсическое вещество там содержится в минимальных объемах, что не может вызвать такие тяжелые последствия для организма. Максимум оно может вызвать небольшой местный некроз, омертвение в области зуба. Известно, что тяжелые последствия для здоровья может вызвать воспалительный процесс в тканях полости рта, на месте трещины в корне зуба. Хотя, конечно, бывает индивидуальная реакция на препарат. Поэтому истину должны установить судмедэксперты. Недавно мы рассказывали тяжелую историю о том, как пациент погиб после простой капельницы с витаминами. На месте, где был катетер, началось воспаление, которое привело к сепсису.