Травматолог рассказал, что происходит с теми, кто говорит «Смотри, как я могу», в Волгограде

Фразы «Смотри, как я могу!» или «Уже 100 раз так делал!» чаще всего заканчиваются для жителей Волгограда примерно одинаково: падениями, растяжениями, переломами и ушибами различной степени тяжести с последующей дорогой к очереди в травмпункт или на стол к профильному специалисту больницы. Заведующий отделением травматологии и ортопедии больницы скорой помощи Волгограда № 25 Евгений Ермолаев рассказал, что происходит с теми, кто попадает к нему, растеряв перед этим лучшие достижения эволюции. Травматологи — привилегированная каста. К ним попадают, минуя знахарок Более чем 30 лет проработав в отделении травматологии и ортопедии, Евгений Ермолаев знает точно, что травматолог всегда находится на особом положении: пациенты попадают к нему, минуя стадии обращения за советом и помощью к соседям, близким и посторонним людям, бабушкам-знахаркам и к народным средствам вроде приложенного подорожника. А поводов для обращения к врачу больше чем достаточно. И чаще всего достаточно сначала хвастливо сказать окружающим: «Смотрите, как я могу». — Это же классика. Сколько угодно таких случаев. Адреналин. Сел на кромку крыши — упал. Встал на парапет на набережной. Одной рукой держится за грядушку. Посмотрел на небо. Точки опоры нет, голова закружилась, упал. А экстремальные съемки и их последствия? — перечисляет Евгений Ермолаев. — Сезонные события тоже добавляют пациентов. Это и катки, и горки, и всевозможные самоходные движущиеся средства вроде заполонивших Волгоград самокатов. А когда человек попадает в зону, нехарактерную для него, от водных горок до бега по лестнице, то хорошо, если потом он останется в сознании и сможет сказать: «Эх, Евгений Константинович, что-то меня переломало». Получивший травму человек чаще всего сразу же обращается к врачу. Терпеть такую боль зачастую невозможно. — Если у человека острая травма: повреждение кожных покровов, сухожилия, капсулы сустава, перелом костей, даже мелких, или вывих, то это такие критические состояния для организма, что у человека нет двух путей. Он сразу обращается к нам, — рассказывает травматолог-ортопед Евгений Ермолаев. — Вывих любого ключевого сустава — это одна из мощнейших болевых афферентаций. В мозг поступает огромное количество болевых импульсов. Недаром самой страшной пыткой была дыба. Растягивали капсулы сустава, и человек вспоминал даже то, что ничего не знал. Или казалось: «Ой, я подвернул стопу». Доктор сделал рентген, он ничего не показал. Но боль есть, потому что капсульный аппарат болит сильнее, чем кости, в которых нет нервных окончаний. Кроме того, организмы пострадавших зачастую и перед травмой страдают перенапряжением опорно-двигательного аппарата — профессиональными деформациями и воспалениями от сидячей, монотонной работы за компьютерами в офисе или в сфере услуг. — Парикмахеры, официанты, компьютерщики, чиновники, офисный планктон или спортсмены часто страдают от болей около суставов, там, где сухожилия прикрепляются к костям, — рассказывает кандидат медицинских наук Евгений Ермолаев. — И если человек вовремя не купировал воспаление, то у него при травме может быть отрыв сухожилия от места прикрепления к костям. В этом случае уже потребуется операция. Организм разрушает достояние эволюции. Иногда безвозвратно По словам Евгения Ермолаева, тысячелетиями человек боролся с гравитацией и укреплял прочность своего опорно-двигательного аппарата. Сейчас же пошел процесс деградации: волгоградец садится в автомобиль и, не прилагая усилий, перемещается в пространстве, встает на эскалатор, садится в лифт, водружается на электросамокат. Всё это перемещение без стараний. Даже в травматологию потом пострадавшего доставляют на каталке скорой помощи, а не на подручных связанных между собой ветках. И в результате опорно-двигательный аппарат говорит: «Вы не предъявляете мне требования. И я ослабеваю». — Мы перемещаемся в пространстве, и наша природная адаптация — скорость в пять километров в час. Мы идем и всё контролируем: органы зрения, слуха, капсульно-связочный аппарат передает обратную связь от неровностей дороги. У нас организм рассчитан на эту скорость, — рассказывает врач — травматолог-ортопед высшей категории Евгений Ермолаев. — Мы даже можем бежать. Скорость в 10 километров в час мы тоже контролируем. Но если мы выходим за эту границу, то наш аппарат, который анализирует и адаптирует нас к внешней среде, не справляется. Мы больше не видим препятствий. Врач-травматолог Евгений Ермолаев считает, что и перед тем, как совершать рискованные поступки и в повседневной жизни, человек должен готовить себя к различному повороту событий, и делать это с учетом своего ослабленного опорно-двигательного аппарата. — Если на скорости 30 километров в час прямолинейно двигаться, то в 90% случаев движение происходит без проблем, — говорит травматолог-ортопед Евгений Ермолаев. — Но остается еще 10%. А если неровность дороги? Препятствие? Неожиданно выскочивший ребенок? Что вы будете делать, какие ваши действия? Падать или врезаться? Даже если человек падает на такой скорости, то организм разрушает собственное достояние эволюции, и иногда безвозвратно. Врач сетует, что организм человека — величайшее достижение природного прогресса — становится жертвой цивилизации и непривычных скоростей. — Если 100 лет назад, когда не была развита медицина, человек падал и травмировался, он был обречен на смерть, — говорит Евгений Ермолаев. — Особи со слабым опорно-двигательным аппаратом эволюцией выбивались, оставались более крепкие. Это естественный отбор. Сейчас всё по-другому. Мы получили ослабленный опорно-двигательный аппарат плюс наличие скоростей, на которых человек не всегда может адаптироваться к изменившимся обстоятельствам. Причем, по словам врача, максимально способны подвести человека именно его спонтанные поступки ради сиюминутного блага и удовольствия. И зачастую слова: «Смотри, как я умею. Я уже сто раз так делал». — Мы же не день и не два обучаемся управлять автомобилем. Учимся, практикуемся, и у нас появляется ежедневный навык. А когда человек спонтанно встает на электросамокат в темное время суток, вместо навыка и опыта у него лишь вырабатывается адреналин — тот кайф, который мы все любим, — говорит кандидат медицинских наук. — Состояние удовольствия, свежий воздух в лицо. Казалось бы, вот счастье. А за ним стоит глубочайшая трагедия. Дали человеку эволюционный смартфон, а он забивает им гвозди. И когда ему приходится по этому смартфону позвонить и сказать, что случилась беда, он уже не может. Он упал с самоката из-за не замеченного вовремя препятствия, расколотил вдребезги свой опорно-двигательный аппарат и лежит на больничной койке с тяжкими последствиями.