«Смерть Юли стала последней каплей». Как живет один из красивейших островов Приморья после трагичной смерти многодетной матери

С той трагедии, которая прогремела на всю страну, прошел год. В Приморье молодая женщина, мать троих детей умерла только потому, что ей не смогли вовремя оказать медицинскую помощь. Жительница острова, как и все местные, оказалась в блокаде — между материком и островом не было сообщения. 35-летняя Юлия почувствовала себя плохо 13 января. А попала в больницу она только на третьи сутки и там скончалась. Судно, которое ходило между материком и островом, сломалось еще в июне 2022-го, его должны были починить до конца декабря. Но маршрут так и не возобновился. Остров Путятина живописный, летом от туристов отбоя нет, поэтому между островом и материком ходили частные катера. Зимой же местные жители стали пленниками. Сразу после смерти Юлии на остров приехал губернатор Приморья Олег Кожемяко. Ситуация с паромом повторяется из года в год — судно очень старое и ломается каждую зиму, но смерть молодой матери буквально подняла население острова на дыбы. Все беды и проблемы Путятина обнажились разом. Люди рассказывали, что больше не могут жить без дорог, освещения, питьевой воды, врачей, учителей и даже без пожарной машины. Корреспондент VLADIVOSTOK1.RU поговорил с местными жителями. Выяснилось, что на острове многое изменилось, но люди в большинстве своем до сих пор хотят уехать на материк. Остров Путятина рискует присоединиться к российским поселениям-призракам, которые когда-то были крупными промышленными и сельскохозяйственными центрами, но в итоге опустели навсегда. "Даже в 90-е годы на острове было лучше, чем в городе" Елена Пилиеви родилась на острове Путятина, но школу заканчивала уже во Владивостоке. Сейчас на острове живет ее мама, которая ухаживает за 86-летней бабушкой. Елена регулярно их навещает, решает проблемы, поэтому знает их изнутри. — В прошлом году старую баржу все-таки отремонтировали, но для этого надо было лично вмешаться Кожемяко. Для острова заказали новое судно, его будут строить еще полтора года. А так на Путятина за этот год появилось то, чего не было десятилетиями, — говорит Елена. Остров Путятина — территория бездорожья, по крайней мере, так было до этого года. Центральная дорога идет через весь поселок, ее отремонтировали не всю, но большую часть участков восстановили. То же и со второстепенными дорогами — жители забыли, как выглядит асфальт возле домов. В этом году он появился, пусть не везде, но большинство территорий отремонтировали. Почему-то ремонт дорог не забрался на сопку в центре поселка, как раз туда, где живут старики. — Моя бабушка в жизни не спустится по этой разбитой дороге, да еще и зимой по льду. Почему не отремонтировали дороги в центре, мы не понимаем, — говорит Елена. Но главная дорога на острове — та, что ведет к переправе. Четыре километра по сопке не могли проехать даже джипы. По дороге постоянно стекает вода, смывает глину, намерзает лед. Местные говорят, что зимой этот путь даже пешком не преодолеть. —Дорогу подшаманили еще в прошлом году после смерти Юлии. В этом году пустили грейдер, всю ее поровняли. Но она быстро портится, надо постоянно поддерживать. Поэтому грейдер лучше иметь на острове, но его как не было, так и нет, когда нужен, привозят на судне. Если погоды нет, значит, и дороги нет, — поделилась собеседница издания. Сегодня в поселке всего один причал. Баржа может к нему подойти, но ее качает, приходится делать несколько подходов к берегу, чтобы высадить пассажиров. Другое дело — пирс, к нему могут пришвартоваться два судна, пассажиры спокойно сходят на берег. Когда-то только в самом поселке было два пирса, третий стоял на зимней переправе. Сегодня они все разрушены. — Пирсы так и не отремонтировали. Баржа подходит к причалу и люди прыгают. Она может выйти прямо на сам берег, но это не всегда получается. Я один раз съезжала с нее на машине и слышу крики: «Газуй! Газуй!» Потом поняла, что баржу стало относить в море, и я могла на машине в воду упасть, — рассказывает Елена Пилиеви. Баржа снова не ночует на острове Путятина, как это было в прошлом году. Что случись — придется ждать, пока она придет из поселка Дунай. Сейчас судно ходит в хорошую погоду, в шторм — стоит на приколе. И это только начало зимы, главные ветра еще впереди. — В тот раз Юлию везли с острова на военном буксире, который сначала долго искали и договаривались. Мы хотели, чтобы у нас была возможность звонить и вызывать буксир, если на острове есть экстренный больной. Но, опять же, пирса нет. В тот раз он еле как подошел к развалине, и Юлию как-то смогли занести, конечно, со всеми нарушениями безопасности, — поделилась собеседница издания. За год в поселке появился мощный генератор. Раньше свет отключали постоянно. На всех улицах поставили фонарные столбы и провели освещение, которого в поселке не было почти 30 лет. Елена говорит о том, насколько жизнь в поселке стала лучше, но от этого рассказа становится не по себе. Главный вопрос: как люди прожили на острове столько лет, не имея самого необходимого. — На остров несколько лет назад пригнали поломанную пожарную машину. Со временем ее отремонтировали, она стала ездить, но гараж не был утеплен, поэтому вода в баке замерзала, и машина всегда зимой была не заправлена. У нас даже были пожары, а машина ничем не могла помочь. Местные использовали ее как тяжелую технику, например, чтобы автомобиль вытащить. Сейчас всё привели в божеский вид. Бокс утеплили, и машина может тушить пожары, — рассказала Елена. Еще губернатор подарил поселку трактор, чтобы можно было расчищать снег, который иногда заваливает по крыши. На острове появилась скорая помощь, которая доставит больного к фельдшеру. До прошлой зимы люди добирались в медпункт сами. — В этом году отремонтировали колонки. На острове нет питьевой воды, а все колонки стояли разрушеные, кроме одной. Вот все из нее и пили. Ходишь, просишь кого-то из соседей, у кого машина есть, чтоб тебе привезли воды, а потом экономишь ее как можешь. Сейчас по поселку работают несколько колонок, а пенсионерам, таким как моя бабушка, даже подвозят воду, потому что ей ходить тяжело, — добавила Пилиеви. В четырех многоэтажных домах отремонтировали всего одну крышу, хотя текут они все и губернатор обещал это исправить. Зато поселку выдали «Газель», чтобы люди не ходили пешком на переправу. Елена винит в практически полном разрушении поселка бывшую главу поселения Людмилу Полубояркину и руководителя ЗАТО Фокино Александра Баранова. — Полубояркина была главой острова Путятина почти 30 лет, она начала разлагаться на этой должности. Если к ней приходили и жаловались на дорогу, на переправу и прочее, то она просто запугивала. Одним говорила, что твоего мужа посадят в тюрьму, потому что он незаконно рыбачит — браконьер. У нас там и правда работы-то нет. Женщин пугала, что натравит опеку, и у них заберут детей. Я спрашиваю у одной, а за что у тебя детей-то могут забрать? Ты же не пьешь, работаешь, детей не обижаешь. Но люди законов не знают и поэтому всего боятся, — вспоминает девушка. Остров Путятина — красивейший остров Приморья и абсолютно депрессивная территория. 30 лет в инфраструктуру острова ничего не вкладывали. — Место было престижным, даже в 90-е годы. На острове было лучше, чем в городе. Во Владивостоке не было воды и света, мусор не вывозили, по городу расплодились крысы. В то время бабушка забрала меня на Путятина, и я была рада, потому что там была еда, электричество, вода. Всегда была свежая рыба. А сейчас на это место больно смотреть, — посетовала Елена. Женщина говорит, что на острове много таких, как ее бабушка, тех, кто никогда не уедет. Но работоспособное население мечтает покинуть Путятина, чтобы найти работу, иметь возможность водить детей в хорошие школы и больницы. — Бабушка ни в какую не хочет уезжать. Она попала на Путятина по распределению, окончив вуз на Украине. Здесь 44 года работала главным бухгалтером на рыбном заводе, у нее было 3 тысячи сотрудников. Здесь она похоронила своего мужа и внука. Сказала, что до смерти останется на острове, — рассказала Елена. "Я бы уехала обратно во Владивосток, не задумываясь" Мать Елены Пилиеви Светлана Попова родом с острова, но после школы уехала в город учиться, окончила Дальрыбвтуз и осталась. Четыре года назад она вернулась на Путятина, чтобы ухаживать за больной матерью. — Хоть я здесь и родилась, но я бы уехала обратно во Владивосток, не задумываясь. Я хочу работать, я еще не старая, мне 58 лет, но здесь просто нет работы. При этом деньги нужны постоянно: нарубить дров, отремонтировать что-то, расчистить двор от снега — за всё надо платить, — говорит Светлана. До трагедии проблемы Путятина были никому не нужны. Местные уверены, что дороги, освещение, скорая помощь и другие элементарные вещи появились на острове, потому что умерла именно Юлия — молодая и очень красивая женщина, мама троих детей. Историю подхватили федеральные СМИ, замять ее просто не получилось. — Это не первая смерть, сколько было инсультов, инфарктов. Смертей было очень много, и всё потому что остров отрезан от материка. Родственники метались, искали катер или пытались баржу вызвать, чтобы как-то человека спасти, — делится Светлана. На острове много разрушенных зданий, они повсюду. Дома из хорошего кирпича без окон и дверей напоминают о временах, когда остров процветал. Сюда стремились не только из городов Приморья, но и со всей страны. На острове работал мощный рыбный завод и зверобойная ферма. Остров Путятина был местом на земле со своими школами и детскими садами, библиотеками и прачечными, гастрономами и комфортным жильем. Местные понимают, что больше в развитие территории вкладываться никто не будет. Страна и ее экономика изменились кардинально. Люди просят дать им хоть какой-то минимум, чтобы можно было выжить. — Поселок доведен до ужасного состояния — разруха. Очень много разваленных зданий. Детский сад стоит разрушенный, а почему его не переделали? Ведь могли переселить людей, которые сейчас живут в аварийных домах. Таких у нас в поселке много, — поделилась собеседница издания. В январе прошлого года губернатор Кожемяко лично приезжал на остров, много говорил с людьми, подробно выслушивал каждого. После глава региона еще дважды навещал жителей. — Вы знаете, насколько люди поверили на последнем собрании ему (Олегу Кожемяко. — Прим. ред.) спасибо говорили, руку жали. Говорили, что теперь хочется жить на острове. А мне вот пока не хочется, потому что не всё сделано. Администрация Фокино должна контролировать остров постоянно, каждый день. Если нет дорог, то делать дороги, нет больницы — решать вопрос, но они ничего не делают, — подытожила Попова. "Будет минимум — сможем жить" Евгений Мирошниченко и его жена Ольга живут на острове с 1988 года. Вместе окончили сельскохозяйственный институт и по распределению попали на Путятина. Вместе работали в зверосовхозе. На острове родились сыновья. Старшего мобилизовали в сентябре 2022-го, младший — старпом, по полгода проводит в море. — Я не могу представить, что я куда-то уеду отсюда. Не могу даже ответить почему. Наверное, я знаю, что нигде никто не ждет меня на новом месте, а здесь я привык, я всё знаю. Есть люди, которым тяжело что-то серьезно менять, видимо, я один из них, — говорит Евгений. Возле дома мужчины появился асфальт. Последний заасфальтированный клочок дороги наш герой видел в начале 2000-х. — Я понимаю, что асфальт по поселку не везде. Но хоть проехать теперь можно. Там, где его нет, из земли выдрали большие камни, о которые машины дном бились. Пусть асфальта там нет, но лучше-то стало, — рассуждает собеседник издания. Помещение бывшего рыбного завода выкупил предприниматель из Владивостока и организовал там рыбный комбинат. Евгения Мирошниченко и еще нескольких сотрудников забрали с базы «Доброфлота», которая до этого располагалась на острове. — Я работаю в охране, меня и других работников, можно сказать, по наследству передали. Мне всё нравится. Есть отпуска, очень хорошее человеческое отношение, я это ценю. Что плохо? Быт на острове был разрушен до основания. Сейчас у нас есть свет, дорога, переправа, а остальное наладится. Мы думаем, что жизнь уже налаживается, только надо поддерживать всё. Будет у нас этот минимум — сможем жить в меру своих способностей, — поделился Евгений. "Дадут квартиру — я сразу уеду" Анна — мама троих детей, живет на острове всю жизнь, но стоит в очереди на квартиру в ЗАТО Фокино. — Если мне дадут квартиру в Фокино, я сразу уеду. Тут ничего для моих детей нет, ни детских садов, ни педагогов, ни кружков и так далее. С другой стороны, здесь я мастер производства на небольшой пекарне. Я чувствую себя нужной. Меня все жители хвалили, когда я хлеб пекла. Кода я стала мастером — ушла на повышение — меня все просили, Ань, ну напеки хлеба, — начинает рассказ собеседница издания. Анна Манькова вспоминает, что смерть Юлии стала последней каплей, небольшое население острова пришло в ярость. — Я даже думала, что, может, нас выживают отсюда. Может, тут люди и не нужны. Мы же не просим сделать нам тут всё на высшем уровне, но не было даже самого элементарного: дорог, транспорта, медицинской помощи, света и воды, — вспоминает Манькова. Анна родила третьего ребенка в октябре, баржа перестала ходить в июне. На осмотры к врачу она ездила на катере. В отличие от баржи, катер подпрыгивает на волнах. Чем больше волны, тем больше трясет. — На бесплатный катер было не пробиться, он берет 7–8 человек на борт. В первую очередь пускают тех, кто работает на материке — это 5 человек, потом почтальона, и остается 2 места. Платный катер стоит 2 тысячи рублей. У нашего друга есть катер, слава богу, он меня возил, — поделилась женщина. Анна уехала на роды за три недели до предполагаемой даты. Ждать до последнего на острове нельзя. — Я и домой везла малышку трехдневную на катере. А куда мне было деваться, у меня, кроме Путятина, дома нет. Пришлось ехать. Так страшно было, не передать, — рассказывает Анна. Также она подтвердила, что бывшая глава запугивала людей. Лично Анне Полубояркина не раз угрожала тем, что у женщины отнимут детей, если она не прекратит возмущаться. — Она (Людмила Полубояркина. — Прим. ред.) меня столько раз пугала опекой, если я рот свой не закрою. Все знают, что для меня мои дети — это самое дорогое. Меня эмоции разрывали. Когда к нам Кожемяко приезжал, я попросила с ним наедине поговорить. Рассказываю ему, что наша глава грозится у меня детей отобрать, а сама реву. Олег Николаевич обнял меня и говорит: «Аня, ну кто у тебя отберет детей, ты посмотри, какие у тебя чудесные дети. Какой сын стоит замечательный. Да если только хоть что-то подобное начнется, ты мне лично звони». И номер свой дал. Тогда я уже успокоилась, — вспоминает собеседница издания. Новая глава, старая глава, уголовное дело Корреспондент VLADIVOSTOK1.RU дозвонился экс-главе поселения Людмиле Полубояркиной. Бывшая чиновница начала отрицать, что запугивала местных жителей, а потом бросила трубку. Глава ЗАТО Фокино Александр Баранов также отказался отвечать на вопросы, а после перестал отвечать на звонки редакции. В январе 2023 года Следственный комитет возбудил два уголовных дела по факту смерти женщины и по халатности, в результате которой остров оказался отрезан от материка. Отвечать за смерть Юлии будет заместитель главы ЗАТО Фокино по вопросам ЖКХ Сергей Пуртов. Чиновника обвиняют в том, что он не принял мер, когда остров Путятина остался отрезан от материковой части Приморья. Будет ли отвечать перед законом сам Баранов, до сих пор неясно. Сейчас в поселении на острове Путятина новая глава. Молодая сильная женщина нравится местным жителям, именно они предложили ее кандидатуру губернатору. Так Анна Бакланова сменила Людмилу Полубояркину, которая правила на острове десятки лет. — Я 10 лет отработала в местном ДК, я всю жизнь общественник. В этот раз ситуация уже просто зашкаливала накалом, в итоге получилось как получилось. Я не хочу переезжать с острова, здесь вся моя жизнь. Мне есть где жить на материке, мы с супругом взяли ипотеку в Фокино. Но переезжать туда я не хочу. Я очень хочу, наоборот, чтобы на острове были рабочие места, чтобы сюда люди ехали, чтобы поселок развивался, жилье строилось, детям было где и чем заниматься, — поделилась собеседница издания.