Эти в фонтанах не купаются: 6 историй десантников, которыми нужно гордиться

Если в вас по-прежнему живет мнение о том, что типичный вэдэвэшник — это пьяный пузач с бутылкой и в фонтане, мы позвали шесть сильных красавцев, чтобы разрушить этот стереотип. Только посмотрите на них! Несколько лет они отдали элите вооруженных сил и сегодня продолжают удивлять своим стремлением жить не так, как все: священник, три спасателя, гроза УГРО и танцор буги-вуги рассказывают о прошлом в берете и настоящем в своей интересной жизни. «Ты что, поп? Вам разве можно сюда? Стрелять ведь придется, не дай бог, убивать» Когда Михаил Жегалин появляется на праздновании Дня ВДВ, все самарцы обращают на него внимание. Еще бы! Не каждый день увидишь в городе священника в голубом берете. При церкви Михаил с детства: ходил по выходным на службу с мамой и бабушкой, а в 11 лет появилось осознанное желание прислуживать. В школе к этому отнеслись благосклонно и даже отпускали с уроков на праздничные богослужения. Дальше Жегалин поступил в семинарию, но не успел сдать диплом. С тех пор в его жизни начался виток в Воздушно-десантных войсках. — Нас отправили сначала в Омск, в учебный центр подготовки младших специалистов воздушно-десантных войск. Было распределение. На сцене клуба сидел взрослый офицер. Он смотрел наши личные дела, узнавал нашу специфику. Мы по очереди к нему подходили. Каково же было его удивление, когда он увидел, что я из семинарии пришел. Говорит мне: «Ты что, поп? А вам разве можно сюда? Стрелять ведь придется, не дай бог, убивать». Я ответил, что не только можно, но и нужно. К тому же я еще не был священником, а всего лишь студентом, человеком общества. Защищать, охранять, быть достойным сыном своего отечества — это свято. Офицер оценил ответ, — рассказывает Михаил. Всю службу он пробыл наводчиком-оператором боевой машины: сидел в башне, охранял саму машину и отряд из 15 человек. От реальных боев, говорит Жегалин, его оградил бог. Зато споров о религии с сослуживцами было много. — Чувствовалось пренебрежительное отношение: «Аааа, поп! Из тех, что в черных халатах и с ведрами на голове?» Но я обиду не держал. Постепенно все сдружились, армейская жизнь сплотила. Ребята начали задавать вопросы о вере, о церкви. Сначала были простые, потом — более сокровенные. У многих же просто непонимание, предвзятое отношение к церкви. За то время, что я был в армии, трое сослуживцев крестились. Отец Михаил говорит, что служба в армии помогла ему лучше понимать людей и оценивать реальность. Он даже чуть не ушел служить по контракту, но зов сердца вернул в церковь. Еще больше о десантнике-священнике знает 63.RU. «Потом по всем этим событиям и сняли "Девятую роту"» Александр Моляров из Красноярска с раннего детства мечтал стать десантником. Примером был дядя, сотрудник НКВД. В школьные годы Александр примерял его форму, строил ДЗОТы, играл в войну и всегда — в роли командира. Опять же с дядей в 1981 году он пришел в военкомат и попросился на службу (до этого ему четыре раза отказывали). Новобранца взяли и отправили в Фергану. — Гоняли по полной программе, стреляли со всех видов оружия, ездили на разной технике. Я вообще уже много где был, сейчас так не учат, это точно. Подготовка шла 5 месяцев. Потом всех садят на Ан-12, мы летим час с небольшим и приземляемся в Кабуле. Меня определяют в разведроту. Вообще потом по всем этим событиям и сняли «Девятую роту». Офицеров называли «покупателями», они выбирали, кто из нас с ними будет служить, — вспоминает Александр Моляров. После Афганистана десантник прошел еще несколько горячих точек, а после вернулся в Сибирь и закончил школу уголовного розыска, по окончании которой ему предложили идти начальником ОБЭП в Краснотурьинск Свердловской области. Там он раскрыл внушительные хищения в местной администрации, но самое громкое раскрытое преступление связывает с Красноярском. — За два года преступник совершил 150 грабежей. Он заходил в подъезд с подвала, выключал лампочки, молотком ударял женщин по голове, срывал все золотые украшения, забирал все деньги. И уходил через подвал, никто не мог его поймать. Когда я стал начальником милиции, я собрал весь личный состав — уголовный розыск, участковых, следователей. Изучил дела и сразу сказал — это наркоман. Поручил всем участковым поставить на учет всех, кто ведет «паразитический» образ жизни, всех наркоманов и так далее. И что вы думаете. После этого совещания участковый приходит к такому одному на квартиру на Тельмана, 30, прямо рядом с нашим управлением. Там сидит наркоман, а на столе у него украшения, которые сняты с последней потерпевшей. Как сейчас живет сибирский десантник и другие истории из его жизни ищите на NGS24.RU. «В армии сразу же развеялся стереотип об огромных накачанных разведчиках» Кемеровчанина Даниила Катаева с детства учили тому, что парень должен уметь постоять за себя и за свою родину. Поэтому вопроса, служить или нет, у него даже не возникало. Когда на сборном пункте узнал, что есть возможность попасть в войска специального назначения, долго не думал и пошел проситься к офицеру. — Он потом стал моим командиром роты. Конечно, я был счастлив! Для 18-летнего парня, увлекающегося военной тематикой, попасть в спецназ ГРУ — лучшая судьба, — говорит Даниил. — Каждый день у нас были теоретические занятия, физподготовка и отработка практических навыков: стрельбы, изготовления взрывчатых веществ и их подрыв, отработка тактических навыков по передвижению и ведению боя в различных условиях, медицинская подготовка. Не думал, что в армии придётся так много учиться. Кстати, в армии сразу же развеялся стереотип об огромных накачанных разведчиках. В основном это жилистые, очень выносливые бойцы. Полученные во время службы навыки пригодились Даниилу в работе — после службы он пошел работать в МЧС. Но до этого еще несколько месяцев привыкал к домашней обстановке: первое время не знал, о чем говорить с родными и друзьями, потому что привык к сослуживцам, армейским темам и сленгу. Из-за этого на гражданке не сразу смог найти общий язык с окружением. Но со временем это прошло само. — Армейская подготовка пригодилась в плане выносливости, выдержки, так как был самым молодым бойцом. К тому же десантные навыки позволяют легко ориентироваться на местности во время поиска пострадавших. Легче и потерявшихся граждан искать. Мы часто ездим в командировки, во время которых некоторое время приходится жить в лесу или в горах. А для меня это обычная среда обитания. Поэтому большинство трудностей, которые могут возникать у коллег, для меня ими уже не являются, — рассказывает Даниил. Что же до Дня ВДВ, то для кемеровчанина это добрый и трезвый праздник. Построение, марш, марш к Вечному огню и прогулка в парке — к такому распорядку дня 2 августа он уже привык. В этом году молодой человек с сослуживцами планирует посетить детский дом с подарками. «Когда я говорю о потерях, все сразу вспоминают фильм «Чистилище»» Можно сказать, что волгоградец Владимир Кошелев попал в ВДВ по счастливой случайности: сначала из-за аномалии в сердце ему ставили категорию годности, с которой он мог пойти только в связисты. Но он прошел обследование у кардиологов, потом устроил скандал в военкомате — все для того, чтобы стать десантником. В спецподразделение разведки Кошелев попал в 2002 году, он уже знал, что уедет в Чечню. К командировке служащих готовили не только физически, но и морально — хоть активных боевых действий на Кавказе уже не было, какие-то стычки все равно случались. — Да, нам пришлось пострелять. Когда я говорю о потерях, все сразу вспоминают фильм «Чистилище». Я не знаю, было ли это правдой, я не видел, чтобы танками ездили по трупам. Естественно, случались стычки — группа на группу находила в горах. Всякое бывало: убили командира группы, сильно ранили бойца. Но лично в моей группе потерь не было, — вспоминает Владимир. Сегодня ему 36 лет, он служит пожарным — об этой профессии мужчина даже не мечтал. — Помню, как пришел к руководству части и случайно ударил по двери ногой. Толстая деревянная дверь открылась со скрипом: «Боец нужен?» Они слегка опешили и, кажется, решили, что я хочу кого-то у них забрать. Через пару-тройку недель я вышел стажироваться, и у меня стало получаться: через год назначили старшим пожарным, еще через год — командиром отделения. Больше о Владимире знают на V1.RU. «В армии и танцах упражнения похожи. Только рукопашный бой здесь ни к чему» Михаила Муравьева в Ярославле знают как первоклассного танцора буги-вуги, и кто бы мог подумать, что пару лет этот мужчина провел в десантных войсках. Из местного военкомата его увезли в Тулу, где и проходила служба. — В самом полку мы находились не так часто, было много учений, полевых выходов. Служба была не из лёгких, но это и понятно, ведь ты должен освоить много всего нового и быть постоянно в тонусе. Из ярких воспоминаний, пожалуй, первый прыжок. Я перед ним стёр правую ногу, и брать меня поначалу не хотели, пришлось одолжить у сослуживца один ботинок на пару размеров побольше... Всё прошло успешно! Очень повезло с погодой, был штиль и ясно. И после выхода из самолёта и раскрытия купола возникло ощущение, что ты завис на одном месте — адреналин через край! Осознание пришло уже позднее. Тягу к буги-вуги Михаил открыл в себе не сразу. На танцы его позвали знакомые, от приглашения до принятия прошло три года. Навыки десантника пригодились и здесь: выносливость, отличная физическая форма сделали его завидным партнером по танцам. — Каждый трюк, разумеется, многократно изучается и отрабатывается. Что касается именно физической подготовки, то общие упражнения в армии и танцах в целом схожи. Они направлены в первую очередь на то, чтобы тебе самому было в дальнейшем легко и комфортно выполнять поставленные задачи. Пожалуй, только рукопашный бой на танцах ни к чему, — говорит Михаил. Сослуживцы об увлечениях Муравьева знают и иногда подшучивают над ним. — Шутят, конечно, так как на танцах много общения с девушками. А так, у всех сослуживцев свои увлечения. Кто-то уже давно в семейных делах. Видимся с ними каждый год. Собираемся своей компашкой с девушками и жёнами. В этом году планируем поехать на 2 августа к себе в полк. Больше историй и зажигательных танцев от дасантника-бугимена ищите на 76.RU. «Мы приехали на место, а нам рассказали, что нас хотели грохнуть» Александру Трубину 39 лет, из них три года он отдал службе в ВДВ. С детства Трубин увлекался спортом: бегал, ездил на лыжах, занимался полиатлоном — внушительно для парня из небольшого поселка под Курганом. Но мужчина скромничает, говорит, что его успехи — «средние». С такой же скромностью рассказывает, как попал в десантуру: два года в Туле, еще почти год — в Чечне. — Мне ротный тогда говорил: или иди увольняйся, или контракт подписывай. Это я и сделал, даже домой не поехал. Контракт подписал, чтобы посмотреть, что в Чечне происходит, проверить себя, ощутить на своей шкуре, что это такое. Буквально через две недели сборов нас отправили в Республику Ичкерию, я поехал туда снайпером, — вспоминает Александр. В итоге он объездил всю Чечню: два раза по месяцу был в Грозном, сопровождал центры подвоза, выставлял блокпосты и развозил боеприпасы в горы. — Мы однажды приехали на место, а нам рассказали, что нас хотели грохнуть. Мы ехали по серпантину, с двух сторон горы. Одна банда подошла, вторая чуть задержалась, не успели. Это выяснилось, когда перехватили их переговоры. А у нас было отделение всего человек 20, — вспоминает Александр. — У морпехов, стоявших недалеко от нас, были потери почти каждый раз. Их почему-то больше убивали. В 2003 году Трубин вернулся в Курган и попытался устроиться в МЧС — его не взяли. Следующие три года он провел охранником на железной дороге. Стать спасателем помогла тяга к спорту: он до сих пор бегает марафоны, участвует в соревнованиях по всем видам спорта. В МЧС десантник служит уже 15 лет: выезжает на возгорания и организовывает их ликвидацию. — Я горд тем, что есть такие элитные войска, они воспитывают настоящих мужиков, а не тряпок, как некоторые сейчас по улицам ходят. Отслужившие в ВДВ могут с оружием обращаться, владеют рукопашным боем, — говорит десантник. Еще больше о нем читайте на 45.RU.