Эксперт по туризму объяснила высокие цены отдыха на Байкале

Жалобы на дорогой отдых на Байкале сыплются летом каждый день. Этим недовольны местные жители и туристы. «За что?» — пишут они в соцсетях, публикуя фотографии спартанских условий. Наши коллеги из IRCITY.RU решили разобраться с этим и поговорили с руководителем комитета Торгово-промышленной палаты Восточной Сибири по предпринимательству в сфере туризма Мариной Григорьевой. «Отдых на Байкале не может быть дешевым» — Почему так дорого отдыхать на Байкале? — Наверное, потому что и в магазине всё недешево. — Из чего складывается цена? — Абсолютно так же, как у любого другого бизнеса. Это себестоимость, в первую очередь, заработная плата. Законодательный минимальный размер заработной платы у нас регулярно повышается. Соответственно, параллельно сразу увеличивается и сумма налога, которую мы обязаны платить на фонд оплаты труда. Это стоимость продуктов, транспортных услуг как для персонала, так и для тех, кто доставляет нам продукты. 2,5 тысячи с человека — это на самом деле минимальная комфортная цена, за которую можно получить относительно неплохое качество услуг. Нужно упомянуть еще туристический налог. Комитет по туризму Государственной Думы внимательно мониторит, что происходит по основному перечню субъектов, где налог введен муниципальными властями, и как он отразится на себестоимости того же продукта и на инвестиционной привлекательности туристического бизнеса. Эта тема очень серьезная. Хотя введение налога в размере одного процента, кажется, звучит как-то так незначительно, но на самом деле, если смотреть на ситуацию, это косвенный налог, такой же, как НДС. Я для интереса сделала калькулятор по этому налогу. Никакого смысла у отельного бизнеса вкладываться в улучшение номерного фонда или в строительство новых номеров больше нет, потому что следующий год муниципалитет может иметь право поставить 2% — и так до 5%. То есть грамотный предприниматель всегда смотрит не здесь и сейчас, а свою инвестиционную деятельность он считает как минимум на 7 лет вперед, и он должен заложить этот налог в свои риски, всёё в ту же финансовую программу, в свой финплан, который он будет в дальнейшем применять при ценообразовании. А так чему мы удивляемся? Мы же в магазин заходим, охнули, ахнули, но мы понимаем, что это общая ситуация, и она, соответственно, влияет на достаток и возможности каждой семьи. Точно так же и в туризме. — Как изменились цены на отдых по сравнению с прошлым летом? — В среднем они выросли от 7 до 15%. Чем выше качество услуг, тем больше поднимается стоимость, потому что каждая услуга, если ты ее готов предоставить качественно, требует всего перечня затрат, о которых мы уже сказали. — То есть отдых на Байкале не может быть дешевым? — Он не может быть дешевым не от того, что поднимаются цены или уровень инфляции пока еще никак не сдерживается, к сожалению, ключевой ставкой. Он не может быть дешевым, потому что он должен быть экологичным. Экологично — это не отдых в палатке на берегу, когда колеса в воду и в ямке мусор. Я бы хотела обратить ваше внимание, что у нас нет автономных очистных сооружений на Байкале. Они законодательно напрямую не запрещены, но и не разрешены. И это еще одна серьезная проблема, которую необходимо доводить до федерального уровня. Все отходы, которые производим мы с вами, отдыхая на Байкале или работая на Байкале, требуют серьезных финансовых вложений для того, чтобы их относительно правильно утилизировать. Плюс отдых на Байкал всегда будет максимально сезонным. Расшивать межсезонку можно, но это, как правило, и спецпредложение по цене. «Нужно разобраться с „байкальской правовой аномалией"» — По вашему мнению, экологическое законодательство, связанное с «жизнедеятельностью» на Байкале, в том числе с туристическими услугами, нужно ужесточать или, наоборот, давать какие-то послабления? — Нет. Вообще всё неправильно. Не ужесточать и не послаблять. Его нужно привести в адекватное состояние. — Адекватное чему? — Адекватное нормативно-правовой базе. У нас, к сожалению, общественность очень сильно влияет на формирование тех или иных решений на уровне чиновников, на уровне государства. При этом не всегда общественность глубоко понимает суть происходящего. Посмотрите, когда был принят закон об охране озера Байкал. В 1999 году. А когда принято постановление правительства Российской Федерации о запрещенных видах деятельности на Байкале в границах Центральной экологической зоны? В 2001 году. То есть через два года. На тот момент этот перечень был абсолютно правильный. Почему? Потому что на момент принятия закона об охране озера Байкал и на момент принятия постановления об этих запрещенных видах деятельности у нас водоохранная зона Байкала была 500 метров и все запреты были для 500-метровой зоны, а самой границы центральной экологической зоны на кадастре де-факто не было, она была только теоретически, и она по сию минуту в законе об охране озера Байкал прописана словами. Она не поменялась за все эти годы ни разу, и туда входит сама акватория озера Байкал, водоохранная зона и особо охраняемые природные территории, которые прилегают к акватории. Так вот, границы водоохранной зоны менялись, и площади, и границы особо охраняемых правительственных территорий менялись неоднократно за все эти годы. А перечень оставался прежним. То есть в перечне, например, написано: СТО нельзя, очистные сооружения нельзя, кладбище нельзя и так далее. Но это же адекватно для 500 метров. Даже не 500, даже 5 километров можно было бы принять как данность. Но у нас запреты остались, а водоохранная зона в определенный период времени колебалась от 86 километров со стороны Иркутской области до 140 километров со стороны Бурятии. На сегодняшний день она 200 метров в населенных пунктах и доходит до 5 километров по ландшафтам на Байкале. Был период, когда границы водоохранки и границы центральной экологической зоны совпадали. Сейчас, слава богу, уже хватило ума у людей, принимающих решение, с этим разобраться. А виды деятельности, которые должны быть применены в части природоохранных мероприятий, до сих пор никто не продумал и не придумал, не проанализировал. И вот общественность говорит: «Зачем уменьшили водоохранную зону, да? Можно было бы не уменьшать». Можно было бы не уменьшать. Но тогда вы с запретами разберитесь. Один мой коллега когда-то придумал очень правильный термин — «байкальская правовая аномалия». Она никуда не делась. Пока мы с ней на федеральном уровне, на уровне людей, принимающих решения, невзирая на то, что определенные лжеэкологи хайпуют на теме экологических проблем Байкала, тем самым вредя ему и тем самым не позволяя разбираться правильно с очисткой сточных вод, не разберемся и не примем правильного решения, мы так и будем в правовом вакууме. «Не можем показать весь Байкал» — Байкал делят два региона: Иркутскую область и Бурятию. Если сравнивать нас и восточную сторону Байкала, чем мы отличаемся и в смысле поддержки туризма, и в смысле развития туризма? И в каких направлениях развивается этот туризм? — Мы много лет говорим о том, что административно делить Байкал в части грамотного выстраивания туристического бизнеса в корне неправильно. Байкал един, и Байкалу всё равно: Бурятия или Иркутская область. Наши и бурятские туроператоры, как правило, включают в свои сборные маршруты оба берега. К сожалению, что в Иркутской области, что в Бурятии территории для организации и развития особо экономической зоны на Байкале — это не секрет, мы об этом говорим лет 15 — выбраны не совсем правильно с точки зрения отрасли. То есть при формировании турпродукта мы, к сожалению, работая только на этих территориях, не можем показать гостю всё то, что необходимо показывать на Байкале. — Возвращаясь к вопросу конкуренции между Иркутской областью и Бурятией, вы говорите, что у туроператоров нет между собой конкуренции, а у регионов на уровне власти, может быть, есть конкуренция? — Это не конкуренция между регионами на уровне власти, это разные подходы и разные видения. Чем они отличаются? Приоритетностью. В Бурятии туризм более приоритетен, да простит меня наша действующая региональная власть, они знают мою позицию. Для Иркутской области в приоритете все-таки промышленный сектор экономики. И к сожалению, нам пока не удается получить то финансирование, которое можно было бы сравнить с финансированием отрасли других регионов, и не только Бурятии, но и Красноярского края, Алтая, Новосибирской области. «Байкал дает ментальное здоровье» — Что бы вы сказали блогерам, которые каждое лето записывают видео о том, что в Таиланде и во Вьетнаме отдохнуть дешевле, чем на Байкале? — Конечно, это же не Байкал. Пусть они там и отдыхают. Мне кажется, с восьмого класса образовательной школы каждый ученик понимает, что такое себестоимость, из чего она складывается и как ее посчитать. Мне кажется, это не очень сложно. — Корректно сравнивать отдых в тропических странах с отдыхом на Байкале? И если да, то почему? — Как можно сравнить южную сторону даже нашей страны, великий Краснодарский край, с Байкалом? Это разные цели отдыха, разные задачи, разный период, когда там ведется деятельность, разное количество электроэнергии, в конце концов, на обогрев. Байкал вне границ города Иркутска. Это каждому человеку, который работает на турбазах, даже в гостевых домах, нужно предоставить не только еду, еще нужно обеспечить проживание. Это тоже себестоимость. Возьмем Краснодарский край, Анапу, Сочи. Человек пришел из дома на работу, поработал и домой ушел. Отельер не тратится на то, чтобы построить ему какое-то общежитие, на его трехразовое питание, на его дорогу. У нас сегодня практически вахтовые отношения. — Вы сказали про цели отдыха. Разные цели отдыха на юге и на Байкале. С какими целями приезжают на Байкал? — Цель у отдыха всегда одна — это оздоровление. Цель, когда мы едем на море, — получить то, что нам дает теплое морюшко, это физическое здоровье. Байкал дает ментальное здоровье. И мы это с вами должны понимать. Таких сакральных мест, как Байкал, на планете не так уж и много. Иркутяне отвечают на такой мой вопрос всегда так: сколько бы мы ни ездили на моря, но если мы не побывали, хотя бы неделю не прожили на Байкале, мы не отдохнули. Лето прошло зря. Есть люди, которые вообще просто каждую неделю приезжают, потому что они по-другому не могут, они весь год этого ждут. «Может, кто-то построит аквапарк на Малом море» — На Ольхоне в этом году появилось колесо обозрения. Как будто бы мы в популярных местах отдыха вроде Листвянки, Ольхона, Большого Голоустного, движемся в сторону развлекательного туризма. Как вы сами относитесь к установке колеса обозрения на Ольхоне и к тому, что на Байкале уходят в развлекательный туризм? — Что в этом плохого? Вопрос же не в колесе обозрения. Вопрос в том, что каждая точка притяжения должна встраиваться в концепт того места, где мы ее с вами применяем, куда мы ее приземляем. И если колесо обозрения пользуется у людей спросом, хорошо, пусть будет. Вопрос для меня лично в другом. Это колесо никак не портит то место, тот ландшафт, куда позволили его приземлить? То есть мы возвращаемся к определенному архитектурному коду, которого, к сожалению, у нас да и практически нигде нет. Это не хорошо и не плохо, это отсутствие системы, про которую мы говорим. Нужно выстраивать систему, потихонечку приводить в порядок запросы гостей, чтобы территория выглядела концептуально красиво. Или аквапарк на Байкале. Это вообще классно. Представьте, аквапарк на байкальской воде? Почему нет? Для детей это же хорошо, если это сделано с умом, если это безопасно, если там чистая вода, хорошая очистка. И это же, в конце концов, создание рабочих мест, налоги и так далее. Просто нужно делать хорошую планировку и понимать, какой проект и куда мы его приземляем. Не надо говорить, что развлекательный туризм не для нас, нужно просто правильно встроить его в окружающую среду. — Если мы говорим о том, что Байкал — это не про физическое здоровье, а про ментальное, то развлекательный туризм как будто бы не очень вписывается в эту концепцию. Потому что ментальное здоровье в наших условиях — это немножечко про тишину, про отдых, про отсутствие социальных сетей. — А дети, подростки? Мы им должны прививать любовь к Байкалу? Дети не могут, как мы с вами, сидеть и ловить дзен на высокой горе. Всё имеет право быть. Другой вопрос, насколько всё продумано. Если 10 аквапарков по всему побережью поставить — это дурь. Должна быть градостроительная политика, это те же самые генеральные планы. Что вы хотите с ребятишками делать? Купаться? Выбирайте локацию на Малом море. Может быть, кто-то когда-то там построит аквапарк. Там и так уже есть бассейны и теплые заливы. Люди же имеют право выбора, поэтому, мне кажется, всё может быть, только не бездумно.