Любовь до гроба. Откуда у серийных убийц берутся поклонницы — пообщались с фанатками и узнали

Серийные убийцы и маньяки в медиаполе чаще всего преподносятся как абсолютное зло, что неудивительно — от деяний некоторых по-настоящему стынет кровь. Но даже у самых отпетых преступников, вроде Чикатило или Пичушкина, есть те, кто фанатеет по убийце или сочувствует ему. К таким людям относятся отрицательно и задаются риторическим вопросом: что может заставить человека полюбить преступника? Пообщались с их поклонницами и узнали это у них лично.

Фан-клубы серийных убийц существуют издавна, но вспомнили про них в очередной раз этим летом. Тогда всех взбудоражила новость о том, что казанский стрелок Ильназ Галявиев женился на 18-летней поклоннице, отбывая срок в «Черном Дельфине» за массовое убийство в своей гимназии.

В интервью «МК» юная супруга казанского стрелка признавалась, что влюбилась в Ильназа «с первого взгляда» еще в 14 лет, увидев преступника в очередной передаче по ТВ. Первое письмо она написала ему в 2021 году.

— Наверное, с первого взгляда я [в него] влюбилась (…). Мне Ильназ показался привлекательным, я решила написать ему письмо. Это было в 2021 году. Написала. Где-то месяц ждала ответ. И он ответил (…). А потом, пообщавшись с ним, я нашла очень много общих тем. У нас и детство похожее было, — говорила девушка в интервью «МК».

Встретиться с возлюбленным, как пишут издания, девушка смогла в 2023-м, и сразу же испытала к Галявиеву «теплые чувства». В интервью она отмечает, что в разговорах с ним старается не касаться темы убийства.

— Я не знаю, как это объяснить, потому что общество наверняка воспримет это как какую-то дикость. Человек ведь совершил такое преступление. Но тем не менее я слушаю свое сердце, — цитирует ее «МК». — Я понимала все сложности, которые есть и будут. Звонки разрешены раз в месяц, длительные свидания — раз в год. Очень тяжело, особенно когда человека любишь. Но любовь создана для того, чтобы переживать эти проблемы вместе. Справимся.

Браки с серийными убийцами — практика тоже не новая. Еще в XX веке существовали целые клубы невест, которые писали письма своим возлюбленным-маньякам, ходили к ним на суды и выкупали их личные вещи, стоимость которых иногда исчислялась тысячами долларов, на аукционах.

Показательным был брак Теда Банди — серийного убийцы из США. Его возлюбленной стала Кэрол Энн Бун. Как писали СМИ, девушка искренне считала преступника невиновным, подкупала охранников ради регулярных свиданий с ним в тюрьме и даже умудрилась зачать от него ребенка. Предложение ей Банди сделал прямо в зале суда.

С распространением интернета собирать кружки по интересам стало гораздо проще, в том числе за счет анонимности. В раннюю эпоху рунета, когда модерация была более щадящей, фан-группы собирались прямо в соцсетях. Например, в том же «ВКонтакте», где на них смотрели сквозь пальцы.

Вопросы о необходимости модерации таких сообществ стали поднимать в начале 10-х годов XXI века. Катализатором стал паблик «Пичушкин — наш президент», где, как нетрудно догадаться, прославляли деяния так называемого «Битцевского маньяка». Тогда выяснилось, что его создателями были два подростка, за пару месяцев убившие в Иркутске девять человек.

Массово блокировать такие ресурсы в России начали в начале 20-х, после громких массовых убийств в учебных заведениях в Керчи и Казани. Как писали СМИ, в первые несколько дней у массшутеров появлялись крупные фан-сообщества. Многие их участники сочувствовали преступникам, а некоторые вовсе оправдывали их деяния.

«Буквально за несколько дней с того момента, как вся страна узнала имя Рослякова, пользователи социальных сетей создали множество страниц, посвященных ему (…). Пользователи признаются ему в любви, находят его детские фото и хотят носить футболку с надписью „Ненависть“ — в такой же Росляков отправился на массовый расстрел в керченском политехническом колледже», — сказано в статье «МК» от 2019 года.

Фан-клубы убийц в Рунете все еще существуют, хоть найти их теперь не так просто. Даже на западных ресурсах к ним относятся скептически, и чаще всего спорный контент или удаляется, или скрывается в общем поиске — попадает в так называемый «теневой бан».

Такая судьба, например, постигла сообщество фанатов Александра Пичушкина, который больше известен как «Битцевский маньяк». В начале и середине 10-х оно было, пожалуй, одним из самых крупных в Рунете. Раньше там обсуждали убийства и философию маньяка, публиковали архивные фото или выдержки из уголовных дел. Сейчас эти форумы и группы или заблокированы, или заброшены их создателями.

С одной из поклонниц Пичушкина удалось пообщаться журналисту V1.RU. Девушку зовут Нелли, сейчас ей 41 год. Она работает продавцом в табачном отделе, увлекается музыкой и танцами и занимается верховой ездой.

Начала фанатеть по «убийце с шахматной доской» Нелли примерно в 31 год — это как раз была середина 10-х. Причина этому, как признается девушка, это внешность маньяка и его «холодный» характер — молодой Александр казался ей крайне привлекательным.

— Во внешности он прекрасен, идеален, — рассказывает Нелли журналисту. — Мне всегда нравилась его хладнокровность, с которой он давал интервью: как он жевал бутерброд и рассказывал [о содеянном], его фраза «Моя рука помнит молоток» и эти слова: «Вернусь на свободу, продолжу убивать»… Ну люблю я таких холодных людей. Привлекает меня эта дерзость и самолюбие. Когда человек знает, чего он хочет от жизни.

К тому, что Пичушкин убил не меньше 49 человек, девушка относится двояко. С одной стороны, вины в преступлениях с него она не снимает. Напротив, заявляет, что лично бы его осудила, будь она в числе присяжных. Однако с мотивацией маньяка, которой тот оправдывал свои деяния, девушка отчасти солидарна.

— Пичушкин сам себя называл «чистильщиком» (..). Мне [как и ему] тоже не нравятся отбросы общества, которые только портят воздух: бомжи, наркоманы, бичи, пьяницы. В какой-то момент я даже думала: «Молодец [он], лишний народ убрал» (…). Зацепил он меня и тем, что убивал в основном мужчин. У него не было преступлений на сексуальной почве (…). Если он и убивал женщин, то ничего с ними не делал, даже не грабил их. Не лез в эту грязь. Просто убивал и избавлялся [от тел]. Кстати, мы с Пичушкиным оба овны, и я очень гордилась этим.

В те годы Нелли активно общалась и с другими фанатами Александра Пичушкина. Вопреки стереотипам, были среди них и мужчины. Поклонники писали ему письма в тюрьму и занимались своеобразным паломничеством — ходили в дом убийцы и гуляли по местам совершенных им преступлений.

Впрочем, со слов Нелли, она и сама ради этого ходила в Битцевский парк вместе со своим уже бывшим парнем — тот, к слову, к ее увлечению Александром Пичушкиным относился абсолютно нормально.

— Мы ездили к его дому, заходили в подъезд. Шли по парку и находили те колодцы, куда он скидывал тела. Видели те качели, с которых он сильно упал в детстве (…). Помню, на киоске возле его дома тогда листовка висела с пропавшей девушкой. Я такой кайф испытала [когда ее увидела]. Как будто вернулось в то время, когда он убивал. Это непередаваемое чувство (…). Я даже хотела Пичушкину письмо в колонию писать. Только подумала, а смысл? Что я напишу? «Я люблю тебя?» Ему, наверное, сотни таких писем сумасшедшие фанатки и так пишут. И не факт, что он [на письмо] ответит. А я не очень люблю пустые надежды.

— Есть ли еще убийцы, которые тебя привлекают, как Александр Пичушкин?

— Нет. У других убийц меня интересовала только личность. Например, у Чикатило, Спесивцева, Фишера… Мне интересно было понять, что этими людьми двигало, как они живут и почему существуют. Это не значит, что я их романтизирую. Даже наоборот, представляя себя на месте жертв Спесивцева, меня окутывал липкий страх. Это очень жутко, и ни фига не романтично.

— Как окружающие относились к твоему увлечению? Сталкивалась ли с порицанием?

— Вообще нет. И подруги знали, и друзья знали. Может, за спиной и говорили, что я больная, но в глаза никто не заявлял (…). Я даже наоборот, хотела осуждения. Чтобы мне кто-то сказал: «Да ты что, с ума сошла?» А мне все: «Ну и что в этом такого?».

— Есть стереотип, что симпатию к преступникам нередко испытывают жертвы издевательств и преступлений. Согласна ли ты с этим?

— Травмирующий опыт у меня был только в семье. Отец по пьяни издевался над матерью на моих глазах. Но я не считаю, что это привело к тому, что мне понравился маньяк-убийца. Мне кажется, это никак не связано.

— Не боишься стать жертвой преступника? Например, подражателя?

— Да, боюсь. Постоянно боюсь, когда захожу в лесопарк, встретить кого-то подобного. Даже когда заходила в Битцевский парк, мне было энергетически плохо. Очень плохо и страшно (…). И всегда, когда возвращаюсь домой затемно, меня трясет. Не дай бог нарваться на такого сумасшедшего.

Одно из самых больших фан-сообществ серийных убийц в рунете сейчас посвящено так называемым «иркутским молоточникам». Основная активность у них в западных соцсетях, мессенджерах и форумах. Там лояльнее модерация и лучше анонимность.

Человек несведущий, наткнувшись на форумы, может принять реальных убийц за героев фильма или актеров: им тут посвящают фанатские арты, признаются в симпатии и даже поздравляют с днем рождения. Свой раздел у «молоточников» есть даже на «Фикбуке» (заблокирован в РФ) — самом популярном форуме с фанфиками. Там про убийц пишут целые рассказы, в том числе эротические.

Их поклонницей себя считает Эмма. Сейчас ей 26 лет, она работает секретарем в одной из российских компаний и живет обычной взрослой жизнью со своим молодым человеком. Выходные проводит за книгами, любит слушать музыку, готовить и мечтает завести собаку. О ее тайном увлечении, как признается девушка, не в курсе почти никто из окружающих.

Со слов Эммы, с историей молоточников она впервые познакомилась через YouTube. Поначалу интерес был исследовательский: девушка признается, что, как и любого человека с эмпатией, ее поразила жестокость, с которой молоточники расправлялись над жертвами, мечтая повторить биографию своего кумира — Андрея Чикатило.

Но чем больше Эмма изучала биографию Ануфриева и Лыткина, тем больше видела в них сходства с собой. Девушка уточняет, что в разговорах про убийц всегда обособляет личность Артема и Никиты от того, что они совершили.

— У нас с Артемом и Никитой в чем-то есть сходство — меня тоже обижали в школе, были проблемы с родителями в подростковом возрасте. В период с 13 до 15 лет я была одна: в школе изгой, дома меня не понимали, родители давили с учебой. Я не могла рассказать им об издевательствах, мне было стыдно, и я не хотела нагружать их своими проблемами. В чем-то я их понимаю. Но сделанного ими не пойму: разве те люди, которых они убили и которые от них пострадали, были виноваты в их проблемах?

Когда речь зашла об убийствах «молоточников», то девушка твердо сказала, что не оправдывает их. Однако честно призналась, что при этом испытывает к Лыткину и Ануфриеву своеобразную симпатию.

— Есть интерес к ним: какими они были в жизни, какими были до того, как начали совершать преступления? Интересно узнавать о них что-то новое и думать — а какими бы они были сейчас, если бы не совершили ничего [ужасного]? Как бы они жили? Я уверена, они могли бы многого добиться в жизни.

О своей симпатии к иркутским молоточникам Эмма почти никому не рассказывает. С ее слов, знают об этом лишь несколько близких знакомых, которые спокойно относятся к этому увлечению, не осуждая девушку за это.

— Симпатию к преступникам испытывают не только жертвы насилия, но и те, у кого все в жизни хорошо, и они ни в чем не нуждаются. У меня из травмирующего опыта — разве что буллинг в школе с 7 по 9 класс (…). Были, конечно, болезненные расставания с бывшими молодыми людьми, которые могли и подшутить, уколоть, абьюзили. Но это все в прошлом, сейчас я живу хорошо и все, что было, — уже прошло.

Куда меньше поклонников в рунете у маньяков из других стран, что неудивительно: языковой барьер и различия в менталитетах дают о себе знать даже тут. Однако русскоязычные поклонники есть даже у них. Например, у Дилана Руфа — массшутера-расиста из США.

Основной контент посвящен убийце: многие фанаты утверждают, что Дилан крайне привлекательный. На форумах часто публикуют его архивные фото или снимки из соцсетей. Обсуждают тут и экстремистские убеждения убийцы, которыми тот оправдывал свою расправу над прихожанами церкви.

В числе фанаток Дилана Руфа оказалась 18-летняя девушка по имени Екатерина. В реальной жизни она подрабатывает репетитором по литературе для младшеклассников, в свободное время пишет рассказы и рисует арты. Сейчас она даже встречается с молодым человеком, который, со слов Кати, даже не догадывается о тайном увлечении девушки.

Екатерина подтверждает очевидные догадки — большая часть фанаток Дилана, с ее слов, испытывают к нему симпатию из-за внешности. Уже будучи влюбленными в преступника, те могут проникнуться и экстремистской идеологией убийцы.

— Большинство фанатов таких людей чувствуют к ним симпатию сугубо из-за внешности, а затем некоторые из них уже перенимают мнение своих идолов, чтобы быть ближе к ним в моральном плане, начиная ненавидеть всё и вся, — рассуждает Катя. — Те, кто были, к примеру, жертвами буллинга, узнают о таких личностях и чувствуют, что у них есть что-то общее (…). А затем «косят» под них и пытаются совершить то же, на что пошли их кумиры.

Сама девушка признается, что жертвой издевательств никогда не была. Даже напротив — утверждает, что сама занималась буллингом, хоть сейчас и не гордится этим.

— Я всегда знала, что лучше унижать, чем быть униженной (…). Тогда мне, скорее, просто было это весело делать, это преподносилось больше как какие-то якобы дружеские издёвки, хотя я прекрасно понимала, что это происходит коллективно, и этот человек не является другом нашей компании.

Как и другие собеседницы V1.RU, к массовому убийству, которое совершил кумир, она относится двойственно: не поддерживает, но и не осуждает преступника. Но в отличие от других девушек она считает, что приговор, который вынесли Дилану, был несправедливым.

— Нет, мне не стыдно [за свои увлечения]. У каждого человека свои тараканы. Я же не пропагандирую то же, что и он, никому не навязываю свою точку зрения (…). Я очень импонирую Дилану и испытываю к нему то, что должен испытывать каждый нормальный человек по отношению к абсолютно несчастной личности.

— Не боишься стать жертвой преступника? Например, подражателя Пичушкину?

— Да, я боюсь смерти. Очень страшно быть убитой, кем бы убийца ни был. Хотя насчет подражателя — вряд ли, ведь я белая девушка.

— Были ли у тебя конфликты на почве твоего увлечения?

— В интернете могу иногда вступить в спор с тем, кто распространяет какую-либо дезинформацию про Дилана. По понятным причинам его много кто не любит, как и остальных убийц. Но очень странно, когда, например, человек, поддерживающий того же Ильназа, который убил невинных детей, осуждает Дилана, который явно пошёл на менее аморальное преступление.

Для поклонников убийц и маньяков в психологии придумали отдельный термин — гибристофилия. Как рассказала клинический психолог Анастасия, под него попадают любые случаи симпатии к людям, совершившим тяжкие преступления. Вот несколько основных причин такого явления из врачебной практики психолога.

1. Поиск сильных эмоций. «Истории маньяков — это концентрат опасности, риска и тайны. Сопереживая или наблюдая за этим со стороны, человек получает мощный выброс адреналина, чувствует себя живым, и всё это — в полной безопасности. Это своего рода „эмоциональные американские горки“ для психики, уставшей от однообразия».

2. Романтизация и эффект спасателя. «Часто в медиа маньякам приписывают харизму, интеллект, загадочность. На фоне этого у некоторых людей включается механизм идеализации. Они начинают видеть в преступнике не чудовище, а сложную, травмированную личность. Это даёт ощущение собственной значимости и уникальности».

3. Сочувствие к «тёмной стороне». «Когда известно о тяжёлом детстве, насилии или издевательствах, которые пережил преступник, у человека может сработать эмпатия. Психика как бы говорит: „Я тоже знаю, что такое боль“. Происходит смещение фокуса с ужасных преступлений на страдания самого преступника. Это попытка психики найти логику и справедливость в хаотичном мире».

4. Проекция собственных травм. «Иногда интерес к конкретной истории преступления возникает потому, что она резонирует с личным, не прожитым до конца травматичным опытом. Человек может идентифицировать себя либо с жертвой, либо, парадоксальным образом, с агрессором, чтобы бессознательно „переиграть“ собственную боль».

По словам специалиста, сама по себе гибристофилия болезнью не является, но может быть ее симптомом. Если человек чувствует что-то подобное, то это не значит, что надо срочно записываться на терапию. Однако стоит помнить, что у романтизации преступников есть и последствия. Анастасия утверждает, что такое увлечение легко может «размыть» у человека моральные грани добра и зла.

— Представьте, что наша мораль, наше понимание «хорошо» и «плохо» — это не жесткие стены, а скорее мышечный корсет, который держит наш позвоночник. Если мы постоянно принимаем неестественные, искривленные позы, этот корсет слабеет, и позвоночник начинает деформироваться, — приводит пример специалист. — Симпатия к абсолютному злу — это и есть такая «искривленная поза» для нашей психики. Здесь как раз-таки можно вспомнить Харли Квин и Джокера.

Такой же ответ психолог дает и на очевидный вопрос: можно ли считать поклонников убийц латентными преступниками?

— Такое мнение — это кинематографичный миф, который далек от клинической реальности. Сам по себе интерес к серийным убийцам не делает человека потенциальным преступником. Но для того, кто уже стоит на краю, эта тема может стать тем самым ветром, который столкнет его в пропасть.