Хобби волгоградских королей: зачем взрослые мужчины играют в солдатики и сколько на это уходит денег

Детская забава — игра в солдатики в случае нескольких волгоградцев переросла в увлечение всей жизни. Солидные мужчины — любители истории и военно-исторических миниатюр — все свободное время посвящают любимому хобби. Со стороны их занятие напоминает игру, но создание миниатюр — едва ли не целая философия. Почему миниатюра — это хобби королей? В чем кайф и сколько это стоит? Об этом нам рассказали волгоградские миниатюристы Тихон Дергачёв и Владимир Осипов. «Викинги и ковбои были для нас ценнее мороженого» В клубе миниатюристов встречаются самые разные люди. Это и дети, и вполне успешные молодые мужчины, и простые работяги, и пенсионеры. Волгоградцев разного достатка и социального положения объединяет одно — страсть к созданию маленьких, а иногда и вполне больших, копий техники, военной амуниции, исторических зарисовок. Каждый миниатюрист (или фигурист, как они сами себя называют) начинал свой путь по-разному, в разное время и при разных обстоятельствах. — Где-то до первого класса я играл только в мягкие игрушки и машинки, — вспоминает Тихон Дергачёв. — И вот, то ли я был в первом классе, то ли последний год в садик ходил (примерно 1986 год), но вздумалось Дедушке Морозу в Новый год под елочку две коробочки положить. В одной, как сейчас помню, были матросики, а в другой — солдатики в касках. Плоские, железные, монохромные. И так я им почему-то обрадовался! Сперва я их просто из руки в руку перекладывал. Но коллекция моя ширилась. Сердобольный папа шёл мне навстречу и покупал раз от разу заветные железки с оловяшками. Помню, когда приболел лет в семь и слег в больницу с гастритом (а лежал один, без мамки), попросил маму первым делом принести солдатиков. С ними было не так грустно и скучно. Потом были и рыцари и витязи, А когда появились объемные пластиковые фигурки викингов и индейцев с ковбоями, то они для нас были ценнее мороженого! Повзрослевший Тихон сейчас сам мастерит фигурки, завладеть которыми мечтали бы наверняка многие мальчишки. Однако сам моделист очень строго оценивает своё творчество. Бывает, что некоторые, на его взгляд, неудачные модели отправляются в мусорку. — Детство осталось позади. Я окончил академию МВД и пошёл работать в милицию опером. Проработал недолго. Не моё это было. Пробовал заниматься бизнесом, затем работал в компьютерной фирме. И наконец очутился на предприятии, где сейчас работаю наладчиком. Работа, конечно, не творческая, поэтому нужен какой-то выплеск. Пробовал разные хобби, но об увлечении детства как-то не вспоминалось. В 2012 году, когда отмечали 200-летие Отечественной войны 1812 года, я шел с работы и увидел в киоске журнал, к которому прилагался в качестве подарка солдатик. Красуясь на витрине, он иллюстрировал форму русской армии того периода. Я подержал его в руках: тяжелый такой, приятный на ощупь. В детстве у меня такого точно не было. Решил взять. Принес домой. С этого и вернулось детское увлечение. «Это ли не кайф?» Моделизм достаточно затратное дело. Расходы на фигурки и наборы техники съедают немалую часть их бюджетов. — Отечественная пятисантиметровая фигурка может стоить от 100 до 1000 рублей, зарубежные производители продают гораздо дороже — от 2000 рублей. Да, это хобби не из дешевых. Раньше говорили, миниатюры — это хобби королей. Оно очень затратно и трудоёмко, — с гордостью говорят мастера. В ряду своих миниатюр Тихон не выделяет любимчиков. Мастеру одинаково нравится делать фигурки совершенно разных персонажей — от солдат Первой мировой войны до героев фильмов жанра фэнтези. — Вот у меня, например, немецкий солдат стоит в карауле, мёрзнет бедный, — придумывает на ходу историю своей модельке Тихон. — Заставили фермера какого-то воевать, а он стоит под холодными ветрами и снегом колючим, мечтает вернуться домой. Но, наверное, он так и погибнет здесь, под Сталинградом. Тихон с удовольствием рассказывает о своих друзьях по клубу и их достижениях. — У нас есть мастер — Роман Самохвалов, который до мелочей свои миниатюры продумывает. Однажды был он в командировке, ехал в поезде и увидел стоявший в поле советский тепловоз, бронепоезд на колёсах. Роман вышел и рулеткой всё отмерил. В итоге приехал домой и сделал этот паровоз на колёсах невероятных размеров, со светом, электричеством. Из бумаги, пластмассы и смолы. При этом сделал он его от первого до последнего винтика самостоятельно. Мы часто бываем на выставках разных, Роман со своим паровозом на одной из таких взял сразу несколько первых мест. Кстати, с журналистами там забавная история получилась. Диалог был примерно такой: — Роман, скажите, а сколько стоит ваша работа? — Вы скажите у вас дети есть? — в ответ поинтересовался моделист и, услышав «да», продолжил. — Ну так вы детей своих продать сможете? Так и я нет! Паровоз мне как ребёнок! Каждая работа очень дорога их авторам. Кстати, Роман Самохвалов переехал в Москву, где работает на заводе по производству как раз таких моделей. Это тот самый случай, когда хобби становится делом всей жизни. — Почему я этим занимаюсь? Мне интересен процесс волшебной росписи. Когда ты видишь как в твоих руках оживает тот или иной персонаж, это очень интересно, — продолжает Тихон Дергачев. — Люблю получать удовольствие от процесса, когда ты во всем достигаешь нирваны. Вот представьте: на столе горит лампа, под ней ванночка с намешанной краской, кисти, фигурка. Играет на виниле любимая музыка. Над столом от кружки с наведенным кофе подымается ароматный пар. Это ли не кайф? Другой мастер — Владимир Осипов — с самого детства увлекался созданием миниатюрных моделей. Начав с журналов «Юный техник», моделист научился делать свои собственные модели. Сейчас Владимир на пенсии и продолжает заниматься любимым делом. — Первая фигурка моя была сделана уже очень давно. Это был советский самолёт из бумаги, — рассказывает Владимир Осипов. — Модель была опубликована в журнале «Юный техник». Позже я из пластилина лепил, а уже потом, когда пластиковые модели появились, стал делать танки. Обычно я собираю модели времен Царицына, Сталинграда. Вот, например, танк «Уиппет», который штурмовал в 19-м году Царицын. Его я сделал полностью сам. В наших краях таких танков было два, если верить истории. А вот, например, самолёт Сопвич Пап. Некоторые свои модели я слепил из специальной двухкомпонентной массы. Её как правило используют скульпторы. Замесил ты массу, сделал фигурку, поставил — и через час-два она уже застыла. В клуб моделистов каждый раз наведывается разное количество человек. Бывает 8, а бывает и 28. Всех мастеров объединяет любовь к истории и технике. — У нас есть и юные любители военной техники. Это по-настоящему дарования, — рассказывает с восхищением Тихон Дергачёв. — Мальчишкам по 15–17 лет, а они такие работы собирают хорошие! Весь же набор продаётся в разобранном виде. В наборе все детали разобраны по частям, у солдат головы, руки всё отдельно. С техникой такая же история: всё нужно собирать с нуля, по болтику, по винтику. Потом красить. Если мастер делает не просто модельку, он создаёт и предметный план и диораму. Потом продумывает, какие ещё материалы он будет использовать. В ход иногда идет даже трава — настоящая или искусственная. Производители в ответ на запросы мастеров готовы делать всё до мельчайших деталей. — В основном все модели продаются в наборах. Покупая их, мастера уже сами совершенствуют свои произведения, — с оживлением говорит Владимир Осипов. — Бывает, что мы покупаем наборы из пластика, бывает, что и сами делаем. Самодельные детали мы делаем из специальных масс, которые застывают довольно быстро в течение одного-двух часов. Смертельно раненного солдата, например, я лепил дня три. Потом раскрасил. Не заскучать и не опускать руки Однозначно ответить, почему же взрослым мужчинам интересно часами сидеть над созданием миниатюр, наши собеседники не могут. Просто нравится, просто тянет и доставляет кайф. — Моя профессия никогда не была связана с тем, чем я увлекаюсь сейчас. Но я служил в танковых войсках когда-то, может быть, это меня тогда и зацепило. Военная тема меня увлекала ещё с детства. В общем мне нравится то, чем я занимаюсь. Среди волгоградских моделистов есть один со своей трагичной историей. Бывший сотрудник железной дороги Алексей Жигарев с трудом передвигается из-за болезни Бехтерева. Работа над моделями не даёт ему заскучать и опускать руки. — Владимир Осипов и Алексей Жигарев вместе учились в институте, затем вместе работали на железной дороге, — рассказывает Тихон Дергачев. — Потом их пути разошлись. Владимир ушёл работать в органы, получил звание капитана. Жигарев остался работать на железной дороге и дослужился до начальника. Но лет 10 назад Алексея сразила болезнь, он весь высох, но держится молодцом. Клуб ему всячески помогает. Алексей увлечен созданием композиционных миниатюр — диорам. Он воссоздаёт военные зарисовки. — Алексей — инвалид, у него ничего кроме этих моделей и фигурок не осталось, — с горечью рассказывают одноклубники. — Он лепит свои композиции, тем самым преодолевая себя. В своих композициях он отражает характер каждого героя, сюжеты создаёт. Постепенно большой зал библиотеки имени Горького заполняется моделистами, все они спешат обсудить друг с другом уже сделанное и планы на ближайшее время. Говорят и о том, на какую выставку отправятся полным составом. Все эти люди на время переносятся миниатюрный мир, где до сих пор гремят снаряды и пушки, где в маленькие фигурки совершают подвиги, проживают последние мгновения и мимолетное счастье. Где-то в их мире до сих пор стоит немецкий фермер, обреченный погибнуть под Сталинградом, но мечтающий вернуться домой. В волгоградском клубе миниатюристов немало бывших военных. Каждый из них до сих пор привязан к делу, чему посвятил половину жизни. — В клубе много либо бывших работников ОВД, либо армейцев, — говорит Тихон. — Кто-то, работая с миниатюрной техникой, вспоминает реальные прототипы, которые имелись у них в части, к примеру. Кто-то таким образом изучает историю. Скажем, чтобы правильно покрасить танк, нужно тщательно порыться в справочной литературе. Каждый крестик и звезда должны быть на своем месте. Пока мы трудимся над фигурками, у нас развивается мелкая моторика рук. Болезнь Альцгеймера нам не грозит точно.