«Бояться изнасилования — это смешно?» Что не так с «Возвращением в Сайлент Хилл»? Мнение фаната

На большие экраны кинотеатров России и Волгограда вышло долгожданное «Возвращение в Сайлент Хилл» (18+) — фильма про тот самый туманный город с Пирамидоголовым, сексапильными медсестрами и другой нечистью. Пока фанаты ломятся в кинотеатры на премьеру продолжения после 13-летнего ожидания, журналист V1.RU и давний поклонник серии уже побывал там, а сейчас объясняет, что не так с долгожданной экранизацией и можно ли было снять лучше?

Экранизация в XXI веке — явление привычное: режиссеры берут книги, переводят их с художественного языка на сценарный и снимают фильм. Что может быть проще? Удобный и менее нудный в сравнении с бумажным оригиналом вариант не только развивает вселенную, но и дает ей новую жизнь. Так, например, было с «Гарри Поттером», героев которого многие знают как раз по известной киноленте.

Но с играми так не сработает. Попытка сделать из них фильм часто заканчивается или тихим ужасом, или громким провалом. Но почему так? Всё дело в формате.

У игр, книг и фильмов кардинально отличается способ общения со зрителем. В фильмах и книгах мы — сторонние наблюдатели. Как бы драматурги ни пытались давить на нашу эмпатию, подсознание всегда разделяет происходящее на экране и собственное «я». В играх же мы — непосредственные участники. Когда человек, нажимая кнопки, управляет главным героем, незримая грань между вымыслом и реальностью растворяется, а 3D-модель на экране отчасти становится нашей проекцией.

Поэтому, когда киноделы впервые берутся за компьютерные «стрелялки», они не понимают, что делать. Как сохранить оригинальную задумку и эмоции, при этом адаптировав сценарий 10-часового геймплея в двухчасовой хронометраж? Исходник приходится кардинально менять или вовсе писать с нуля в рамках существующей вселенной.

Это же касается и Silent HilI. Сразу стоит обозначить, что все фильмы франшизы — авторская интерпретация. Поэтому предлагаю обратить внимание не на сюжет (который, естественно, отличается). Насколько итоговые задумка и посыл соответствуют оригиналу? Именно это, как по мне — самая важная часть любого пересказа.

Для начала вернемся немного в прошлое и вспомним, что Silent Hill — это «попса» с задатком артхауса. Хоть его и создавали как «Resident Evil дома» в попытке повторить чужой успех, серия стала самобытной. Всё это стараниями команды Team Silent, проекты которой до сих пор приносят KONAMI прибыль и считаются культовыми.

«Благодарностью» разработчикам стали продажа прав на франшизу и полный роспуск команды: в картину эффективных менеджеров KONAMI не укладывался нестандартный нарратив. Хоть развитие серии выглядит как японский Болливуд, у старых игр (которые до сих пор «доят») не было главной целью покорить рынок — это здесь важно понимать.

А теперь риторический вопрос: что бывает, когда за адаптацию артхауса берется триллерный дилетант? Ответ: выходят ремейки советских фильмов. Обычно хочется плакать. Так что давайте взглянем на актерский состав и попадание в образы.

Режиссер триквела — Кристофер Ган. Он же писал сценарий для самого первого фильма, который, по общему (и моему) мнению, несмотря на огрехи, очень хорошо попал в ту самую атмосферу города кошмаров, созданного сектой. Но Silent Hill 2 другой: более тягучий и меланхоличный. И беготня с криками и расчлененкой, как в первой части, играют здесь только в минус картине. А теперь по ролям.

В оригинале — мужчина лет 40 в военной куртке и с минимумом эмоций. Холодный, вечно отстраненный. Он задушил подушкой свою смертельно больную жену, но его психика не справилась с этим: он выдумал ее трагическую смерть 10-летней давности, письмо из Сайлент Хилла, а теперь, гонимый виной, приехал сюда в попытке сбежать от настоящего.

В фильме — юноша-бунтарь, лет 25 на вид. Когда наступают сложности, даже в личной жизни, просто убегает с криками: «Это какой-то бред». Глубокой проработки персонажа нет, в фильме он сбежал от своей девушки, потому что та поневоле оказалась частью секты, а теперь винит себя, что поступил как истеричка.

В игре Мэри, жена главного героя, почти не появляется. Мы ходим с Марией — сексуализированной копией Мэри, которую город (как и всех монстров) создал из воспаленных фантазий Джеймса. Хоть она фактически гомункул, но чувствует себя как обычный человек. Блондинка в открытой одежде, ее задача — дать герою то, о чем он мечтал, пока жена лежала в реанимации.

В фильме предназначение Марии не изменилось. Только ведет она себя как секс-кукла в парике. Показать ее человечность, чтобы зритель осознал ее убийство как переход Джеймса от эскапизма к принятию, попросту не успевают — не хватило хронометража.

Наверное, самый сильный второстепенный герой второй части. В игре она зарезала своих отца и брата, которые ее регулярно насиловали в детстве, а в Сайлент Хилл, как и Джеймс, убежала «искать семью».

В фильме же она, как Мария и Лора, частица души жены Джеймса, которая олицетворяет ее трагическое детство и сексуальное насилие от отца — главы секты. Решение «сократить» героя, как по мне, реализовано очень удачно (вспоминаем специфику экранизации фильмов).

В игре Лора — маленькая девочка, которая ищет убитую Джеймсом жену, с которой познакомилась в больнице. Своей нарративной ролью она показывала, что город пытает монстрами лишь тех, кто согрешил. Она, как ребенок, спокойно ходила по Сайлент Хиллу, ведь в ее мире не было никаких монстров.

В фильме ее роль… никакая. Фактически она — один из трех «осколков» души Мэри, но убери ее и ничего не изменится. Зрителю даже не показывают, что именно она олицетворяет, и существует лишь для активации нейронов фанатов оригинала.

Впрочем, в отличие от Лоры, сократить решили толстяка Эдди. В игре он был второстепенным героем: толстяком, которого травили всю жизнь и который сейчас хочет со всеми поквитаться.

В фильме он появляется примерно на 10 минут. Джеймс встречает его у туалета, а затем толстяк с криками «Это он!» убегает от Пирамидоголового. Больше мы его не увидим. Его роль — огрызок фансервиса.

Просмотр фильма ощущается походом на комик-кон: вроде и Пирамидоголовый есть, и культовые сцены с диалогами на месте, а эмоций никаких. Хотя режиссер пытается, и это заметно. И даже пытается сюжетно связать картину с двумя другими частями.

Получилось, правда, отвратительно. Сценаристы постоянно путаются в правилах своего же мира. Начинают они с того, что в городе эпидемия. Про неизвестный вирус через полчаса навсегда забывают, но вдруг появляются сектанты. Пока нам пытаются оправдать появление монстров их ритуалами, еще через полчаса выясняется, что весь город — вымысел героя.

И мало здесь драматургической «каши» — повествование такое же рваное. Весь фильм нас кидают вперед-назад по хронологии отвратительными флешбэками, которые еще больше путают зрителя. Понять, что происходит на экране, способны лишь фанаты, которые уже знают сюжет. На них, судя по всему, и был расчет собрать кассу.

Почему я так думаю? На протяжении всего фильма ты видишь, что режиссер искренне старается сделать хороший продукт. На оригинал он не забивает, многие сцены поставлены очень «вкусно», а концовка — самая настоящая дань артхаусу Team Silent.

Но видишь ты не только почерк режиссера. Главная беда фильма — ужасный фансервис. Его вшивали настолько криво, что из-под заплаток торчит белый пиджак эффективных менеджеров KONAMI, тех самых, что с самого начала отнеслись к Silent Hill как к фастфуду и до сих пор насилуют его труп. Они же, судя по всему, стояли за спиной режиссера и натыкали тех самых сцен для «поднятия рейтингов и продаж», которые испортили потенциально хороший фильм.

Но есть у фильма и еще один бич: режиссер до жути боится изнасилования. Вообще, тема секса и сексуального насилия в игре была ведущей. Многие монстры нарочито сексуализированы, ведь они олицетворение последствий воздержания Джеймса, которое отчасти и пошатнуло его рассудок.

В экранизации эту особенность игры аккуратно сократили. У монстров исчезли многие детали, намекающие на их «сексуальное» происхождение. Сцену совокупления Пирамидоголового (который олицетворяет вину Джеймса) с манекенами поменяли на казнь монстра-паука с небольшим акцентом на его задницу. А сцена с Марией в стриптиз-клубе, раскрывавшая ее персонаж, и вовсе не попала в фильм.

Такое же «трепетное» отношение в экранизации и к сексуальному насилию. Авторы оригинала отлично показывали ужас, который переживает жертва, насильно толкая игрока через воссозданные ими образы. До фильма дожил лишь «абстрактный папочка», которого, без шуток, режиссер заботливо воссоздал в той самой комнате с поршнями и показал, что он может. Но не хочет. Это детский сад.