Казалось бы, при чем здесь Дарвин? В Волгограде филологи рассказали об эволюции мемов

Смешные картинки в интернете помогают поднять настроение себе и окружающим, легко завязать общение с новыми людьми и завести друзей. Что такое мемы, как они появились и каким образом связаны с философией постмодернизма, поведали волгоградские филологи Варвара Семененко и Екатерина Старченкова.

Интернет-пользователи давно считают себя экспертами в теории мемов и называют себя профессиональными мемологами. Как рассказала Варвара Семененко, наука, изучающая мемы, действительно существует, но называется она меметикой и основана на принципах теории эволюции Дарвина.

Термин «мем» придумал Ричард Докинз, образовав его от слова «мимема», которое означает «подобие» или «сходство». Докинз считал, что мем — это единица культуры, то есть любое ставшее очень известным явление культуры: музыкальное произведение, памятник архитектуры, фотография, кино и т. д. Свою теорию Докинз описал в книге «Эгоистичный ген».

— Все эволюционные процессы зависят от информации, которая копируется, видоизменяется и отбирается, — говорит филолог Варвара Семененко. — Носитель копируемой информации называется репликатором, а ген выступает в роли репликатора в биологической эволюции. Докинз предположил, что тот же процесс лежит в основе культурной эволюции.

Екатерина Старченкова считает, что истоки мемов можно найти в фольклорном жанре анекдота. У мема и анекдота много общих черт:

• анонимное авторство: анекдоты и мемы — это результат народного творчества;

• устойчивая форма;

• неожиданный финал;

• типичные герои;

• актуальность и даже злободневность;

• терапевтический эффект через эмоциональную разрядку: человек посмеялся, и ему стало легче.

— В структуре анекдота всегда есть сетап, то есть вводная часть, и панчлайн, шутка в конце, неожиданная развязка, — объясняет Варвара. — Ну вот, например, анекдот. В автомастерской. Механик: «Вашей машине нужна замена масла, тормозной жидкости и… владельца». У мемов такая же структура. Например, мем со спортсменом, который получает медаль, пьет шампанское, целует девушку и всячески радуется жизни. Мы думаем, что он такой крутой, победитель, а потом оказывается, что он занял третье место из трех, неожиданное разрешение ситуации.

Еще одна общая черта анекдотов и мемов, которую называют Екатерина и Варвара, — это изменяемость. Один и тот же анекдот можно рассказать по-разному, у каждого из них множество концовок. Мем тоже со временем изменяется. Иногда так сильно, что становится просто невозможно найти первоначальный вариант.

— Например, мем про двух человечков, которые едут в автобусе и смотрят в окно. Один видит серую стену и грустит, другой радостно любуется видом на поля. Это известная такая карикатура. Из нее сделали мем, в котором грустному и веселому человечку можно подписать что угодно и это будет смешно. Иногда немного меняют картинку и делают много грустных человечков в автобусе, которые смотрят на огромное скопление машин. Все сразу всё понимают. Грустно, потому что стоим в пробке.

Как считают культурологи, мемы и анекдоты всегда показывают современную картину мира, высмеивая ее. Иногда это добрый смех, а иногда — жесткая критика.

— К примеру, есть вот такой анекдот. В роддоме новому русскому говорят: «У вас родился мальчик, 3800». «Базара нет», — отвечает радостный новый русский, достает бумажник и начинает отсчитывать деньги. Сейчас этот анекдот уже утратил свою злободневность, но ранее, лет 20–30 назад, над ним очень смеялись. То же самое произошло бы, если бы мы показали людям из прошлого мем с самокатчиками. Они бы просто ничего не поняли, потому что у них такой проблемы не было. Ну или они все любили электросамокаты. Тут два варианта.

Люди не любят, когда им читают нотации. Мемы и анекдоты высмеивают великих мудрецов, надумавших учить жизни всех подряд, кто их об этом не просил.

— Мем и анекдот реагируют на попытку чему-то научить, что-то заставить делать, скажем так, высмеять умного, — говорит Екатерина Старченкова. — Ну вот анекдот. Забирается мужик на гору. Там сидит 120-летний монах. Мужик спрашивает: «Как тебе удалось дожить до 120 лет?» Монах отвечает: «Я никогда ни с кем не спорил». «Невозможно!» — сказал мужик. «Возможно», — ответил монах и умер. Обычно мы от таких историй из «ВКонтактика» чего ожидаем? Что там будет сейчас супер-пупер-мудрость, картинка горы, просветление, момент осознания. А там такой простой финал. Здесь высмеивается притчевость, жанр притчи. Я думаю, каждый наверняка видел посты или видео с серьезными цитатами серьезных людей, которые были высмеяны. Например, изображение волка с эффектом рыбьего глаза или видео под песню «Безумным можно быть первым». Трюизмы и такие мудрые маскулинные цитаты очень часто высмеиваются, иногда уже даже порождая мем на меме.

Научное изучение требует серьезного научного подхода. Чтобы мем был мемом, он должен соответствовать 11 критериям, которые выделяют исследователи:

• вирусность: мемы распространяются в интернете как вирус, их все прекрасно знают;

• реплицируемость: мем повторяется. Более того, он меняется и каждый раз выглядит чуть-чуть по-другому. Например, мем «Гарольд, скрывающий боль» с грустным улыбающимся седым дядечкой, которому всегда приписывают новые причины натянуто улыбаться;

• серийность: один мем порождает цепочку других;

• эмоциональность: главная задача мема — вызывать эмоции, как положительные, так и отрицательные.

• минимализм формы: может быть очень коротким, состоять из одного слова или небольшой картинки;

• полимодальность: обычно мем — это картинка и текст;

• актуальность: мем — это своевременный отклик общества на волнующую тему;

• юмор: всегда вызывает смех;

• фантазийный характер: мемы часто изображают ситуацию, которая невозможна в реальности. Например, старый мем с медведем, выбегающим из кустов с криком «Превед!»;

• медийность: узнаваемость и популярность мема в интернете;

• мимикрия: мем проникает во все сферы жизни и уподобляется чему-то другому. Например, мемы мимикрировали под открытки в мессенджерах, которые бабушка присылает на Троицу, Пасху и на все праздники этого мира. Теперь появились мемы, которые люди отправляют, чтобы поздравить друзей с Днем четырехчасового сна, с Днем топленого цемента, с Днем дня и с Днем ночи.

Первое сатирическое изображение, которое можно назвать самым древним мемом, как рассказали Варвара и Екатерина, археологи нашли в Турции, на юге страны в провинции Хатай. Проведя раскопки, ученые обнаружили мозаику, изображающую скелет.

— Что происходит у нас тут на картиночке? — спрашивает Варвара Семененко. —  Вот у нас лежит скелетик. У него здесь сыр, у него здесь хлебушек, у него здесь винище, и он вообще живет свою лучшую жизнь и отдыхает. А рядом написано: «Будь весел, наслаждайся жизнью!» Фактически люди посмеялись, пожелали мертвому человеку наслаждаться жизнью.

Следующим мемом историки считают карикатуру 1921 года, напечатанную в американском юмористическом журнале Judge. Это был коллаж с двумя изображениями мужчины в смокинге. На первой половине мужчина выглядел красиво, с гордым выражением лица и напомаженными волосами. На второй был изображен забавный рисунок мальчика с выбившимися прядками и широко раскрытыми глазами. Внизу иллюстрации — подпись, тоже разделенная на две части: первая — «Как тебе кажется, ты выглядишь на снимке со вспышкой фотокамеры», вторая — «Как ты выглядишь на самом деле».

— Очень даже смешно. Похоже на то, над чем мы смеемся сейчас, только используя реальные фотографии, а не карикатурки, — говорит Екатерина Старченкова. — Это, наверное, такой более-менее осознанный мем, приближенный к той форме, которую мы знаем сейчас. Мем «Ожидания/реальность».

В 1996 году графический дизайнер Майкл Жирар разработал программное обеспечение, которое создавало гифки, то есть движущиеся изображения, и сделал мем с танцующим младенцем. Анимация стала такой популярной, что ее даже использовали в эпизоде сериала «Элли МакБил».

Первый мем в российском интернете появился, когда кто-то неправильно перевел акварельный рисунок американского художника-примитивиста Джона Лурье. По сюжету картины медведь застает на поляне парочку, хочет напугать ее, поднимает лапы и кричит: «Surprise!» В русской версии фразу перевели как «Превед», из-за чего мем приобрел несколько иное значение.

— Медведь стал обозначать того самого друга, который немножечко «не шарит за личные границы», нарушая их и при этом не понимая, что он делает что-то плохое и действительно мешает. Этот мем стал дико популярен, его даже использовали в своей рекламе крупные компании.

Меметики времени зря не теряли и придумали классификацию мемов, по которой они все делятся на несколько типов:

• «олбанскей йазыг» — еще называется стилем «падонкафф», он заключается в намеренном нарушении норм орфографии русского языка при сохранении графических принципов чтения и в той же фонетической последовательности (примеры таких мемов: «аффтар жжот» = забавная шутка, «ржунимагу» = закатиться в безудержном смехе, «аццкий прекол» = качественная вещь, «превед, медвед» = здравствуй, «дефф4ёнки» = девчонки);

• фотожабы — юмористический фотомонтаж;

• демотиваторы — изображения в черной рамке с текстом, разделенном на две части, крупным слоганом, который обычно пишется заглавными буквами, и поясняющей подписью, выполненной мелким шрифтом;

• faces — это мемы, изображающие графические черно-белые лица. У каждого такого лица есть свое название и значение эмоций или состояния, которое оно передает;

• макросы/стикеры — изображения, которые используют для создания мема, часто накладывая поверх них надписи. Стикеры активно используют в мессенджерах, где можно сделать свой набор для выражения эмоций;

• языковые игры — мемы, которые строятся на игре слов за счет их похожего звучания или написания, например мем с изображением стопки блинов и подписью «Я облинился».

Мемы эволюционируют. От простых картиночек они переходят к более сложным формам. Варвара и Екатерина объяснили, как мемы движутся от иронии к метаиронии.

— На самом деле всё довольно просто. Ирония — это когда мы говорим что-то одно, но подразумеваем что-то совершенно другое, — говорит Варвара. — Ирония считывается по-разному, исходя из взглядов людей и их чувства юмора. Например, мем с полуразрушенным домом и надписью «Я в порядке, не надо мне помогать». Это такая ирония над трудоголиками.

— Затем мемы приходят к постиронии, — рассказывает Екатерина. — Вы говорите то, что имеете в виду, но делаете это так, будто хотите сказать совершенно противоположное. Постиронию бывает очень трудно отличить от иронии. В этом и заключается ее черта: вы не совсем понимаете, в какой момент она отходит от классической и понятной всем иронии.

Дальше, по словам филологов, идет метаирония. У таких мемов грань между иронией и прямым значением размыта настолько, что становится неясно, в чем суть мема. Нет никакой логики. Грани размыты полностью. Например, картинка с чесноком, внутри которого мандарин. Люди смеются над этим, потому что считают это забавным. В этом и суть метаиронии.

Ученые задаются вопросом, а что же все-таки кроме смешных картиночек можно считать мемом? Филологи и исследователи современной культуры Варвара и Екатерина считают, что мемами становятся явления культуры, которые повторяются из раза в раз и постепенно приобретают новое значение, которое не связано с первоначальным, но зритель его считывает.

— В интернете часто вирусятся не только забавные изображения и видео. Популярными становятся определенные выражения лица и движения, которые люди сначала видят в Сети, а потом повторяют в реальной жизни, — говорит Екатерина Старченкова. —  Например, известное среди молодежи выражение «сигма», которое обозначает улыбку уверенного в себе, харизматичного человека. В медиапространстве сигма приобрела ироничный смысл, молодежь показывает ее, когда хочет посмеяться над излишней самоуверенностью.

Исследователи меметики утверждают, что концепция мемов напрямую связана с теорией симулякров французского социолога и философа-постмодерниста Жана Бодрийяра.

— Вот несколько этапов стадии развития симулякра, — объясняет Екатерина Старченкова, демонстрируя эволюцию изображения рыбы:

1.  Рыба. Является отражением реальности. Это изображение настоящей рыбы.

2. Кусок рыбы. Изображение становится искажением реальности. Это рыба? Да. Но она выглядит иначе. Знак маскирует реальность.

3. Рыбные котлетки. Изображение ставит под сомнение, что такое реальность, существует ли она вообще. Есть ли в этих котлетах рыба? Наверное, есть.

4. Печенье в форме рыбы. Знак не имеет никакого отношения к реальности вообще, он является своим собственным чистым симулякром. Печенье в форме рыбы, в котором вообще нет рыбы. — это что ни на есть самый настоящий симулякр.

Екатерина приводит и другие примеры симулякров: это тыква и тыквенно-пряный латте или сироп со вкусом тыквенно-пряного латте, где вообще нет ничего от тыквы. Такая же связь между губкой для мытья посуды и Губкой Бобом, героем известного мультфильма.

— Философы-постмодернисты считают, что реальность становится гиперреальностью, — говорит Варвара Семененко. — Это мир, в котором нет ничего настоящего, а есть только симулякры, и мы все живем в их окружении. Фантазийное представление такого мира показали сестры Вачовски в фильме «Матрица», где весь мир представляет собой лишь иллюзию.

— Это очень похоже на мем. Ведь когда мы видим мем с картинкой колбасы с надписью «Сыр», там ни сыра, ни колбасы. Мы не поедим сегодня, нас обманули. Это лишь некие слепки, образы реальности, — поясняет Екатерина.

По словам филологов, постмодернисты сегодня бьют тревогу. Ученые убеждены, уже сегодня мы все живем в мире симулякров, где нет реальности, нет ничего настоящего. Мы живем в мире торжествующей анархии, мире разрушений, моделей и копий, существующих ради воцарения созидающего хаоса.

— Создается ощущение, что в нашем мире нет ничего реального и настоящего, а есть только цифровые копии, цифровые образы, из которых складывается наше медиавосприятие, — говорит Екатерина. — Творчество тоже можно назвать симулякром. Творчество образов, далеких от подобия вещам. Симулякр выражает состояние души человека, а это те самые эмоции, о которых мы говорили.

Тысячи лет историю человечества ученые изучали по оставшимся от исчезнувших цивилизаций артефактам, руинам городов, черепкам посуды и чудом сохранившимся памятникам письменности. Что придется исследовать археологам будущего, чтобы понять, какой была наша цивилизация?

— Я представляю будущее примерно так, — задумывается Варвара, — через много тысяч лет ученым нужно будет раскапывать не землю, а какие-то старые домены, форумы, телеграм-каналы.

Можно лишь гадать, что подумают историки будущего, увидев наши сегодняшние мемы.

— Если мы все-таки приходим к выводу, что мем — это наш фольклор, это отражение нашей реальности и нашей культуры, то всё становится очень сложно. Это показывает, что наша культура, вопреки мнениям некоторых ученых, не упрощается, а, наоборот, переусложняется, — считает Варвара. — Она переусложняется, потому что мы, видя мемы, считываем такие значения, какие можно понимать только на очень тонком уровне. Даже если мы не знаем контекста, в котором появился мем, мы всё равно его понимаем и чувствуем. Но примитивных мемов тоже очень много.