«Нас обнесли колючкой и забыли»: волгоградцы из сгоревшего ночью барака остались без вещей и документов

Пожарные заливают сгоревшие полы выжженного одноэтажного дома, отделенного от военной части в поселке Гумрак тонкой колючей проволокой. Волгоградцы достают уцелевшую пачку документов, повторяя, что сгоревшая картонная времянка принадлежит Министерству обороны. Мужчины с почерневшими от сажи руками вытаскивают из пепелища новые батареи, почерневшую посуду и кладут на полку обгоревшую сайку хлеба и батона. Небольшие стопки покореженных огнем вещей, растянувшиеся на несколько метров, — все, что уцелело после ночного пожара. — Вечером я сходила в гости к куме, — садясь на уцелевший стул, вспоминает жительница дома Татьяна. — Пришла домой в одиннадцатом часу, поставила варить кашу для собак. Потом все выключила и легла смотреть телевизор. Во втором часу услышала собачий лай и стук в окно. Военные говорят: «Бабушка, выходи. У тебя горит крыша. Возьми документы и поторопись: перекрытия могут рухнуть в любой момент». Сын позвонил дочке в седьмом часу утра. Она работает в Красном Кресте, ухаживает за 85-летним полковником. Как только она узнала про пожар, взяла такси и примчалась сюда. Поглаживая напуганных собак, женщина вспоминает все новые подробности страшной ночи. По словам Татьяны, огонь пошел из задних комнат вытянутого в длину дома. — Я выскочила на улицу, в чем была. Видишь, вон в Надькином халате стою, — рассказывает погорелица своим родным. — Эту времянку домом не назовешь — построили в 1974 году как временное жилье для военных. Мы получили комнату, потому что муж работал в полиции. Потом он ушел, а мы с сыном остались. Никто не выгоняет, да и ладно. Денег-то на покупку новых домов не было и нет. До мая прошлого года с нами жили и другие соседи — дом разделен на 9 квартир. Вода на улице, природный газ не подведешь — никто не разрешит по технике безопасности. Чуть больше года назад Оборонэнерго оставило нас без света. За колючей проволокой Из-за колючей проволоки выглядывают молодые солдаты — несколько минут назад они встретили своего начальника штаба, командира роты и военного священника, мельком окинувшего взглядом сгоревший дом. Дочь пенсионерки Татьяны тем временем перебирает документы в трех толстых пачках — с этой кипой сотрудница «Красного креста» Наталья живет уже год. — Сначала мы ходили в районную администрацию и просили поставить нас на очередь за жильем, — вспоминает Наталья Красько. — Но так как земля принадлежит Министерству обороны, рассчитывать на помощь чиновников мы пока не могли. После отключения света мы объехали все инстанции города, обратились в президентскую палату. В сентябре подали иск, наняли адвоката. А уже в январе выиграли суд у Министерства обороны. По решению Оборонэнерго должно было подключить нам свет, а Минобороны выплатить моральную компенсацию. Но это решение им не понравилось, потому Министерство подало апелляцию в Областной суд. Кстати, забор с колючей проволокой появился тут как раз после начала судебных разбирательств. Пропуская мимо ушей просьбы МЧС, мужчины кружатся в затянутых копотью комнатах с рухнувшей крышей. Косясь на колючую проволоку и вспоминая военные годы, помощники выкуривают одну сигарету за другой. Наталья Красько тем временем обходит дом, рассматривая оплавленную стиральную машинку и фен. За несколько месяцев жители «бесхозного» дома настолько устали от газового баллона, что возвращению света радовались с детским восторгом. — 19 апреля нам все же дали свет, — признается волгоградка Наталья Красько. — Мы жили в поселке, который не входил в городскую черту. В Волгоград попали как жители некоего бесхозного строения: от нас отказались и в Министерстве обороны, и в администрации. Почему дом через суд не признали бесхозным и не поставили его на чей-то баланс, остается загадкой. Сейчас мы с мамой живем в этом доме вдвоем. Но сегодня ночью в одной из комнат ночевала квартирантка, которая не отказывается от спиртного. Кто ее вытащил из огня — военные или пожарные, я не знаю. О причинах пожара нам тоже ничего неизвестно. То ли вспыхнула проводка, то ли нас подожгли. Сейчас, если честно, больше всего волнует квартирный вопрос: куда нам идти? Пока мы нашли приют лишь на сегодняшнюю ночь. А дальше — полная неизвестность. В ответ на запрос редакции V1.ru в пресс-службе Южного военного округа подтвердили, что дом на улице Ленина, 7 в поселке Гумрак не относится к военной части 98540, квартирующейся на улице Ленина, 2.