«Мы хотели, чтобы он стал офицером»: в Волгограде многодетная мать оспаривает постановку сына на учет за разбитую машину

Жительница поселка Новая Надежда Городищенского района Юлия Бессонова заявила, что ее 12-летнего сына незаконно поставили на учет. Мальчик, по словам мамы, просто стоял рядом с нарушившими закон знакомыми, и никаких доказательств его вины попросту нет.

Как рассказала V1.RU Юлия, всё случилось летом 2025 года в поселке Новая Надежда, когда ее сын Юра (имя изменено. — Прим. ред.) отправился покататься на велосипедах с тремя приятелями.

— Захотели, как говорится, нашкодничать, — рассказывает Юлия. — Ездили, ездили вокруг машин, в итоге решили одну из них стукнуть кирпичом: мой стоял в стороне, смотрел. Оказалось, их засняли на видео. Два парня с поселка их выцепили, начали опрашивать — есть свидетели этому. Я как узнала, приехала, говорю: «Что случилось? Вы почему моего ребенка опрашивали?» Они говорят: «А вы чего приехали? Ваш ребенок машину не бил». Но видео они мне не стали показывать, только фотографии: там видно, что он рядом стоял. Ну, не бил и не бил, я успокоилась.

Однако на этом история и участие Бессоновых в ней не закончились. 12-летнего Юру поставили на учет.

— Нас вызвали в ПДН. Я там говорю, что сын машину не бил, те парни могут подтвердить, у них видео есть. «Вы, — отвечают, — как свидетель будете, не переживайте». Но потом начались суды, на которых он уже идет как обвиняемый. Видео нам так и не показали, с материалами дела вообще не знакомят. Через какое-то время инспектор позвонила и сказала: «Я вашего сына на учет поставила». Я спрашиваю, на каком основании. «Я так решила». Оповестили нас об этом постфактум. При этом даже характеристику из школы не запрашивали.

По словам Юлии, многочисленные обращения в полицию и даже в Генпрокуратуру не принесли результата. Между тем пойти на контакт с инспектором по делам несовершеннолетних у Юлии так и не получилось.

— Она написала на меня рапорт, якобы приезжала ко мне, а я не открывала дверь и не брала трубки, — рассказывает Юлия. — Тут слов нет: у меня стоят камеры, к тому же я заказала детализацию звонков — не звонила она мне ни разу. Но рапорт пишет, мол, семья неблагополучная. А я работаю, муж на СВО, сын был уже определен в корпус — мы планировали, что он в дальнейшем будет офицером.

Договориться с владельцем поврежденной машины лично не получилось. При этом. как заверяет Юлия, она предлагала сделать так, чтобы родители всех «нашкодивших» детей оплатили нанесенный автомобилю ущерб без каких-либо дальнейших разбирательств. Однако владелец машины подал заявление «молча».

— У потерпевшего вообще был друг, который с ним занимался бизнесом, связанным с ватой. Они разругались, и потерпевший решил, что тот нанял детей и заплатил, чтобы они разбили ему машину — такая версия была. Я ездила к нему, говорила: «Мой не виноват, почему нас ставят на учет?» — «Я не знаю». Мне же все говорили, что сын не бил, что есть видео. Мы все друг друга знаем, зачем это всё? Даже если на видео снято, как он бил — покажите в любом случае, чтобы всё прояснилось.

Конфликтов, как уверяет Юлия, ни у нее, ни у ее сына с владельцем авто до этого не было. По итогу в качестве обвиняемых проходит только Юра и двое старших ребят — четвертый, якобы, к делу отношения не имеет, потому что уехал раньше. Хотя, по мнению адвоката Евгения Дерезы, который представляет интересы Юлии Бессоновой, с правовой точки зрения нет никаких оснований ставить на учет и Юру со старшими товарищами.

— Прежде чем обвинять, нужно предоставить весомые доказательства, подтверждающие, что ребенок это реально делал. На сегодняшний день есть только показания трех детей, каждый из который говорит: «Я не бил, били двое других». При этом в последнем постановлении пишут, что была дана правовая оценка некому видео, но никакого видео в материалах процессуальной проверки и постановлении нет. А если его нет в материалах, с юридической точки зрения его не существует. И даже сами в последнем постановлении они пишут, что свидетелей установить не удалось, то есть доказательств нет вообще.

Самое странное, по мнению адвоката — это повторная постановка на учет уже после того, как вмешалась прокуратура.

— Сначала они выносят постановление об отказе в возбуждении уголовного дела, потому что нужного возраста все трое не достигли, — рассказывает Евгений Дереза. — Мы начинаем обжалование, прокуратура отменяет постановление. На неделю-две их с учета снимают. Потом выносится повторное постановление об отказе в возбуждении дела: якобы провели повторную, «тщательную», проверку.

Между тем, как объясняет адвокат, не существует норм, сколько ребенок должен стоять на учете. А постановка на учет, в свою очередь, может стать настоящей угрозой для дальнейших планов Юры: в том числе, поставит крест на офицерской карьере.

— Постановка на учет по делам несовершеннолетних означает, что за ребенком следят правоохранительные органы: периодически приходят, проводят беседы с семьей, предупреждают о потенциально опасном, противоправном поведении, — объясняет Евгений Дереза. — Постановка на учет по делам несовершеннолетних является в данном случае основанием для отказа в принятии на государственную службу. Формально это обстоятельство характеризует гражданина как неблагополучного, ненадежного, склонного к противоправному поведению. Это некое «клеймо» на всю жизнь, если выражаться простыми словами.

Редакция V1.RU направила официальный письменный запрос в ГУ МВД России по Волгоградской области с целью выяснить, действительно ли сын Юлии Бессоновой стоит на учете, на каком основании было принято такое решение и как характеризуют семью инспекторы по делам несовершеннолетних.