«Как в таких условиях заводить ребенка?»: два журналиста из Волгограда едва продержались неделю на минимальный размер оплаты труда

Прошла неделя с тех пор, как журналисты V1.RU Денис и Мария решили выживать на минимальный размер оплаты труда в Волгограде. Пока в молодых людях остается вера в то, что эксперимент будет им под силу, несмотря на необходимость экономить: на оплату аренды ушла значительная сумма. К тому же на место давним пищевым привычкам пришел страх перед походом в магазин.

Поначалу 29 802,3 рубля у каждого на карте казались весомой суммой, на которую можно прожить месяц. Однако уже во второй день эксперимента молодые люди оплатили аренду квартиры и интернет — в итоге от почти 30 тысяч рублей осталось около 14 тысяч.

— Вот тогда уже стало страшновато, — признаётся Мария. — И с самого первого дня я поняла, что всё действительно серьезно, когда мы начали обсуждать покупку стакана сока на обед в столовой. Денис говорил здравые вещи, но мне казалось странным: почему я не могу отдать 38 рублей за сок? Впрочем, я поняла его достаточно быстро: на счету у нас буквально каждый рубль. Так что теперь все траты свелись только к проезду и еде. Почти. Помимо этого мне пришлось оплатить подписку на один остро необходимый сервис. Было больно.

Ранее журналисты говорили об удобстве расположения своей квартиры и ее транспортной доступности. Но на деле всё не так радужно.

— В первый же день эксперимента мне пришлось потратить 350 рублей на такси, чтобы просто не опоздать на работу, — говорит Денис. — Это внушительная сумма, за которую можно купить, к примеру, кило куриного филе. И лишиться ее на старте мне помог общественный транспорт Волгограда. Можно сколько угодно говорить о том, что «а вот в другом регионе», но живя рядом с Центральным районом, вплотную ко Второй Продольной, добраться до работы могу лишь на перегруженной маршрутке 3с, которая из-за заполненности часто даже не останавливается на моей остановке. То есть у меня, как и у моих сограждан, нет никаких гарантий даже самой возможности воспользоваться общественным транспортом, не говоря уже о его качестве.

Казалось бы, 350 — не столь большая сумма, но в условиях подсчета каждого рубля молодым людям хотелось бы, чтобы общественный транспорт исправно выполнял свою функцию.

— Вытекает эта проблема, как по мне, из одного немаловажного фактора — отсутствие альтернатив и конкуренции, — отмечает Денис. — Автобусами и троллейбусами у нас занимаются две организации, спонсируемые бюджетом. А теперь представим ситуацию, что все троллейбусы маршрута № 9, который обслуживает одна из них, одновременно выйдут из строя. Есть ли у второй организации хоть один маршрут, который сможет заменить исчезнувший? А если вдруг, допустим, исчезнут все автобусы № 43, то каким образом людям добираться домой на Спартановку? Перечислять можно долго, но у каждого из примеров единственный альтернативой становятся маршрутки. Забитые донельзя маршрутки, которые даже курсируя каждые 5 минут по остановкам, не могут закрыть весь пассажиропоток. Но конкурировать за этих пассажиров у обоих организаций нет смысла: финансы они получают из казны, а как частные лица — никому и ничего не обязаны, особенно простым людям. Так и получается, что даже выходя из дома на полчаса раньше, у тебя всё равно может не быть шанса воспользоваться, казалось бы, базовой услугой. И, может быть, с бюрократической точки зрения это не нарушает ни один закон, но с точки зрения пассажира очень даже хочется, чтобы нарушало.

В итоге уже после первой недели из первоначальной суммы осталось меньше половины.

— Примерно 400 рублей ушло на проезд, — считает Мария. — На еду, как и предполагалось, больше всего — 1666 рублей. Еще 650 рублей потрачено на оплату подписки. А, ну и, конечно, нельзя забывать большой платеж по аренде и интернету — 31 500 рублей на двоих. Итого на моей карте остается примерно 11 200 рублей. Теоретически, я всё еще верю в то, что смогу прожить на эту сумму. Практически, я боюсь представить, сколько сил на это уйдет.

— Помимо злосчастного такси, около 2127 рублей было потрачено на еду в столовой и продукты в магазинах. Остается примерно 11 500 рублей. А это только первая неделя… — вздыхает Денис.

Всего одна неделя эксперимента уже повлияла на журналистов. Особенно это заметно в отношениях с едой.

— Я очень люблю газировку и что-то пожевать во время работы, например, орешки. Естественно, сейчас у нас на это нет денег, — рассказывает Мария. — Вообще, на еду действительно приходится тратить много. Спасибо, хоть на работе можно бесплатно попить чай и кофе. Пару раз добрые коллеги угощали конфетами, кое-кто даже коробку черешни с дачи привез. Еще и торт удалось поесть благодаря коллеге, которая сейчас уже не работает с нами. Из домашнего я готовила суп, котлеты, небольшой салат и закуску из яиц и лаваша. С учетом того, что дома мы почти не бываем, хватило этого на всю неделю. Кто-то говорит, что наши обеды в столовой — это не экономно. Я не знаю, что должно быть «экономно», если 200 рублей за блюдо — это уже слишком много. Видимо, надо действительно питаться только лапшой быстрого приготовления. Или фриганством наконец заняться и начать есть из мусорок.

Представить, каково это — жить на 30 тысяч рублей в месяц всю жизнь, у Марии не выходит.

— Все мои мысли крутятся вокруг того, что рано или поздно этот эксперимент закончится, и я смогу вернуться к привычному ритму жизни. А когда представляю, что теоретически и следующий месяц, и следующий, следующий будут такими же… Мне дурно становится. Каждый день страх, что что-то заболит, или я случайно упаду и сломаю руку, или что-то из техники сломается — и это всё будет большой ущерб бюджету. Очень трудно представить, как в таких условиях можно теоретически заводить ребенка. Как этому светлому существу объяснить, что мы не семья чиновников-коррупционеров, а потому никаких ему сладостей и игрушек — только вареная гречка и спать?