«Это этап взросления, его глупо критиковать»: откуда в Волгограде появились нетакусики и как им живется рядом с обычными людьми?

На улицах города или в торговых центрах Волгограда часто можно увидеть подростков, которые выглядят не так, как все. Разные поколения и группы людей называют их по-разному: неформалы, боссы, художки, нетакуси, а то и уже давно устаревшими названиями вроде готы или эмо. Кто-то снимает их на камеру и пытается вывести на конфликт, однако мало кто задумывается, что чувствуют при этом сами неформалы и что стоит за их внешним видом.

Варвара — студентка социально-педагогического университета. Она выделяется ярко-красным цветом волос.

— В детстве я чувствовала себя белой вороной, возможно, из-за наклонностей к творчеству, возможно, просто из-за типа мышления, — рассказывает девушка. — Сначала это особо никак не мешало, я росла вполне обычным ребенком, но в подростковом возрасте начало отражаться на формировании личности. Непосредственно мой путь к неформальному стилю не особо отличается от того, как это было у других. Лет в 12–13 я начала слушать соответствующую музыку, следить за личностями, чьи взгляды совпадали с моими, читала книги… Усиленно впитывая всё это, я осознала, что мои вкусы и внутренние качества требуют внешнего проявления. При всём этом я училась в очень авторитарной школе, поэтому до выпуска из нее мне приходилось сдерживаться в самовыражении. По сути, свой нынешний облик я приобрела сравнительно недавно.

Вячеслав, кажется, сошел со страниц книги Толкиена. При этом, почему именно он выбрал такой образ, молодой человек отвечает с трудом.

— Скорее всего, мой стиль обусловлен ассоциациями с кем-то, будь то реальный человек или вымышленный, — говорит молодой человек. — Но при этом целенаправленно свою внешность я никогда не менял и даже не пытался — просто делал так, как мне нравится, ни на кого не ориентируясь.

При этом молодые люди не пытаются выразить что-то своим внешним видом. Просто живут так, как им нравится.

— Мне кажется, что, чтобы своим внешним видом выражать какую-то позицию, нужно как раз принадлежать к субкультуре, потому что ее рамки строго определены и каждая деталь на человеке «в движе» несет определенный смысл, — объясняет Варвара. — Я же не отношу себя к чему-то конкретному, просто вписываю в свою внешность детали, отсылающие к вещам, которые мне нравятся. Ну и, безусловно, это просто вписывается в мое понимание красоты, а красота для каждого субъективна.

К слову, в прошлом году девушка с подругой решились на эксперимент. Они пришли на молодежный фестиваль «ТриЧетыре» и попытались посчитать, чего будет больше, комплиментов их внешнему виду или оскорблений. Получилось 10 против 6.

— Образ действительно влияет на первое впечатление. Зачастую он работает как фильтр, ибо мой внешний вид привлекает и располагает к себе похожих на меня личностей, — объясняет девушка. — Обычных людей это тоже часто заинтересовывает, но, бывает, и отталкивает. Когда я начинаю общаться с новым человеком, иногда проскакивают фразы: «Я думал, ты злая/нелюдимая». Меня это обычно очень удивляет.

На учебе внешний вид не отражается никак. За исключением прохождения практики: все-таки в школах еще присутствует изрядная доля консерватизма во внешнем виде педагогов.

— Когда я поступала в педагогический университет, боялась, что там меня будут подавлять так же, как и в школе. Но всё оказалось наоборот, на учебе ко мне теперь относятся максимально уважительно. Однажды на семинаре по русской литературе у нас зашел разговор о дальнейшем профессиональном самоопределении студентов из нашей группы, и меня выделили как творческого человека с тонкой душевной организацией, — улыбается Варвара. — Мне показалось это очень приятным, ведь я часто думаю, что все взрослые отрицательно настроены к неформальной внешности. Единственное, с чем возникают проблемы, — это практики в школе, ведь там по-прежнему преобладает консервативный взгляд на дресс-код учителя. Но это легко решить, ведь при нынешнем дефиците кадров очень легко найти учреждение, куда принимают любых выпускников. Тем более что главное в работе с детьми — это знания, а не внешность.

Впрочем, сами учителя предлагают четко разделять понятия «неформальный» и «вызывающий». От этого будет зависеть и восприятие самого человека.

— Если внешний вид подростка не оскорбляет окружающих, не вызывает у них дискомфорт, то, думаю, всё в порядке, — считает преподаватель русского языка и литературы Екатерина Евсеева. — В определенном возрасте нам свойственно желание активно самовыражаться, искать свой стиль, приобщаться к какой-то субкультуре или даже высказывать некий протест при помощи одежды, цвета волос и прочего. Это этап взросления, который глупо критиковать, на мой взгляд. В своей повседневной жизни студент, как и любой человек, имеет полное право на самовыражение. Одежда — это один из способов сказать миру о своей индивидуальности, и это право безусловно, пока оно не ущемляет права, комфорт и безопасность окружающих.

При этом коллега преподавателя Евсеевой, кандидат социологических наук, преподаватель Волгоградского госуниверситета Екатерина Беликова полагает, что важно соблюдать баланс между самовыражением и требованиями, которые выдвигает к внешнему виду человека профессиональная среда.

— В нашем университете действует этический кодекс студента. Это не попытка запретить личность, а инструмент воспитания корпоративной культуры, — объясняет Екатерина Беликова. — Дресс-код в вузе помогает формировать уважение к месту учебы и будущей профессии. Если внешний вид переходит границы здравого смысла (например, провоцирует или мешает учебному процессу), вступает в силу уважение к кодексу, к окружающим. Исследования и практика показывают, что радикальный внешний вид действительно отвлекает, но не самого студента, а окружающих, создавая ненужный визуальный шум. Поэтому я не сторонница жесткой униформы, но за «умный дресс-код». Он не ограничивает стиль, а дисциплинирует мышление. Переключаясь с выбора «надеть ли вызывающий наряд» на учебные задачи, мозг экономит энергию.

При этом внешний вид, по словам преподавателей, не является критерием успеваемости.

— Я, скорее, замечала различия в успеваемости опрятных/неопрятных учеников. Ребенок, равнодушно относящийся к внешнему виду, будет так же равнодушен и к домашнему заданию, и к проекту, и ко всему остальному. Подростки, предпочитающие неформальный внешний вид, часто очень творческие, нестандартно мыслящие. Поэтому ставить знак равно между «неформальный» и «неуспевающий» опрометчиво, — делится опытом Екатерина Евсеева.

С ней согласна и Екатерина Беликова:

— Прямой и устойчивой корреляции «стиль одежды — успеваемость» я не замечала. Способный и мотивированный студент может быть как в строгом костюме, так и в худи с ярким принтом. А неуспевающий студент — ровно наоборот. Однако есть несколько интересных нюансов, которые я наблюдала за годы работы. Студенты, которые всегда следуют «правильному» дресс-коду (например, классические брюки, рубашка), чаще показывают более высокие результаты на рутинных заданиях, у них выше самодисциплина в организации процесса. Те же, кто выбирает яркий неформальный стиль, оказываются лидерами в творческих проектах, презентациях, нестандартных задачах. Они мыслят вне рамок и в одежде, и в учебе. Бывает и так: если подростка травят из‑за его внешнего вида, его результаты резко падают, независимо от изначальных способностей. Он зациклен не на учебе, а на переживаниях. И это полностью поправимо, если вовремя вмешаться, — делится опытом преподаватель. — Образовательная среда — это не только передача знаний, но и воспитание уважения, толерантности и критического мышления. Если я вижу, что студент или школьник становится изгоем из‑за своего внешнего вида, будь то цвет волос, пирсинг, экстравагантная одежда или, наоборот, строгий классический стиль, это сигнал к немедленным действиям.

Родители подростков-неформалов их увлечение не разделяют.

— Родители относятся к моему внешнему виду очень плохо. Были случаи, когда им даже не хотелось рядом со мной выходить на улицу, — с досадой говорит Вячеслав.

У Варвары ситуация проще, однако родители от ее облика тоже не в восторге.

— Мама с папой относятся к этому отрицательно, но и сильных скандалов у нас по этому поводу не возникает. Больше всего им не нравятся татуировки и пирсинг, — рассказывает о своей ситуации Варя.

Впрочем, родители неформалов объясняют свое неприятие беспокойством за ребенка, уверяя при этом, что будут защищать чадо, несмотря ни на что.

— Я отнеслась к новому внешнему виду своего ребенка с беспокойством и даже страхом. Мне не было понятно, почему моя дочь хочет выглядеть именно так, что ее на это толкнуло, что происходит у нее в голове, — отвечает Елена, мама Вариной подруги. — Я пыталась повлиять на нее, направить стиль в более традиционное русло, пыталась объяснять, выяснить причину такой перемены во внешнем виде, но ничего не получалось. Ребенок не хотел меня слушать и говорил, что ему так просто нравится.

При этом женщина уверяет: если ее ребенок станет объектом нападок и насмешек, то она будет защищать его, даже несмотря на неприятие внешнего вида и стиля.

— Я все-таки не считаю правильным оскорблять или принижать человека по этому признаку, поэтому я буду ее защищать. Для меня очень важно, как к моему ребенку будут относиться в обществе, — заявляет Елена. — Я понимаю, что это может привести к разным негативным ситуациям, например к оскорблениям. Но больше всего меня страшит возможность противоправных действий в отношении ребенка, поэтому больше всего я переживаю именно по этому поводу.

По мнению психолога Натальи Лебедевой, неформальный внешний вид часто зависит от психического состояния человека:

— Неформальный внешний вид человека связан с его психическим состоянием. Всё зависит от возраста: если подростку от 12 до 18 лет, то это находится в пределах допустимого. Это проявление бунтарства и юношеского максимализма, характерное желание выделиться и быть замеченным. А если человеку за З0 и его внешний вид вызывающий, кричащий, то это уже говорит о не пройденном взрослении. Не о том, что не было перехода «ребенок — взрослый», а том, что были подавленные чувства, которые человек вовремя не прожил. Неформальный стиль чаще все-таки перерастают. А если он остается во взрослом возрасте, то нужно смотреть, какая у него профессия: если человек, например, актер или музыкант, то его внешний вид соответствует его профессиональной деятельности, тут всё остается в пределах допустимого. Если внешность не мешает выстраивать отношения, не мешает общению, рабочим процессам, семейной жизни, то, значит, о психологических проблемах здесь говорить не стоит. Если борьба проявляется не только во внешности, но и в других сферах жизни, тут мы, безусловно, говорим, например, о детских травмах, которые нужно разбирать.

Дала психолог совет и родителям. Специалист уверен: не стоит мешать подростку самовыражаться, особенно если нет никаких иных тревожных признаков.

— Важно помнить: какими бы ни были ваши дети, они всё равно остаются вашими детьми, всё это часто проходит со временем само собой. Если нет психических отклонений или тревожных, суицидальных намеков, то надо просто принять ребенка, перестать с ним бороться и разрешить ему самовыражаться. Тогда этот процесс проходит быстрее в отличие от ситуаций, в которых родители включаются в эту борьбу. Подростки, которые неформально одеваются, иногда хотят именно борьбы, чтобы отстаивать и защищать свои границы. А когда с подростком никто не борется, его любят и принимают, то подросток начинает самовыражаться иначе, — уверена Наталья Лебедева.

Психолог полагает, что у тех людей, которые пытаются обидеть неформала, отмечается внутренняя агрессия в первую очередь к себе и к своему образу жизни.

— Когда к подростку начинают приставать, угрожать, то это сигнал ему о том, что все люди разные и реакции на подобного человека тоже бывают разными. Если человек чувствует опасность, то стоит попросить о помощи. Если рядом нет родителей или друзей, то можно обратиться к прохожим, — заявляет Наталья Лебедева. — Не надо бояться или стесняться, строить из себя крутого, нужно адекватно оценивать свои силы и возможности. Тем, кто задевает неформалов, стоит задать себе вопрос: где я не позволяю себе проявлять агрессию в личной жизни, что ищу человека, на которого могу вылить всё зло? Важно понимать, что у таких людей внутри агрессия по отношению к себе и к своей личной жизни.

При этом сами неформалы достаточно спокойно относятся к представителям других субкультур. За исключением тех, кто превращает самовыражение в культ насилия.

— Война между обывателями и неформалами будет всегда, так как сама природа контркультуры — это протест против устоявшихся норм. Но лично мне эта война не особо приятна. Мне бы хотелось, чтобы никто никого не обижал, — считает Вячеслав.

Варвара же старается относиться с уважением ко всем людям, вне зависимости от того, неформальные они или обычные.

— Я же отношусь положительно ко всем субкультурным, кроме радикалов, которые из самовыражения делают культ насилия (вроде околофутбольщиков или скинхедов). К людям, выглядящим обычно, я отношусь с таким же уважением и интересом, как и к любым другим. Стандартный образ не гарантирует отсутствие нестандартного мышления. Больше половины моих друзей совершенно не стремятся выделяться из толпы, но мы общаемся десятилетиями. А неадекваты есть везде, как в субкультурах, так и вне их, — считает девушка.