«Начинаю говорить по-русски, у людей полушоковая реакция»: когда из больницы ушли все хирурги, позвали врача из Африки

— Похоже, я с собой эту жару притащил, — шутит Хатим Хабиб. За окном, кажется, все +40 °С, но колоритному собеседнику журналистов 74.RU к такой погоде не привыкать: он родом из африканской страны Судан. На прошлой неделе 39-летний врач приехал на Южный Урал и занял кресло заведующего хирургическим отделением в больнице Верхнеуральска, небольшого городка в Челябинской области. Иностранца занесло в эти края, можно сказать, случайно: он рассказывает, что увидел вакансию в интернете, подумал: «Почему бы и нет?» — и позвонил руководителю. — Такого, чтобы мы искали именно врача из Судана, не было. Нам просто нужен был хороший оперирующий доктор, — объясняет главврач верхнеуральской больницы Наталья Кузякина. — И тут появился Хатим. Он сразу произвел очень приятное впечатление. Потом мы посмотрели его документы — доктор подошел по всем критериям, и мы пригласили его. Искать новых сотрудников больнице пришлось после того, как оттуда уволились сразу трое хирургов. Они написали заявления из-за конфликта с главным врачом. Скандал прогремел в феврале, тогда в Верхнеуральск экстренно отправили представителей Минздрава и даже на время отстранили Наталью Кузякину от работы. Но проверка значительных нарушений не выявила, руководитель сохранила пост. Взбунтовавшимся хирургам тоже предложили вернуться к работе на старом месте, но они от этого отказались и устроились в больницу другого южноуральского города — Катав-Ивановска. Замену ушедшим специалистам нашли довольно быстро. До приезда Хатима на работу в отделение хирургии приняли двоих сотрудников, уроженец Судана стал третьим. — Теперь у нас разнонациональный коллектив, — смеется Наталья Кузякина. — Один доктор — татарин, второй — таджик, вот теперь еще араб. Хатим окончил школу в Судане, а потом решил поступать в Одесский медуниверситет. Хирург вспоминает, что приехал туда с нулевым знанием русского, но это не стало проблемой, потому что обучение шло на английском. — Я учил русский как один из предметов в вузе, плюс много практиковался: Одесса — это все-таки русскоговорящий регион, — рассказывает врач. — Где-то через четыре месяца я уже мог общаться на русском, хоть и не слишком уверенно. Постепенно осваивая язык, доктор окончил шесть курсов ординатуры, а потом еще получил диплом магистра. После этого Хатим два года стажировался в одесской больнице, а затем столько же работал там как полноценный сотрудник. В 2014 году доктор решил вернуться на родину, в Судан, чтобы провести время с семьей: мамой, папой и сестрой. Судан — государство в Восточной Африке. Экономика держится на сельском хозяйстве и добыче нефти. Республика считается одной из самых бедных стран в мире. Как и в других африканских государствах, здесь часто случаются эпидемии. Ситуация осложняется низким уровнем развития медицины. Главные проблемы — плохая оснащенность больниц, их переполненность, отсутствие необходимых препаратов и недостаточное число квалифицированных специалистов. Несколько лет врач лечил людей в Африке, а в 2017 году уволился, собрал чемоданы и поехал в Краснодарский край — там его ждала будущая жена Вероника. — Мы познакомились по интернету в 2008 году, когда я еще был студентом. Встретились, понравились друг другу. Завязались отношения, — улыбается Хатим. — Поехать со мной в Судан она не могла, поэтому в то время, пока я там работал, мы общались только по телефону. Это был самый тяжелый период для нас, но потом мы снова встретились, и всё стало хорошо. Родители Вероники, по словам Хатима, поддержали союз русской девушки и африканца. — Как и любые мать с отцом, они хотели убедиться, что их дочь в надежных руках, — делится наш собеседник. — Поэтому при встрече задавали много вопросов. Я думаю, что оставил у них хорошее впечатление, и они были за то, чтобы мы дальше развивались как семья, узаконили наши отношения. Пара сыграла свадьбу, а четыре месяца назад у них появилась дочь. Кстати, до родов жена Хатима работала журналистом. — Может быть, это добавляет вкуса семейной жизни — не всё время разговаривать только о медицине, — шутит Хатим. — Наверное, если она была врачом, было бы немножко трудновато. Пока доктор с женой жили в Краснодаре, он работал хирургом-онкологом в местной больнице. Хатим говорит, что там его всё устраивало, но в какой-то момент возникло желание уехать из большого города, от жизни в формате «дом — работа — дом». И вот доктор наткнулся на объявление о том, что в верхнеуральской больнице ищут сотрудника. Идея перебраться на Урал показалась ему привлекательной. Главврач Наталья Кузякина вспоминает, что, когда в первый раз увидела Хатима вживую, была в шоке. Общаясь с доктором по скайпу, она представляла его маленьким и худым, а он оказался крупным мужчиной ростом под два метра. Новость о появлении доктора-иностранца быстро облетела небольшой городок. Поэтому, по словам Хатима, пациенты с первого дня спокойно реагировали на темнокожего врача и вопросов о том, откуда он взялся, не задавали. Удивляло их другое. — Полушоковая какая-то реакция у людей, когда я начинаю говорить на русском, — смеется Хатим. — Может быть, они, когда видят меня, начинают думать: «Так, школа, английский язык, как сформулировать это правильно, как общаться с иностранцем?» Ну потом, я думаю, облегчение, после того как я начинаю говорить. Да, не полностью грамотно, как я бы хотел, как местные разговаривают, но на таком уровне, который позволяет мне сообщить, что я хочу сказать, и понимать достаточно то, что люди мне говорят. Сейчас врач и проводит операции, и сидит на приеме пациентов. Он рассказывает, что больные, привыкшие называть докторов по имени-отчеству, сначала терялись и не знали, как к нему обратиться. — Я сказал: «Не трудитесь особенно, можете называть меня просто — Хатим», — объясняет хирург. Каждый день Хатим работает до позднего вечера. За несколько дней, проведенные в Верхнеуральске, он еще даже не успел осмотреть город, поэтому пока единственное яркое впечатление — бескрайние зеленые поля, которые он увидел по дороге к новому дому. Хатим уверяет, что коллеги приняли его как родного. Они сразу начали вводить доктора в курс дела, помогли ему оформить временную регистрацию в Челябинской области и взялись бесплатно кормить врача в больнице до тех пор, пока не приедет жена. А еще в Верхнеуральске ему дали трехкомнатную квартиру по программе предоставления жилья специалистам, которая началась в 2020 году при поддержке губернатора Челябинской области. Во время нашего разговора у Хатима то и дело звонил мобильник, а раз в десять минут в кабинет забегал кто-то из сотрудников, чтобы рассказать, как идут дела у того или другого пациента. А по вечерам раздается уже долгожданный звонок от жены и четырехмесячной дочки. Они должны перебраться из Краснодара на Южный Урал в начале июля. Хатим признается, что очень скучает по семье. Когда интервью уже закончилось и доктор убежал на обед, мы столкнулись с его скептически настроенным коллегой-пенсионером, которого появление врача из Африки не обрадовало. — Теперь у нас медицина на уровне Судана, — отрезал он, отмахнувшись от наших слов о том, что Хатим получил образование на Украине и долго практиковал в России. Такое категоричное проявление высокомерного национализма в 2021 году, если честно, вызывает оторопь. Мы могли не упоминать тот мелкий эпизод, но это та реальность, в которой умному и интеллигентному Хатиму предстоит своим профессионализмом доказывать, кто чего стоит. Пожелаем ему удачи.