Выходя из вагончика, убедись, нет ли рядом медведя: как живут и зарабатывают вахтовики по всей России

Вахтовик — это почти синоним слова «обеспеченный» для большей части маленьких городков России, где практически нет работы. Для многих людей работа по вахтовому методу (две недели — месяц работать где-то на севере или юге и потом столько же проводить дома) — это чуть ли не единственный способ заработать денег, а значит, содержать семью, взять ипотеку или построить дом, купить машину. Напоминает ли жизнь вахтового рабочего добровольное рабство, где возможен «добрый» или «злой» хозяин, почему у работодателей растет спрос на вахтовиков и о чём предупреждают специалисты, разбирался корреспондент 86.RU. По последним подсчетам Росстата, в России официально насчитывается порядка 1,5 миллиона вахтовиков. Пандемия привела к тому, что вахтовым методом начали работать врачи и социальные работники: в Москву массово ехали медики из всех регионов страны, чтобы подзаработать, потому что в начале пандемии за вахту в Москве обещали больше 100 тысяч рублей — деньги, которые рядовые врачи даже в города-миллионниках никогда не получали. — На зарплату в 18 тысяч рублей в нашем регионе никто не хочет соглашаться, имея ипотеку в 15 тысяч и еще двух детей и жену в декрете. А зарплаты, которые получают на Севере, — это хорошие деньги, например, для Башкирии, — рассказывает семейный психолог Зарема Фридман из Стерлитамака. Среди ее клиентов немало вахтовиков и их жен. Хотя «в былые времена» свою роль также играла романтика и активная гражданская позиция — так осваивалась целина, строился БАМ и другие великие стройки социализма, вспоминает кандидат психологических наук Людмила Ершова. Но и сейчас, по ее мнению, это по-прежнему возможность решить материальные проблемы — На протяжении всего 20 века и частично 21 века сложилось так, что удаленная работа высоко оплачивается — это и про моряков, и про офицеров, и про нефтяников. В надежде быстро решить материальные проблемы люди выбирают такой график, — считает она. «Еда есть, через день привозят питьевую воду, выдают два комплекта спецодежды в год» Помощнику бурильщика Исламу 22 года, он из чеченского Гудермеса, но учился в ХМАО, в Сургуте. Учеба здесь и гарантировала хорошее рабочее место. Он работает в «Сургутнефтегазе» — компании, которую называют «маленьким Советским Союзом» — здесь кроме нефтяных месторождений свои пекарни, свои детские лагеря на побережье Чёрного моря. — Некоторые мои друзья работают в Новом Уренгое в частной компании, они говорят, тут, у нас в «Сургутнефтегазе», лучше: еда есть, через день привозят питьевую воду, выдают два комплекта спецодежды в год. У них такого нет. Ислам летает на вахту из Чечни. Ему не нравится, что дорогу оплачивают не полностью (только от Саратова) и приходится доплачивать в одну сторону 4000 рублей. Еще один и, похоже, самый болезненный вопрос — на вахте нет мяса халяль. Это мясо животных, которых убивают особым методом, когда кровь практически полностью удаляется. — Я мусульманин, чеченец, ем халяльную еду. Рыбу можно любую, а мясо — только халяль. Но в столовой на месторождении такого нет, поэтому два месяца я ем рыбу. Иногда местные ребята, когда заезжают на вахту, покупают нам мясо и привозят. Но кто будет его постоянно готовить? Времени особо нет — приходишь со смены уставшим и ложишься спать, а потом снова идешь на работу. В «Сургутнефтегазе» работает немало мусульман, но почему-то никто не попросил включить в меню блюда из халяльного мяса. Боятся, что откажут, считает Ислам. Сам он тоже об этом не просил. — Когда северных надбавок у меня не было, то за две недели вахты мне платили 55 тысяч. Сейчас, когда из-за пандемии мы работаем два месяца через два, в ноябре за 27 отработанных дней я получил 130 или 140 тысяч, не помню точно. В среднем же в месяц сейчас выходит 120 тысяч рублей. Жизнь на месторождении устроена просто — работа с 8 до 20 часов либо с 20 часов до 8 утра. Ходить некуда — кругом тайга, сил на прогулки тоже почти нет — усталость. Интернет ловит не всегда. Каждый день Ислам говорит по телефону с мамой и женой. Детей у Ислама пока нет. Его жене не нравится, что он работает вахтами, не хочет, чтобы уезжал. — Но у нас в доме мужчина главный, я решаю, как будет. Работу в Чечне найти не просто, хотя я готов уйти на зарплату меньше, чем платят тут. Например, даже за 60 тысяч варианты готов рассматривать. Этого хватит, ведь на юге цены на продукты дешевле. Вот хлеб, например, 18 рублей в Гудермесе стоит. А в Сургуте — 35 рублей. Я скучаю по семье и хотел бы найти работу в родном городе. Я очень много думал о том, что буду делать, когда родятся дети. Дай бог, чтобы нашел работу там. Хочу быть возле семьи. Но пока и Ислам, и его брат работают вахтами на Севере. В Чечне достраивают дом. «Я в душе вахтовик» У 44-летнего жителя Сургута Ивана, инженера по эксплуатации теплотехнического оборудования в «Сургутнефтегазе», вахтовый стаж с 2003 года. В 2006 году перестал работать вахтами — развелся, хотел переехать, но из-за дочери остался и через три года вернулся к привычному образу жизни. Сейчас он работает в Якутии, на Талакане (якутское нефтегазокондесантное месторождение — Ред). . — Я в душе вахтовик — мне нравится такой ритм: месяц работаешь, месяц дома. Можно многое успеть. И я уже привык. О будущем, на самом деле, я не особо задумываюсь, не загадываю, всё так быстро меняется. Надо бы уже какую-то цель поставить, определиться для себя. Но пока так. Может быть, я встречу девушку, влюблюсь и она скажет, что не хочет, чтобы я по вахтам летал. Тогда я буду искать другую работу, — говорит он. Но девушки, по его словам, почему-то плохо относятся к мужчинам, которые работают месяцами, — считают их менее подходящими для создания семьи. — Дорогу нам оплачивает работодатель — летаем самолетом из Сургута до аэропорта Талакан. Есть и другие пункты сбора, например, в Уфе. Только до них вахтовики добираются за свой счет. По зарплате в месяц у меня выходит где-то 140–150 тысяч рублей. С территории месторождения запрещено выходить даже летом — много медведей. Получается «день сурка», но вахтовики привыкли — приехали работать, рассказывает Иван. — Говорят, на Талакане условия работы суровее, но я так не считаю. Тут всё цивилизованно: хорошее общежитие, есть кухня, прачечная, комната отдыха с большим телевизором, спортзал, проведен Wi-Fi. Всё для человека сделано. «На вахте — как в тюрьме» Когда Александр начал работать вахтами, его зарплата выросла больше чем в два раза — с 35 тысяч до 75–80 тысяч рублей в месяц. — Был водителем, теперь машинист подъемного агрегата в «Сургутнефтегазе», по вахте работаю 4 года. Если до пандемии работали восемь дней через восемь, то сейчас — месяц через месяц. Это намного сложнее, каждый день одно и то же: вагончик — рабочее место — вагончик. Никуда не выйти, как в тюрьме. Здесь все живут в вагончиках по 4 человека: помбуры (помощники буровых мастеров) с помбурами, машинисты с машинистами. В свободное время кто-то рубится в сетевые игры, кто-то сидит перед телевизором, болтает с родными или играет в нарды. — В каждом вагончике есть усилители интернета, но, когда приезжает проверка, мы их прячем. Летом ходим рыбачить, грибы и ягоды собирать. Хоть какое-то разнообразие. Но всю жизнь работать по вахтам я не собираюсь. Хочу отучиться на механика, чтобы, как белый человек, работать по пятидневке, каждый день бывать дома, — говорит Александр. — Сейчас коллектив полностью мужской, а вообще работают две женщины: лаборантка и повариха. Несмотря на то, что на вахте чувствуется нехватка женского внимания, к ним никто не пристает — запрещено. Да я и не видел, чтобы кто-то это делал. Ему нравятся условия работы. На еду в столовой он тратит в месяц около 7 тысяч рублей, еду готовит хороший повар. Кормят два раза в день: салат, второе (котлета с гарниром или поджарка), суп, компот и два куска хлеба. Это 150–200 рублей. Вакцинироваться, как жалуются многие (но исключительно анонимно — работу потерять никто не хочет), здесь не заставляют, а Александр хочет поставить прививку, потому что, когда все привьются, обещают вернуть прежний график работы. — Жена работает врачом, и, когда я уезжал на вахту на восемь дней, она относилась к этому нормально — успевала отработать свои смены в больнице. Сейчас нет, сказала, что больше на три месяца не отпустит — ей сложно одной с двумя детьми. «Я им говорю: «У меня есть нечего, медведь ходит»» Так работают вахтовики «Сургутнефтегаза» — это своеобразная элита, «белая кость». Но бывает иначе, рассказал Александр Бойко — он работает вахтами по ХМАО, Ямалу, Иркутской области. Самая запомнившаяся ему вахта прошла в Иркутской области пандемийной весной 2020 года. — В апреле я устроился в «Геотек Сейсморазведка» водителем вездехода. Это очень крупная российская компания. До этого работал в ХМАО, но зарплату не платили. Здесь мы работали в Иркутской области, на местную нефтяную компанию. На месторождении оставались два охранника, один прораб и один водитель вездехода — я, чтобы, если что, вывезти людей до дороги, где подберет машина. Для начала на месторождение повадился приходить медведь: сначала лазил по помойке, потом начал заходить к вагончикам, иногда даже ломился ночами. Чтобы выгнать зверя, ребятам приходилось гонять его на «танке» — так там называют вездеходы. Людям, чтобы выйти из балка-вагончика, приходилось сначала высовывать наружу голову, а потом, если всё тихо, — выходить, но быть готовыми в любой момент бежать в ближайший вагончик, если наткнутся на него. «Идешь в столовую, а он в помойке роется — бежишь в ближайший балок», — вспоминает Александр. — С начальником я договорился, что работаю месяц и потом уезжаю, даже если мой сменщик не приедет. Его эти условия устроили. Я набрал продуктов на месяц, но смена не приехала, так как случился этот коронавирус. «Геотек» больше не набирал рабочих из-за пандемии, а нам сказали: «Крепитесь, ребята, коронавирус пройдет, и мы найдем людей, они приедут». Я звонил начальнику, он каждый раз говорил: «Жди, ищем». Продукты кончились, неделю я прожил на жареной картошке. Еще через неделю начальник ушел в отпуск и перенаправил меня к другому человеку. Но тот тоже сказал ждать. 17 июня я позвонил и сказал, что если они меня через день не вывозят, то я уйду сам, потому что еды нет. Мне ничего не ответили. Тогда Александр собрал сумку и пошел — довезти на «танке» до дороги, где ходили попутки, бригадир отказался. До города было 300 километров. До отсыпанной дороги — 10 километров грязи и болот с медведями. К счастью для Александра, ему попадались только медвежьи следы. Когда он выбрался на трассу, то смог поймать машину — хотя подбирать попутчиков в служебные автомобили запрещено, водитель над ним сжалился. — Едем, нас останавливает другая машина, и люди спрашивают, видели ли мы человека с «Геотека», меня то есть. Они попросили вернуться, пообещали, что меня заберут через сутки. Мы поругались, но я вернулся. Меня вывезли через сутки, как обещали, — рассказывает собеседник. В компании Александра хотели уволить по статье — ушел в рабочее время. Начальник сказал, что его внесли в черный список и больше сюда уже не наймут. — Но так как я через суд мог доказать, что меня оставили в плохих условиях, без еды, меня уволили по собственному желанию. Но в черный список все равно внесли и кинули на деньги, с апреля по май на 50 тысяч и с мая по июнь еще на 20 тысяч, — рассказал сибиряк. Как попасть в вахтовики — Найти работу вахтой несложно. Зайдите в «Яндекс», вбейте «водитель вездехода», и вам выдаст много объявлений, и все по вахте. Особого труда не надо. Есть группы во «ВКонтакте», там тоже предлагают работу. Есть кадровые агентства, которые занимаются поиском, — рассказывает Александр из Иркутска. Проблема в другом — получить заработанное. Классическая схема — при трудоустройстве людям на словах обещают платить одну зарплату, но при расчете они получают другие деньги. Компании — подрядчики крупных нефтяных и газовых компаний имеют печальную славу мест, где зарплату задерживают — рабочие считают, что так ее прокручивают в банках. — Когда я работал в Новом Уренгое в питерской компании ООО «СМУ-36», мне обещали платить не меньше 90 тысяч, а работники потом сказали, что в среднем выходит 70–77 тысяч. Пошел увольняться, но мне пообещали зарплату платить ту, на которую договаривались изначально. Отработал три месяца, зарплату не получал, задерживали. Потом нам рассказали, что деньги, которые компания получила от «Газпрома» за прокладку труб, владельцы не сразу выплачивают сотрудникам, а кладут в банк под проценты. Проценты забирают себе, а потом уже выдают деньги рабочим. Друг, который там до сих пор работает, говорит, что не получал зарплату уже пять месяцев, — рассказывает Александр. Но уйти из такой компании — это полностью проститься с хоть и призрачными, но все-таки надеждами получить честно заработанные и для многих немалые деньги. Зарплату вахтовиков компании любят делить на две части: оклад и премиальные. — Например, 50 тысяч — это зарплата, а 40 — премиальные. И если уволишься, премиальные не выплачивают. Вот есть сварщики, которые получают 120 тысяч. За пять месяцев они должны минимум 500 тысяч получить, а если не приедут на вахту, когда их вызовут, они этих денег не увидят. Мне попадались люди, которым еще с других объектов этой компании были должны по 300 тысяч. Им говорили: «Ждите, вот-вот выплатят», и они живут этими «завтраками» много месяцев, — объясняет Александр. Потому вахтовики организовывают сообщества в соцсетях, где можно «пробить» любую компанию — не кинут ли. И делятся советами, что делать, чтобы этого не произошло. Поколение детей без отцов? Если с зарплатами, условиями работы и перспективами у вахтовиков всё может быть хорошо, то о личной жизни многих такого не скажешь — время, проводимое вдали от семьи, негативно сказывается как на отношениях со вторыми половинками, так и с детьми. — Маленькие дети отвыкают от пап, происходит депривация — нарушение связей. Если дети — подростки, мамам становится тяжелее справиться с ними в одиночку, — говорит семейный психолог Зарема Фридман. — Часто папы свое отсутствие стараются компенсировать деньгами, вкусняшками и очень дорогими подарками. Из этого вытекает еще одна огромная проблема — мама становится «плохой»: требует, ставит рамки, заставляет учиться, а с папой — праздник и всё можно. Длительные вахты сильно сказываются на эмоциональном состоянии мужчин: они могут начать пить, изменять, терять близость с женой и детьми — психологи называют это «слабыми ролевыми позициями как мужа, так и отца». У некоторых появляются психосоматические заболевания. Работа будущего Но несмотря на все неудобства, в России растет спрос на вахтовых рабочих, и списки нужных профессий всё шире — это уже не только нефтегаз и врачи, но и, например, горничные, аниматоры на юг России, рассказала журналисту 86.RU Анна Осипова, руководитель пресс-службы «HeadHunter Урал». — Вахтовый метод работы в ближайшее время вряд ли станет менее популярным у работодателей: непростая ситуация на рынке труда, дефицит квалифицированных специалистов во многих профессиональных сферах приводит к тому, что компании начинают максимально расширять горизонт поиска сотрудников. А значит, чаще приглашать на вахту, — считает она. Вахтовый метод работы экономически выгоден для компаний, считает генеральный директор «Института национальной энергетики» Сергей Правосудов. — Осваивая новые территории, компаниям выгоднее строить небольшие вахтовые поселки, нежели полноценные городки для постоянного проживания. Потому что это влечет за собой большие затраты на создание необходимой инфраструктуры. Поэтому вахтовый способ работы в будущем будет только процветать, — пояснил он свою позицию. В первом квартале 2021 года число «вахтовых» вакансий выросло на 67% по сравнению с аналогичным периодом прошлого года, сообщили корреспонденту 86.RU аналитики исследовательского центра «Зарплата.ру». Наибольшую динамику показали рабочие специальности: монтажники, бетонщики, плотники, строители, электромонтажники и комплектовщики. В среднем число вакансий по этим специальностям выросло в десять раз. За последние пять лет среднее зарплатное предложение для вахтовиков в России выросло в два раза — с 46,8 тысячи рублей до 81,4 тысячи, рассказали 86.RU в HeadHunter. — Сохранится ли такой темп, сказать сложно, но во всяком случае для снижения зарплатного предложения никаких предпосылок нет, — говорит Анна Осипова. Что делать, чтобы вас не обманули — Смотрите внимательно договор. В договоре должна быть полностью прописана сумма заработной платы, испытательный срок, если он есть, и его условия, все существенные для вас пункты тоже должны быть прописаны в договоре. Например, что медосмотры, обучение и средства индивидуальной защиты оплачивает работодатель. Тогда, если что-то пойдет не так, вам не доплатят деньги, у вас будет возможность восстановить свои права через суд, — рассказала юрист Римма Беккерман.