«Репрессии набирают обороты»: волгоградцы решили на морозе поддержать всех политзаключенных

Меньше десяти самых морозостойких волгоградцев провели пикет рядом с театром «Царицынская опера» в поддержку всех политзаключенных. Организаторы не скрывают, что самым многочисленным на акции был отряд не самих участников, а полицейских. — Сейчас проходит всероссийская акция, которую называют по-разному: Марш материнского гнева, например, — поделился подробностями волгоградский общественник Роман Зайцев. — Мы хотим поддержать не только многодетную мать Анастасию Шевченко, но и других политзаключенных. Сейчас я могу назвать много людей, которые пострадали за свою политическую активность. По словам Романа Зайева, о согласованном пикете он заранее предупреждал только людей из своего окружения. — Сегодня на площадь перед «Царицынской оперой» пришли семь-восемь человек, — уточнил организатор пикета. — Мы широко не анонсировали наш выход, потому что хорошо понимаем: человек, который не имеет к этому никакого отношения, вряд ли придет и вряд ли поддержит. Тем не менее, мы хотели привлечь внимание многих. Эта проблема может коснуться каждого: репрессии набирают обороты. И, мне кажется, это будет продолжаться. Волгоградские пенсионеры вместе с молодыми оппозиционерами почти час стойко держались на морозе с плакатами: «Нет новой 58-й», «Сегодня Шевченко — завтра ты». — На нашем пикете было очень много полицейских. Даже больше, чем нас, — добавил Роман Зайцев. В конце января мы писали о том, что волгоградца Романа Зайцева, который своим одиночным пикетом решил поддержать арестованную за участие в нежелательной организации Анастасию Шевченко, хотят привлечь к административной ответственности. — 25 января меня вызвала помощник прокурора Наталья Сухова, которая предъявила мне постановление о возбуждении административного дела за репосты в поддержку Анастасии Шевченко по статье «Осуществление деятельности на территории Российской Федерации иностранной или международной неправительственной организации». Фактически меня привлекли просто за распространение информации, не являющейся запрещённой, — считает активист. — Она не внесена в какой-то список экстремистских материалов. Она свободна к распространению. Я просто выразил мнение о нарушении прав в отношении своего товарища.