«Для кого-то законы не писаны?» Волгоградка обвинила ранее судимого участника СВО в порче автомобиля, угрозах и преследовании

Непростые отношения Людмилы Темкиной и Сергея Давыдова (имя изменено. — Прим. ред.) закончились больше года назад. После, в октябре 2024 года, автомобиль Людмилы облили некой едкой жидкостью. В мае этого года машину обезобразили вновь. Женщина уверена, что это натворил ее ранее судимый бывший сожитель, угрожавший ей расправой еще при расставании и, по словам Людмилы, до сих пор ее преследующий. Сам Сергей полностью отрицает все обвинения, заявляя, что его бывшая сожительница не та, за кого себя выдает. Тем временем полиция, несмотря на многочисленные заявления, не возбуждает уголовное дело.

«Я хотел как лучше, ты все испортила»

Как рассказала корреспонденту V1.RU Людмила, c Сергеем они начали встречаться осенью 2023 года, но примерно через год расстались.

— Поначалу он производил впечатление абсолютно нормального, спокойного человека. Не было никаких признаков того, что он склонен к насилию или еще к чему-то. Все было хорошо, а потом, через какое-то время он начал гайки закручивать, как абьюзер: словесно унижать, применял насилие, — рассказывает Людмила, — Постоянно были какие-то угрозы: я сделаю плохо тебе и твоим родителям, если ты уйдешь, если мы с тобой расстанемся. Грозил лишить всего, что имею. Один раз прямо так хорошенько избил. Я обращалась в травмпункт и 21 день была на больничном. Осенью прошлого года он неоднократно угрожал мне по телефону, в том числе моему автомобилю. Я обращалась в полицию из-за этих угроз, но там никаких действий не предприняли. Насколько мне известно, его даже не вызывали и не беседовали.

Первый раз автомобиль Людмилы повредили в ночь с 26 октября на 27 октября 2024 года. В этом, как и в следующем эпизоде, она подозревает своего бывшего сожителя.

— Он пытался дальше со мной встречаться. Весной этого года опять захотел со мной помириться. Но ничего не вышло. И он, как я думаю, вновь залил мне машину кислотой, — рассказывает Людмила. — В этот раз уже есть видеозапись с камер подъезда. Я снова обратилась в полицию, но мне сказали самой идти добывать эту видеозапись. Вроде преступление совершено, есть порча имущества, а они: «Мы перегружены, сами этим занимайтесь». После этого я обратилась к интернет-провайдеру, и мне предоставили запись. Есть и свидетель, который видел, как это все происходило.

Даже когда Людмила предоставила видеозапись в полицию, то проверки не привели к какому-либо результату. Причем, по ее словам, с безразличием она столкнулась не только в этом ведомстве.

— Его как не вызывали, так и не вызвали. Никакой экспертизы видеозаписи не проводят, меня не опрашивают — никому просто нет дела до этого, — рассказывает Людмила. — В первом случае независимая экспертиза оценила ущерб на 163 тысячи, во втором — на 250 тысяч. При этом ничего не происходит, полиция каждый раз выносит отказ в возбуждении уголовного дела. Прокуратура сначала вообще написала, что машина не утратила своих технико-эксплуатационных свойств, поэтому как бы никакого ущерба я не понесла. То есть, получается, можно приходить на стоянку, поливать машины кислотой, и потом точно такой же ответ будет? Или у нас для кого-то законы не писаны?

«Нет состава преступления»

Сергей — участник специальной военной операции, получивший там серьезные ранения.

— Мы с ним познакомились, когда он уже пришел оттуда и проходил здесь реабилитацию, — вспоминает Людмила. — У него травма двух ног тяжелая была, лечение длительное, после которого комиссия приняла решение, что он больше не годен к военной службе. Не знаю, может быть, на этой почве, а может, из-за чего-то другого он стал таким агрессивным. Но все равно это не дает кому-то право применять насилие по отношению к женщинам и портить имущество людей, несмотря на все события. Закон у нас для всех один и тот же.

Проблема не только в порче автомобиля: как утверждает Людмила, Сергей продолжает ее преследовать и угрожать.

— Длительное время он ездил за мной на своем автомобиле. Сергей перекрывал мне дорогу, открывал окна, показывал угрожающие жесты, подрезал меня. По этому поводу я тоже обращалась в полицию, но реакции никакой не было, — рассказывает Людмила. — Он ездит на полностью затонированном автомобиле, хотя по нормам ГИБДД машины не должны быть так затонированы — там вообще не видно, кто за рулем сидит. Такое впечатление, что ему какое-то послабление дают из-за того, что он участник СВО. Я не преуменьшаю его достоинств и тот факт, что он защищал нашу Родину в такой тяжелый период. Но тем не менее, остается чувство, что полиция своими действиями словно потворствует тому, чтобы человек вел себя абсолютно безнаказанно. То состава преступления нет, то события… То есть порча автомобиля — это нет события преступления?

На полной тонировке автомобиля, по словам Людмилы, список нарушенных Сергеем статей не заканчивается.

— У Сергея, как выяснилось уже потом, было 2 судимости: разбой и умышленное причинение вреда здоровью средней тяжести — он избил женщину в другом городе. Там послужной список нарушений закона богатый. Самое плохое — что он сейчас как участник СВО занимается спортивной пулевой стрельбой и стрельбой из спортивного лука, имеет спортивное оружие, что очень странно при наличии судимостей по таким тяжким статьям, как у него.

«Беззаконие, по-другому никак»

Адвокат Людмилы Евгений Дереза поражен бездействием правоохранительных органов не меньше своей клиентки.

— Человек может любое заявление написать в полицию, хоть даже сущий бред, а государственные и правоохранительные органы все равно должны провести проверку, то есть как минимум опросить гражданина: может, в рамках опроса выяснится что-то такое, что позволит возбудить уголовное дело? — говорит адвокат. — А они ни Людмилу, ни гражданина этого не вызывают — как это возможно?

— Повреждения в первый раз были на 160 тысяч рублей, второй — на 250 тысяч рублей. Это умышленное повреждение имущества со значительным ущербом, — подчеркивает Евгений Дереза. — Когда полиция составляет отказ в возбуждении уголовного дела, она мотивирует тем, что ущерб не является значительным: машина не утратила свои свойства. Они не опрашивают его, не дают оценку видеозаписи, игнорируют свидетеля, про которого говорила Людмила. Как это называется? Беззаконие, по-другому никак.

Возмущает адвоката не только отказ в возбуждение уголовного дела по факту порчи имущества, но и бездействие полиции относительно угроз по отношению к Людмиле.

— Прокуратура в итоге отменяет постановления в отказе [от полиции], вынуждает провести проверку в полном объеме, а они все равно этого не делают — просто выносят повторный отказ на полстраницы и все, — рассказывает Евгений Дереза. — По угрожающим жестам они тоже не опрашивают, не дают оценку: пишут, что угроза не являлась реальной. То есть ко мне может кто-то подойти на улице, сказать: «Я тебя убью», я напишу заявление об угрозе жизни и здоровью, а мне скажут, что я нереально воспринял угрозу. Как это определяется? Складывается впечатление, что к нему есть особое отношение как к привилегированному гражданину, на которого не распространяется уголовный кодекс, что он может ездить с полной тонировкой и делать все что угодно, как в игре, а ему ничего за это не будет.

Такого преступления, как «сталкинг», по словам Евгения Дерезы, не содержится в Уголовном кодексе Российской Федерации, в отличии от, например, США, где за это предусмотрено специальное наказание — запрет на приближение.

— Банальный пример: я живу в квартире многоэтажного дома и каждый день к моей двери будет приходить некий товарищ и смотреть в глазок часами, — объясняет Евгений Дереза. — Это маниакальное поведение будет сводить с ума. Посторонний человек стоит напротив моей двери, и непонятно, что он хочет сделать: то ли дверь разбить, то ли убить меня, то ли еще что-то. Но если я обращусь с заявлением в полицию, мне скажут, что преступления нет: мужчина стоит на общедомовой площади, он вам ничего не говорит, не показывает, дверь не трогает. Есть определенная проблема, что законом такие действия, как преследования, не регулируются, в связи с чем граждане, которых преследуют, страдают.

«По походке можно посмотреть»

Корреспондент V1.RU связался с Сергеем и показал ему то самое видео, которое Людмила использует как доказательство. Мужчина сразу опроверг свою причастность: из-за травмы его походка якобы не может быть такой бодрой, как у человека на видео.

— Смысл мне это делать? Каким образом я могу это сделать? Без палочки у меня еще ход замедленный. Можно же по-другому как-нибудь отомстить, но смысл? Я не вижу смысла, — говорит Сергей. — Если она сумасшедшая, то ее не изменить уже. То она с одним, то с другим. Пусть она определится, с кем она будет. После того я лично все это видел, я не хочу с ней возобновления отношений. Даже и думать об этом не хочу. Если она обвиняет, где материалы, где доказательства? Вот какое это доказательство, что какой-то человек там проходит, похожий вроде как? По походке можно посмотреть: человек уверенно идет. Я сейчас с костылем стараюсь не ходить, но медленно иду, а с костылем побыстрее ход получается.

«Слышит звон, не знает, где он»

Сергей подтвердил, что видел состояние машины Людмилы, поскольку случайным образом пересекался с ней в городе. Однако что именно случилось с автомобилем, он не знает и отрицает не только свою причастность к его порче, но и обвинения в преследовании.

— Я ее встречал несколько раз, не отрицаю этого. У меня на Спартановке живет знакомый, я в его студию ездил делать чистку лица, — уверяет он, — Просто пересекались иногда по дороге: она едет с работы, и я еду на Спартановку. Дорога-то одна. Несколько раз я ее встречал, ехал рядом, видел ее машину.

Слова Людмилы об угрожающих жестах Сергей подвергает сомнению на уровне возможности.

— Как можно что-то показывать, если я еду за рулем? У меня машина полностью затонирована. Я рулю одной рукой, другая плохо дееспособна. Это мне надо открыть окно, отпустить руль, удержать машину и еще что-то показать в это время. Если бы еще второй рукой я мог как-то там открыть, что-то показать… Но я же рулю одной.

Наличие судимостей в прошло Сергей подтвердил, однако не уточнял ни статьи, ни срок, ни степени тяжести совершенного преступления. При этом слова Людмилы о том, что с судимостями нельзя иметь спортивное оружие, позабавили его.

— Она слышит звон, но не знает, где он. Судимости у меня погашены уже. Когда судимости действующие, тогда нельзя, а с погашенными все можно. Меня же пробивают, когда я документы на соревнования подаю, в областном спорткомитете пробивают все. Я же не только стрельбой из лука занимаюсь, а многими видами спорта.

«Просто карма к ней пришла наконец»

У Сергея свое видение ситуации. По его мнению, Людмила выдвигает обвинения, чтобы на нем нажиться.

— Она меня выбрала, потому что узнала, что я участник СВО. Зацепилась за меня, и ее даже не смутило, что я тогда на двух костылях был. Начала все просчитывать, в оборот меня взяла, начала разводить на бабки. Она же читает про СВО всякие программы, заманивает к себе, а не получается — до свидания. Она расчетливая, умная в этом деле. Не смотрите на нее, что она улыбается, скромная девочка такая. Просто карма к ней пришла наконец. Я рад этому, что ей машину сжигают или что ей там делают.

— Мы просто с ней поссорились, и она решила с меня денег поиметь таким образом. Она даже замуж хотела выйти за меня, чтобы пользоваться моими льготами. Потом что-то она пробила, там что-то не получилось, и она сделала специальную ссору, чтобы брак не произошел. А потом мы обратно помирились. Она женщина в этом плане умная, все с расчетом делает. Там ситуация такая, что она просто не хочет мне денег отдавать. Не буду рассказывать и на всеобщее обозрение выносить, за что, это семейное, но поэтому она всякие истории придумывает, чтобы с меня поиметь.

При этом Сергей подтвердил, что никакие ведомственные органы не допрашивали его.

— Нет, я не против, — ответил мужчина на вопрос корреспондента V1.RU о взаимодействии с полицией и прокуратурой. — Я за, в любое время могу приехать, пообщаться. Мне раз звонили, представлялись прокуратурой, вызывали. Встреча так у нас и не состоялась по какой-то причине. Второй раз полицией Тракторозаводского района представлялись, тоже вызывали, назначили время, я приехал, никого не было. Значит, им так надо? Я сам лично приезжаю к ним на встречу, они как-то что-то мутят, я жду, звоню, они трубку не берут с тех номеров, с которых мне звонили. Может, и не полиция это, может просто подставу специальную делают. Я приезжаю, а никого нет на этом месте.

Редакция V1.RU направила письменный запрос в ГУ МВД России по Волгоградской области с просьбой прокомментировать проведение проверки по факту обращений Людмилы и пояснить причину отказа в возбуждении уголовного дела. Также редакция V1.RU направила письменный запрос в прокуратуру Волгоградской области с просьбой ответить на вопрос, были ли проведены надзорные мероприятия в отношении сотрудников полиции, которые из раза в раз отказывали Людмиле в возбуждении уголовного дела. На момент публикации ответы на оба запросы не были получены.