От медресе до «Мерседеса»: как верховный муфтий России шел к сану и что приобрел на этом пути

В октябре 2023 года 75 лет исполнилось верховному муфтию России Талгату Таджуддину. Он возглавляет Духовное управление мусульман страны с 1980 года и считается последним крупным религиозным лидером, сохранившим свой пост с советских времен. Сейчас, впрочем, влияние муфтия на умму не такое всеобъемлющее, как во времена СССР: после мусульманского раскола девяностых некоторые общины уже не подчиняются ему. Во многом, считают эксперты, этому разделению способствовали специфические взгляды и поведение самого Таджуддина. В этом материале UFA1.RU рассказывает о происхождении и духовном пути верховного муфтия, а также немного приоткрывает завесу тайны его образа жизни и имущества. От слесаря до имама По данным «Большой российской энциклопедии» и официальной биографии, Талгат Тазеев (так будущего муфтия звали при рождении) появился на свет 12 октября 1948-го в Казани в татарской семье водителя грузовика и заводской работницы. Родители были религиозными людьми: отец Минсафа и мать Рашида происходили из семей мусульманских священнослужителей. Дедушка Талгата был раскулачен и стал спецпереселенцем в годы гонений на ислам. «Звали предка Таджуддин — именно от него будущему муфтию досталась фамилия», — писал краевед Сергей Синенко в своей книге «Мусульманское духовное собрание». «Семью выручило то, что дед оказался хорошим кузнецом, этим он зарабатывал на жизнь», — рассказывал автор (цитата по фрагменту книги, опубликованному им на портале «Посреди России»). Бабушка по материнской линии Магира происходила от суфийских шейхов, и именно она привила Талгату интерес к религии и желание учиться. В Казани он посещал школу № 27, с 13 лет частным образом его обучали также служители местной мечети «Аль-Марджани». В документальном фильме «Талгат Таджуддин» верховный муфтий вспоминал, что родители воспитывали его с лаской и любовью. — Когда нужно, наказывали, — признавался он. — От отца я ничего такого не видел, никаких наказаний, он меня не ущипнул даже, не щелкнул, [а вот] от матери перепадало, иногда и ремнем. Семья жила в частном доме. Талгат был активным ребенком, как рассказывала его мать, любил военные игры и «был заводилой». Вместе с сестрой Раузой он помогал родителям в быту. — Нас двое только было: я и сестренка, — вспоминал Талгат хазрат. — Все указания и приказания уже на листочке были: мама и отец на работе, у каждого из нас расписано, кому где убрать, кому суп доварить, кому воду принести, кому баню растопить. Посещая мечеть, будущий верховный муфтий нашел учебник арабского языка Владимира Сегаля, по которому и стал изучать письменность. По окончании восьми классов школы в 1963 году Тазеев поступил в профтехучилище. После него устроился на Казанский завод синтетического каучука, где работал слесарем по ремонту химико-технологического оборудования. — У меня был диплом с отличием, я мог без конкурса поступить в любое высшее учебное заведение, — рассказывал он. — Многие отговаривали, чтобы в медресе не поехал. В Советском Союзе было одно-единственное духовное училище (речь о медресе «Мир Араб» в Бухаре. — Прим. ред.), [в нем] 50 студентов, а мусульман было 70 миллионов. Однако все эти годы молодой человек продолжал интересоваться исламом, что и определило его решение. В 1966 году он поступил в медресе и с отличием окончил его семилетний курс, указано в официальной биографии. Впрочем, всё могло бы сложиться иначе, если бы не упорство будущего верховного муфтия, рассказывает «Большая российская энциклопедия». Уполномоченный по делам религиозных культов по ТАССР запретил посылать ученикам из республики материальную помощь от мечети, урезая их и без того скудное жалованье. Более того, по окончании первого курса обучения вышел приказ об отчислении Талгата из медресе «по неизвестной причине». Решение в итоге удалось обжаловать «во множестве официальных инстанций», но все эти происшествия делали учебу Талгата самым настоящим моральным и материальным испытанием. Вернувшись из медресе в 1973 году, Тазеев получил должность имам-хатыба той самой казанской мечети «Аль-Марджани», в которую он сам ходил в детстве. Будущий верховный муфтий по окончании бухарского духовного училища начал учебу в Университете аль-Азхар в Каире, которое завершил в 1978 году. После этого он получил должность уже первого имам-хатыба в мечети татарской столицы. — Это была единственная мечеть на всю Казань, на миллионный город, — рассказывал он. — Мы там втроем служили, как дежурные: мой духовный наставник [Ахмадзаки Сафиуллин] одну неделю проповедь проводит, Габдельхабир хазрат (имеется в виду Габдельхабир Яруллин или Хабир хазрат, известный как спаситель мечети «Аль-Марджани». — Прим. ред.) — вторую неделю, я — третью неделю. При этом, по словам самого религиозного деятеля, по завершении учебы в Египте, куда его направил тогдашний муфтий Шакир Хиялетдинов, ему несколько раз поступали предложения возглавить Духовное управление мусульман европейской части СССР и Сибири (ДУМЕС) — официальную организацию мусульман в Советском Союзе. Дело в том, что Шакир хазрат в 1974 году скончался, а временно исполнять его обязанности стал Ахмедзян (Ахметзян) Мустафин, находившийся уже в преклонном возрасте. Как писали в книге «Ахметзян Мустафин: из истории ислама в СССР» историки Марат Сафаров и Ислам Зарипов, выбор пал на него, так как советские власти в семидесятые «еще ориентировались на пожилых и успешно участвовавших в международной деятельности религиозных деятелей». В мае 1975 года под традиционным полным контролем Совета по делам религий в Уфе прошел съезд ДУМЕС, целью которого для властей было «избрать нового муфтия и удалить из духовного управления нелояльные элементы, заменив их более пригодными работниками» (цитата архивного документа по статье кандидата социологических наук Мансура Кильдеева). На место Мустафина пришел ленинградский имам Габдельбарый Исаев — также уже немолодой религиозный деятель. Мустафин вернулся в Москву, где продолжил работу имам-хатыба Московской соборной мечети. «У Исаева за плечами было лишь образование в сельском медресе деревни Тюлюганово близ башкирского Бирска, что нетипично для человека на столь высоком посту», — указывал в своей статье доктор исторических наук Айдар Хабутдинов. Однако у него был колоссальный опыт работы как в условиях государственного атеизма, так и в условиях города, имевшего статус «колыбели трех революций», также он был хафизом, то есть знал Коран наизусть. Однако в 1980 году Исаев заявил о своем уходе с поста председателя ДУМЕС, став первым муфтием, добровольно и при жизни покинувшим свой пост. Власти, как писали Сафаров и Зарипов, на фоне Исламской революции и начавшейся войны в Афганистане несколько изменили свой подход к назначению нового муфтия — они были заинтересованы в «эффективном руководителе религиозной структуры, способном на активное взаимодействие с ними», и это открыло дороги молодым. Выбор пал на Талгата Тазеева. — После возвращения из Египта полтора года я не соглашался [возглавить ДУМЕС]. Я был доволен тем, что меня назначили имам-хатыбом в мечети, — объяснял свою позицию он в одном из постов в соцсети. — Уже собираясь окончательно отказаться, я в самый последний момент посоветовался с моим учителем Ахмадзаки хазратом. Выслушав меня, он сказал, что это не кто-то из созданий предлагает такую ответственную работу, а сам Господь. Сафиуллин, по словам религиозного деятеля, дал ему понять, что если он откажется от избрания на такой высокий пост, то «станет просто дезертиром». В итоге Тазеев решил принять предложение возглавить ДУМЕС. По его словам, община мечети «Аль-Марджани» согласилась с его избранием на пост муфтия, лишь когда он пообещал, что каждый месяц будет приезжать и проводить пятничную молитву. Именно в 80-е Талгат Сафич стал носить фамилию Таджуддин, что в переводе с арабского означает «корона религии» (в разных источниках, таких как базы ЕГРЮЛ и онлайн-энциклопедиях, она записывается также как Таджуддинов и Тадзетдинов). Религиозный раскол «Большая российская энциклопедия» указывает, что в восьмидесятые годы ДУМЕС представлял собой организацию, объединявшую всего 94 прихода, а «каждый ее шаг контролировался Советом по делам религий при Совете министров СССР». Во второй половине десятилетия, с началом так называемого религиозного возрождения, дышаться свободнее стало и мусульманам. К заслугам Талгата Таджуддина относят то, что он увеличил число мечетей до 500, добился для ДУМЕС возможности издать в Казани 50 тысяч экземпляров Корана и 10 тысяч экземпляров сборника хадисов, при нем в октябре 1989 года в Уфе открылось медресе имени Ризаэтдина ибн Фахретдина (ныне — Российский исламский университет ЦДУМ России). Муфтий был инициатором строительства известной уфимской мечети «Ляля-Тюльпан», где ранее упомянутое учебное учреждение базировалось с 1990 по 2005 год. Также Таджуддин способствовал отправке из Башкирии и Татарстана шакирдов для обучения в Бухаре. Одним из ключевых направлений работы ДУМЕС в те годы стала интеграция в международные процессы — организация и ее руководитель участвовали в многочисленных форумах и конференциях по всему миру. К 1988 году в составе управления находились 142 общины, двумя годами позднее Таджуддину было присвоено высшее духовное мусульманское звание — шейх-уль-ислам. По его инициативе был учрежден праздник «Собрание в святом Болгаре», на который в татарский город Болгар ежегодно стекаются паломники. — Казалось, положению Таджуддина как безальтернативного лидера российской мусульманской общины ничто не угрожает. Однако уже в 1992 году началось брожение в рядах ДУМЕС, — рассказывал в своей статье историк Андрей Сызранов. — Некоторые имамы стали открыто говорить о необходимости создания независимых от ДУМЕС управлений. Распад СССР ослабил позиции ДУМЕС, разделив мусульманские общины России, Украины, Белоруссии, Молдавии и Прибалтики. Летом 1992 года все возможности сохранить стабильность в ДУМЕС оказались исчерпаны. Федеральная власть не обращала на эти процессы внимания, а региональные власти склонялись к созданию собственных автономных мусульманских структур. В 1992 году ДУМЕС был преобразован в Центральное духовное управление мусульман России и европейских стран Содружества Независимых Государств (ЦДУМ, официально это название стало использоваться с 1994 года). Как указывает «Большая российская энциклопедия», примерно тогда же Таджуддин дал согласие на создание независимых исламских религиозных центров, но это не предотвратило появления региональных духовных управлений, что в дальнейшем способствовало усилению раскола. Претензии некоторых имамов к Верховному муфтию возникали по ряду причин: например, отделившееся от ЦДУМ башкирское Духовное управление мусульман, указывает энциклопедия, в середине 90-х вменяло в вину Таджуддину «неподобающее поведение, сервилизм перед российскими властями, экуменизм, искажение истин ислама». Политический обозреватель Михаил Тульский в научной статье «Раскол в руководстве российских мусульман» цитирует заявление представителей Высшего координационного центра ДУМ России, в котором они заявили, что сан «Верховный муфтий России» Талгата Таджуддина «является самозванным и незаконно присвоенным». Он также упоминает о выигрышной для тогдашнего президента Татарстана Минтимера Шаймиева ситуации с образованием независимого ДУМ РТ, которое позволило «перенести столицу российского ислама из Уфы в Казань». При этом Шаймиев, как подмечал Тульский, поддерживал дружбу с председателем ЦДУМ. В книге «Новейшая история ислама в России» исламовед, член экспертного совета ВАК при Минобразования РФ по теологии Роман Силантьев отмечал, что в период раскола в сторону Таджуддина посыпались обвинения в сотрудничестве со спецслужбами, ОПГ, националистами, некоторые заявляли о якобы имеющихся у него психических проблемах, кто-то считал его лжепророком, отступником и так далее (он в ответ нередко называл своих оппонентом ваххабитами). Он перечислил и другие, на его взгляд, существенные факторы случившегося: непростые личные отношения между лидерами разных управлений (многие из них, как он отмечал, при этом были дальними родственниками), этнические конфликты (в частности, недовольство башкирских имамов «татарским засильем» в ДУМЕС), финансовые проблемы, религиозные и политические разногласия между лидерами управлений. Отметим, что книга Силантьева в свое время вызвала противоречивые оценки в мусульманском обществе, а сам он сейчас больше известен по своей скандальной экспертизе спектакля «Финист Ясный Сокол», однако схожее описание именно причин мусульманского раскола девяностых встречается и в ряде других источников. Также приводятся и примеры неоднозначного поведения Таджуддина, которое не понравилось некоторым другим религиозным деятелям. Не в ладах с уммой Самый известный из таких инцидентов произошел в 1992 году в Набережных Челнах, где по инициативе главы ДУМЕС в новой мечети «Тауба» был установлен витраж с изображением полумесяца, креста и звезды Давида. В видеохронике тех лет, опубликованной верховным муфтием в соцсетях годы спустя, рассказывается о том, что это был «храм, предназначенный для человека» вне зависимости от его религии. Впрочем, как сообщал «Коммерсант», этот замысел оценили не все, а торжества по случаю открытия мечети закончились дракой между сторонниками и противниками Таджуддина. Два года спустя, в 1994 году, писало издание «Реальное время», верховный муфтий сначала опоздал на открытие мечети в селе Медина Нижегородской области (пресса тогда якобы писала, что он мылся в бане), а выйдя к верующим заявил, что «в молельню можно заходить без ритуального омовения, поскольку Аллах омыл всех собравшихся». — Во время церемонии он разбил бутылку шампанского о мечеть, чем вдвойне шокировал присутствовавших, — описывало тот случай издание. — Вероятно, он решил повторить традицию моряков, которые при спуске корабля на воду разбивают о его борт сосуд с алкоголем. «Реальное время» также рассказывало о случае, имевшем место в 1999 году, когда Талгат Таджуддин поцеловал руку патриарха Московского и всея Руси Алексия Второго. Фотографий и видео этого случая корреспонденту UFA1.RU найти не удалось, однако в 2009 году произошла почти аналогичная ситуация, о которой также писало издание, и она уже куда лучше задокументирована. Тогда муфтий поцеловал руку патриарху Кириллу, вручавшему ему орден святого благоверного князя Даниила Московского II степени «за труды по укреплению межрелигиозного диалога и в связи с 60-летием со дня рождения». Об этом упоминается на сайте патриарха, в Сети доступно и видео с церемонии, вызвавшее противоречивую реакцию. Часть мусульманской общественности увидела в тогдашнем жесте Таджуддина признание духовного старшинства над собой и экуменизм. В книге «Религиозно-общественная жизнь в российских регионах» религиовед и социолог религии Сергей Филатов делал похожий вывод о взглядах Таджуддина, указывая на некоторые его высказывания. — Таджуддин занимает экуменическую позицию — он ратует за взаимное сближение «авраамических религий» и постоянно стремится к укреплению контактов с РПЦ, — заключил он. — Экуменические ориентации Таджуддина и стремление сделать ислам «современным» объективно отражают мировоззрение многих российских мусульман, получивших европейское образование и принявших многие западные ценности. Иллюстрируя свои оценки, он привел в пример заявление верховного муфтия о том, что шариат должен быть лишь внутренним законом мусульманина, а не нормой права, а также напомнил его выступление на Всемирном русском соборе в декабре 1999 года, когда тот сказал, что «Святая Русь — и для российских мусульман значимое понятие». Особый взгляд Подобная риторика вообще довольно типична для Таджуддина. Например, в 2003 году он всерьез предлагал переименовать ЦДУМ в Исламское центральное духовное управление мусульман святой Руси, о чем тогда писал «Коммерсант». «Причудливые взгляды муфтия связывали с евразийством, идей которого «он давно придерживается»», — указывала газета. В таком контексте уже не так удивительно звучит фраза, которую Таджуддин, согласно архивной публикации «Интерфакса» и ее многочисленным перепечаткам, произнес на открытии XIX Всемирного русского народного собора в Москве в ноябре 2015 года. — Каждый человек, к какой бы религии и вере он ни относился, даже если верить не верит, он наместник Бога на Земле, должен выполнить свое предназначение, — сказал тогда он. — Когда мы вместе, это и есть халифат. У нас этот «халифат» называется Святая Русь. Отметим, что в официальной стенограмме той приветственной речи на сайте ЦДУМ России такой фразы нет (хотя про Святую Русь и всеобщее единение сказано немало), однако уже в 2022 году информагентство ТАСС привело сходную по содержанию цитату религиозного деятеля, произнесенную на международной конференции «Православие и ислам — межконфессиональный диалог в достижении глобального мира». — Халифат — это когда все люди уважают друг друга и живут в мире. Россия есть сегодня халифат Божий, — сказал тогда Таджуддин. В прессе освещались и другие моменты, происходившие с верховным муфтием: то он объявлял джихад Америке из-за бомбардировки Багдада, то рисовал фигу на протоколе о его снятии, присланном частью муфтиев из Москвы, то из чайной чашки окроплял водой редакцию телеканала «Вся Уфа». Комментируя эти случаи корреспонденту «Реального времени» в ходе своей лекции в Казани, Таджуддин рассказал, как понять, когда он шутит, а когда говорит всерьез. — Если делаю какую-то шутку, в это время я не в чалме, — пояснил верховный муфтий. Одним словом, как в 90-е, когда возник раскол среди российских мусульман, так и в последующие годы, у Талгата Таджуддина был достаточно эпатажный образ, а его поступки не всегда находили понимание среди верующих. Тем не менее ему удалось удержаться на посту председателя ЦДУМ на протяжении всех этих лет. Многодетный отец на «Мерседесах» Любой духовный лидер выступает примером для своих последователей, потому не лишним будет поговорить и об образе жизни Таджуддина. Официальная резиденция верховного муфтия находится в здании ЦДУМ на правительственной улице Тукаева в Уфе, а живет он в пригородном поселке Зубово — там есть дома у депутата Курултая Артура Шайнурова, певца Айдара Галимова и других известных людей. Про коттедж Таджуддина там упоминала еще в 2004 году «Комсомольская правда», а в 2023 году на участке в Зубово он голосовал на выборах депутатов Курултая Башкирии. Как рассказывал журнал «Бельские просторы», в резиденции муфтия на Тукаева в 2008 году жили канарейки, которых принес знакомый Таджуддина, устав от их щебета. По словам духовного лидера мусульман, ухаживать за ними помогала его мать. В зубовском же доме, как он говорил, держали аквариум с рыбками, кроликов, собаку. — Душа есть только у человека, высшего творения Божьего. Но это не значит, что мы можем бездушно относиться к братьям меньшим, — делился своими мыслями по этому поводу Таджуддин. — А наказание ждет тех, кто издевается над беззащитными животными, плохо их кормит и в то же время не отпускает на волю, где бы они сами могли найти себе пропитание. В соцсетях зубовцы неоднократно упоминали об известном соседе, а одна из жительниц поселка указала корреспонденту UFA1.RU на конкретный дом, где, со слов местных, и проживает Таджуддин. Он расположен прямо напротив недавно появившейся мечети «Дом Аллаха», в строительстве и открытии которой верховный муфтий принимал активное участие. Примечательно, что адрес находящегося напротив нее дома фигурирует как домашний для младшего сына Таджуддина в одном из интернет-справочников. С помощью базы Российского союза автостраховщиков (РСА) мы обнаружили у Талгата Таджуддина минивэн Mercedes-Benz с тремя семерками в госномере, кроссовер Mercedes-Benz с блатным номером Е001ЕЕ и еще один автомобиль с московским номером, содержащим цифры 008 — по РСА, это Chevrolet, но видели эти регистрационные знаки на Mini Cooper. Поговорим о семье верховного муфтия. В одном из постов в соцсети он рассказывал о том, что заключил никах с женой Саниёй Абдрауфовной в 1968 году, таким образом, они находятся в браке уже 55 лет. У них пять детей (три сына и две дочери), 15 внуков и внучек, четверо правнуков и правнучек. В биографической книге «33 года служения Истине и Отечеству» о детях Таджуддина рассказано подробнее, благодаря чему можно немного узнать о том, как сложились их судьбы. Так, самая старшая дочь Наиля родилась в 1969 году, в 2013 году она была удостоена медали «Материнская слава» как мать пятерых сыновей и дочери. Издание «Бизнес Online» в 2016 году сообщало, что она замужем за Русланом Плиевым, на это же в 2009 году указывала «Комсомольская правда». Мужчина — выходец из Ингушетии, владевший автосервисом в Уфе, сейчас, судя по соцсетям, он активно занимается общественной деятельностью, представляя международную миротворческую общественную организацию «Институт Мира». Руслан Плиев привлекал внимание прессы в связи с несколькими инцидентами: в частности, на фоне публикации аудиозаписи 2015 года, где якобы обсуждается механизм дачи взятки тогдашнему мэру Уфы Иреку Ялалову (об этом сообщала «Правда ПФО»), перестрелки на улице Софьи Перовской в 2009 году (сам он отрицал свое участие в ней) и угона его Porsche Cayenne в 2016 году (в ЦДУМ тогда сообщили, что знают об инциденте, но не в курсе деталей). Про Зульфию — вторую дочь Таджуддина, родившуюся в 1970 году, практически ничего не известно. В книге — биографии верховного муфтия упоминается, что у нее трое детей. Многие онлайн-энциклопедии и сайты, в том числе агрегатор биографий знаменитостей Rus.Team, сообщают о том, что ее супруг Наиль «работает в банковской системе», однако корреспонденту UFA1.RU не удалось установить первоисточник этой информации. Старший сын Таджуддина Зуфар родился в 1972 году, согласно книге «33 года служения Истине и Отечеству», он окончил уфимское медресе, учился в Турции, а потом стал директором типографии ЦДУМ России. Это подтверждается информацией из «Контур.Фокуса», где указано, что он руководил компанией «Издательство ЦДУМ» до ее ликвидации в 2016 году, а также наравне с ЦДУМ был учредителем рекламной фирмы «Медина» (ликвидирована в 2013 году). С помощью базы РСА мы обнаружили у Зуфара Volkswagen Tiguan. Средний сын Таджуддина Мухаммад (Мухамед) родился в 1976 году, получил богословское образование в Кувейте, после чего возглавил управление ЦДУМ России по Башкирии (не путать с ДУМ РБ). Согласно официальной биографии, духовную службу он начал в 1998 году с должности имам-хатыба соборной мечети «Ляля-Тюльпан» в Уфе. Он женат, имеет трех сыновей. По данным «Контур.Фокуса», Мухаммад в разное время был соучредителем нескольких организаций вместе с ЦДУМ, в том числе лизинговой ЗАО «Наследие», фонда «Возрождение Булгар», туристической фирмы «Булгар-Тур» (последняя активна и по сей день, сын Таджуддина остается ее совладельцем). Помимо этого, у него был бизнес в химической (компания «Интер Союз») и печатной сфере (компания «Элемент»). В отличие от старшего брата у Мухаммада есть и автомобиль премиум-класса — это Lexus GX. Младший сын Верховного муфтия Гумар Таджуддинов родился в 1979 году — как сказано в биографической книге про Талгата Таджуддина, учился в Турции, а впоследствии стал «помогать отцу». В чем именно заключалась эта помощь, не упоминается, но можно предположить, что он оказывал ее через ООО «Аман», где был директором вплоть до ликвидации компании в 2011 году. Фирма, учрежденная ЦДУМ, занималась техобслуживанием и ремонтом автомобилей, эксплуатацией гаражей и стоянок, а также торговлей. Достижения и признание Несмотря на все трудности и конфликтные ситуации, среди российских мусульман Талгат Таджуддин остается известной и уважаемой фигурой, наравне с лидером Духовного собрания мусульман России Альбиром Кргановым, председателем Совета муфтиев России Равилем Гайнутдином и другими. — Сегодня мы живем в то время, когда общество получило возможность в полной мере исповедовать свою религию. Эта благодать стоила дорогого для всех верующих людей, — делился своим мнением он. — Не так далеко ушли те времена, когда религия находилась вне закона. Хотя государство в последние десятилетия сделало немало позитивного в отношении свободы совести и деятельности религиозных организаций, необходимы дальнейшие консолидированные усилия по духовно-нравственному возрождению общества. Верховный муфтий за годы своей работы был награжден орденами «За заслуги перед Отечеством» III и IV степеней, орденом Дружбы, орденом Почета, орденом Салавата Юлаева и другими наградами, благодарственными письмами и почетными грамотами. «Сегодня ЦДУМ России, возглавляемое Талгатом Таджуддином, объединяет 22 региональных духовных управления и более двух тысяч мусульманских общин», — рассказывал в октябре 2023 года глава Башкирии Радий Хабиров. Судя по публичным комментариям и публикациям муфтия последних лет, он не оставляет надежды, что сможет устранить раскол и вновь объединить под своим крылом многочисленные мусульманские организации страны. Пока этого, впрочем, не происходит. Читайте также статью о том, как в Уфе возводили мечеть «Ар-Рахим», которая стала разваливаться еще до открытия — и почему она до сих пор не достроена.