«Я узнаю его по черепу»: в Волгограде работает лучший в России специалист по древним скелетам

Мария Балабанова — хрупкая женщина, которая всю свою жизнь работает с человеческими костями. Впервые прикоснувшись к древним останкам со страхом и осторожностью, сейчас ученый из Волгоградского государственного университета с легкостью вспомнит лицо двухметрового кубанского «богатыря» и просверленную голову жрицы из Волгоградской области. Корреспонденты V1.ru встретились с известным на всю Россию антропологом и узнали о ее кошмарных снах и отношениях с самой главной костью человека. — Я и черепа? Никогда в жизни не думала, что буду заниматься этим. В детстве мечтала стать географом, а потом океанологом. Кажется, году в 80-м моя подруга спросила: «Куда бы нам поехать летом?». Я, начитавшись журнала «Наука и жизнь», сразу сказала: «Хорошо бы нам в экспедицию. Романтика». Не долго думая, она узнала, куда можно выбраться. Из троих молодых студенток биофака с археологами на всю жизнь осталась только я. — Как сейчас помню свои первые раскопки в Быковском районе Волгоградской области. Стою наверху небольшого кургана и смотрю, как девушка зачищает скелет сарматов. А у меня в голове только одна мысль: «Ни за что в жизни я не зайду в могилу и никогда не притронусь к этим костям». Кажется, зашла в тот же день. Все студенческие годы промотавшись по экспедициям, я постепенно начала собирать свою коллекцию раскопанных костей и черепов. Раньше-то все материалы уходили в Москву или Ленинград — у нас их попросту было некому изучать. Когда я поступила в аспирантуру и на время переехала в город на Неве, нашла все наши коллекции. Оказалось, что они лежали на полке, и с ними никто не работал. — Прежде чем начать изучение, я порой собираю череп по кусочкам — такая вот своеобразная мозаика. Он несет такую же информацию, что и лицо человека. Дилетанты отмахиваются: «Череп и череп. Что по нему вообще можно узнать?». На самом деле, я вижу очень многое. Если бы я была художником, я бы даже нарисовала эти лица. Но таких талантов у меня, к сожалению, нет. В нашем музее есть пластическая реконструкция лица по черепу мужчины позднесарматского периода. Мы ее заказывали в лаборатории имени Михаила Герасимова в Москве. Представляете, я его узнала — во время работы с черепом я мысленно видела точно такое же лицо. За всю жизнь я посмотрела и изучила больше 10 тысяч черепов — не только сарматские, но и современные. Я изучала останки людей негроидной, монголоидной расы. Всех. И знаете, я до сих пор помню многие из этих лиц. — В моей коллекции немало черепов вытянутой формы. Главный вопрос: как и зачем? Деформированный череп носил знаковый характер — сарматы и катакомбники, которые жили на нашей территории. На мой взгляд, они были профессиональными воинами. Об этом говорят и боевые травмы на их костях, и другие признаки, которые характеризуют их как отличных всадников. Искусственное вытягивание черепа известно не только в наших местах — этот обычай прижился почти во всех частях света. В некоторых странах форма головы становилась своеобразной визитной карточкой — по ней можно было отличить раба от его хозяина. Менять форму головы на более «статусную» детям начинали едва ли не с самого рождения. Голову младенца могли по кругу обтянуть тугой лентой или приложить к ней две дощечки и тоже замотать повязкой. Знаете, туркмены до сих пор практикуют этот обычай. Местные жители шутят, что вытягивают голову для того, чтобы на ней лучше держалась тюбетейка. — Приходилось работать по 14 часов в сутки. Перед глазами были только черепа, черепа и еще раз черепа. Тогда они мне приснились в первый и в последний раз. Вижу во сне эту огромную гору останков и не боюсь, а лишь думаю: «Сколько же работы». Какие черепа мне запомнились больше всего? Однажды я занималась в Кунсткамере, которая тогда еще квартировалась в Андреевском соборе. В центральной части стояли шкафы, а на них лежало много черепов и костей. Устав работать за компьютером, я встала и решила пройтись по залу. Конечно, же взяла череп. Массивный такой. И тут ко мне подходит заведующий отделом Илья Иосифович Гохман. — Маша, что Вы можете сказать про этот череп? — Неандерталоидный. Но уж больно хорошо сохранился. — Молодец. А знаешь, откуда он? Этот череп с польского кладбища XIX века. Его я точно запомнила на всю жизнь. — Восстанавливать лицо по черепу очень популярно и дорого. Весь мир пользуется методикой ученого Михаила Герасимова. Конечно, она почти не несет никакой научной информации. И все же неофитам очень интересно посмотреть на лица тех, кто жил до нас. В России такой специалист, своеобразный «пластический хирург» Алексей Нечволода, живет в Уфе. Я не занимаюсь реконструкцией лишь оттого, что мне очень интересна наука. — У сарматов, которые жили в Волгоградской области, были медики. Мы находили черепа с очень серьезными рублеными, но зажившими травмами. В селе Перегрузное Октябрьского района раскопали останки мужчины, которому ампутировали руку по локоть. Думаю, что сарматы хорошо знали скелет человека и умели вправить вывих. Вот, правда, идеальный результат выходил не всегда. Мы поднимали скелеты с незалеченными переломами, находили кости с застрявшими в них стрелами. В моей коллекции есть ребро, в которое вонзился наконечник. Кстати, совсем недавно мы изучили черепа сарматок с самой настоящей трепанацией. Несколько аккуратных дырочек, которые сделали специальными трубками. Интересно, что отверстия сверлили уже после смерти женщин. Что общего в этих черепах? Молодые и очень богатые дамы. После смерти одна из них лежала во временном склепе — в это время над ней совершали какие-то ритуалы. Интересно, что сарматы точно знали, в каких местах нужно сверлить — мы нашли несколько пробных «насечек». Видимо древние лекари поняли, что промахнулись и быстро исправили свою ошибку. — У них почти не было кариеса — сарматы страдали лишь пародонтитом. По нашей гипотезе эта болезнь появлялась из-за переживаний. Сами понимаете, у профессиональных воинов хватало стрессов. — Население Волгоградской области было очень непостоянным — начиная с древности с заканчивая строительством крепости, на которой возник Царицын. В районе Сухой Мечетки была раскопана стоянка неандертальцев! Интересная история с эпохой бронзы — археологи нашли четыре святилища по всей Волгоградской области. Но вот что странно: в них нет ни одного следа человека. Ни одного! До Золотой Орды в наших краях скитались кочевники и пастушьи племена. — Я очень трогательно отношусь к черепам. Мне не нравится, когда с ними фотографируются или используют их для костниц. Это ведь материал, который дает мне безграничные возможности. Они приносят куда больше информации, чем обычные вещи. — Волгоградская область была обитаема далеко не всегда. После «срубников» археологи на несколько веков теряют след человека. В основном, в наши края шли мужчины — в могильниках этого времени почти не находили детей и женщин. Именно мужские переселения помогли дамам почти на целое тысячелетие сохранить свой облик. А вот мужчины начали меняться не только внешне. Поздние сарматы стали вытягивать череп и постепенно менять свои мировоззрения — посмотрите, ведь в это время они уже не хоронили людей в общих могилах. — По костям мы поняли, что сарматы, которые жили в Волгоградской области, были очень невысокого роста: мужчины не выше 160–165 сантиметров. Самые высокие дамы и вовсе вырастали до полутора метров. Они не были полными. Сами понимаете, еды у них было немного. В самые голодные времена кочевники питались кровью своей лошади, которую собирали из вскрытой жилы голени, — об этом пишут античные авторы. Иногда они смешивали просяную крупу с кровью. При вечных вылазках растолстеть на таком меню просто невозможно. Тучными могли стать лишь те немногие кочевники, которые страдали синдромом Морганьи, одним из проявлений которого было ожирение. — Узнать меню древних людей можно по состоянию их зубов. У каждой культуры были свои предпочтения. Срубники, например, увлекались говядиной. На территории их поселений нашли много костей коровы, а в сосудах остатки от просяной каши. Те, кто жил на территории Волгоградской области, пробовали коноплю, которую обнаружили почвоведы, изучая содержимое сосудов. В греческом письменном источнике написано: «Они жгли ее в кострах, дышали дымом, а потом пели и плясали». У срубников зерна наркотика находили даже в могилах маленьких детей. — Первые высокие люди появились в Волгоградской области в эпоху бронзы. Такая группа, как ямники были огромными и массивными. Представляете себе крупных тяжеловесов под два метра роста? Некоторые из них были примерно такими. — Я не могу сказать, что сарматы были страшными и совсем немиловидными. Конечно, азиаты с плоским лицом, которые жили тут во времена Золотой Орды, симпатичными нам не покажутся. Но были тут и по-настоящему красивые люди. Всех одной меркой не измеришь — ни тогда, ни сейчас. — У меня есть соседка, которая училась в медицинском университете. Однажды они с одногруппницей сели на лавочку перед подъездом и начали подписывать кости черепа. Я их увидела да как закричу: «Вы чего тут делаете? Ладно вы — медики, а я — антрополог. Старушки тут ходят. Сейчас доведете кого-нибудь до инфаркта. Ну-ка быстро домой». — В Волгоградской области не нашли ни одного черепа лилипута. Зато в наших краях жили негры — изредка они встречались тут в золотоордынскую эпоху. Арабские авторы пишут о том, что в 13 веке египетский султан обменивался подарками с нашим ханом Берке. Присылал ему черных невольниц — искусных поварих и черных невольниц — красавиц для ханского гарема. Около пяти женских черепов негроидного типа мы нашли в Селитренном Астраханской области, предполагаемой столице Золотой орды. Женские останки такого же облика мы подняли и из могильника в окрестностях нашего Царева. — В своей жизни я встречала и по-настоящему уникальные черепа. В Краснодарском крае мне принесли останки огромного мужчины, который жил во времена средней бронзы. По моим подсчетам, его рост был не меньше двух метров. Нашли его во время раскопок кургана, через который проходил трубопровод. Все работы финансировались американской компанией. Когда они увидели эти кости, то тут же написали, что на Кубани жили огромные люди ростом 2,5 метра. Для них это стало настоящим шоком. — Не думайте, при первом знакомстве я не берусь оценивать череп человека. Но некоторые особенности, которые дилетанту кажутся неважными и неинформативными, мне сразу же бросаются в глаза. Многое о человеке могут рассказать и отпечатки пальцев, и зубы. Та же монголоидная примесь необязательно проявится внешне. Я нередко замечаю в студентах яркие сочетания. Бывали случаи, когда они сдавали мне экзамен, и им попадался вопрос по характеристике антропологических типов. Спрашиваю: вы к какому типу себя относите? Сама-то ответ знаю наперед. А они, видимо, и не подозревают о своих предках. Для многих это становится настоящим откровением. — Под землей еще лежит очень многое. И я не исключаю, что завтра или послезавтра археологи найдут то, что перевернет всю науку. Можно ведь достать уникальный череп, который еще никогда не встречался на нашей территории.