V1
Погода

Сейчас+19°C

Сейчас в Волгограде

Погода+19°

переменная облачность, без осадков

ощущается как +17

0 м/c,

754мм 49%
Подробнее
USD 87,74
EUR 95,76
Животные репортаж Учитель русского языка бросила работу и влезла в кредиты, чтобы прокормить брошенных птиц

Учитель русского языка бросила работу и влезла в кредиты, чтобы прокормить брошенных птиц

Алина Ерина воспитывает двух сыновей, а также приют с двумя сотнями животных

Рассказываем, как волгоградка спасает все, что двигается — и пушистых, и пернатых, и хвостатых

— Я вообще учитель немецкого, русского языка и литературы. Потом английский преподавала и вела начальные классы. 31 августа я написала заявление и уволилась. Сейчас занимаюсь клинической психологией с детьми-инвалидами.

Рассказывая о себе, Алина Ерина деликатно опускает, что помимо основной работы воспитывает двух сыновей и почти две сотни птиц и других животных, оказавшихся в трудной жизненной ситуации. Через ее руки проходят выжившие после встречи с охотниками или живодерами зверьки, которых она ставит на ноги и по возможности и состоянию здоровья выпускает на волю.

Вот только на содержание целого реабилитационного центра с двумя сотнями пациентов женщина тратит порядка одной среднемесячной зарплаты по региону, а чтобы прокормить свой «Птичий остров», она уволилась из школы и даже влезла в кредиты.

Одни травмируют, другие лечат

К «Птичьему острову» в Волгограде не ведут мосты, туда не ходят паромы, доехать до него можно на автомобиле или общественном транспорте. А вот пушистые и пернатые пациенты в основном приезжают сюда в коробках.

По внешнему виду сложно представить, что пережили эти птицы

— Это сбитые, стрелянные сороки и грачи, — показывает один из вольеров основатель центра Алина Ерина. — Кто-то без крыла, кто-то без глаза. Одного переехала машина. Был сломан хвостовой отдел позвоночника, клюв сломан, крылья сломаны. Просто был окровавленный комок мяса.

Еноты — как дети. Всё время хотят играться и доставать друг друга

Пострадавших от воли случая или жестокости людей спасают во дворе частного дома в жилом массиве Красноармейского района. Алина Ерина расположила реабилитационный центр прямо на своем придомовом участке. Рядом с грядками и садовыми тропинками соседствуют вольеры с десятками различных видов птиц, хищников и млекопитающих.

Камеру лучше близко не подносить — уведут

Типичного городского жителя может смутить острый и резкий запах от животных и продуктов их жизнедеятельности. Но для Алины Ериной все они как свои собственные дети, которых нужно любить и принимать такими, какие они есть. Она даже рассказывает о питомцах, будто они не звери, а люди.

Это, конечно, не реактивный енот, но... вы только посмотрите на этот взгляд!

— Месяцев до шести енот — милый добрый ребенок, который пока еще никуда не дотягивается, — рассказывает волгоградка. — Потом начинается эпоха разрушений. Еноты свою любовь проявляют укусами. Не до крови, конечно, но это реально больно. Особенно они любят кусать шею сзади, а это очень чувствительное место. Да и ругать их за это нельзя, потому что кусая, он как бы поцеловал тебя. Им нравится, когда они друг друга грызут. Но не понимают, что у человека шкурка тонкая и он ласку по-другому чувствует.

Они как люди

Сейчас в реабилитационном центре более 200 пациентов, их количество постоянно меняется. Кого-то после успешного восстановления отпускают на волю, кого-то переводят в другие приюты, а кого-то отдают в добрые руки. Увы, некоторые покидают центр по причине летального исхода. А наступает он, в основном, по вине тех же людей. Пока одни сбивают птиц на трассе, стреляют в них из охотничьего ружья или живодерски используют для фотографий на пляже, другие пытаются спасти животных от верной гибели.

Многие птицы остаются инвалидами на всю жизнь...

— Есть у нас два филина-инвалида — Поночка и дедушка Фу-Бу. У Поночки перелом крыла, она к нам с области попала. Ее очень долго везли, поэтому сращивать кости было поздно уже, — огорченно вспоминает Алина Ерина. — Дедушка Фу-Бу очень старый уже. Его машина сбила, была травма позвоночника, подобрали на трассе. Он очень долго не вставал. А это вольер птичек-истеричек — луни. Тут еще ястреб-тетеревятник и орел-змееяд. Все инвалиды. Тетеревятник приехал к нам из Москвы, у него сломано крыло. Операцию сделали, крыло сохранили, но оно не летное.

...но при этом остаются такими же красавцами

Каждый день в жизни Алины и ее реабилитационного центра — как приключение. То привезут нового пациента, то кто-то сбежит, то наступает время выпускать зверька на свободу.

Орлан-белохвост по имени Степанида

— Вот орланы-белохвосты, — показывает женщина. — Однажды один из них — его зовут Треугольник — сбежал. Он выгнул каркас сетки и смог выбраться. Мы его искали долго. У него крыло сломано было, оно плохо срослось — углом. Он его сложить не может. А это Степанида — девочка. Она у нас звезда. Ее люди кормили пирожками и она долгое время думала, что она человек. Девочка Тиша у нас стрелянная с Ростовской области. Со слепым глазом — Илай. Мы его спасли от фотоживодеров, они использовали его для фотографий. А животные в это время либо забитые, либо под седативными средствами. У него глаз выбит был, плечо выломано. Когда рентген делали, врачи сказали, что перелом не природный был. Это человек сделал. Рядом сидит Лего — его сбила машина, крыло полностью ампутировано. Лего назвали — потому что его в разобранном виде буквально прислали.

А вы тоже в детстве думали, что такие только в Америке бывают?

У каждого пациента есть свое имя, которое часто связано с историей зверька или характером. Многие действительно схожи с людьми.

Время приема лекарств. Пропускать нельзя

— Это наша первая ворона — Василий. Он социопат, всех остальных ворон поубивал, поэтому живет отдельно. Вообще вороны, когда показывают свою любовь, они виляют хвостом, как собаки, — рассказала Алина. — Вот канадская перепелка Будильник. Ее пожевали собаки. Она у нас орала в четыре утра. Я и в шкаф ее закрывала, и что только не делала. Невыносимо было. Женщина появилась — замолчал. Тихий скромный будильник стал. А кукушки у нас смеются со звуком как из фильма ужасов.

Маленьким птицам приходится ютиться с соседями

А видов здесь — бесчисленное множество. За пару часов прогулки по реабилитационному центру мы узнали не один десяток новых, незнакомых обычному городскому жителю слов: пустельги, чеглоки, копчики, ястребы-перепелятники, ястребы-тетеревятники, ястребы-тювики, болотные совы, горлинки и многие другие.

Орнитология у нас — непаханое поле

Заниматься птицами Алина начала около 12 лет назад, но в целом взаимная любовь с животными у нее с самого детства.

Взрослые особи учат молодежь охоте прямо в вольере

— Первый у меня был гусь, — вспоминает Алина Ерина. — Я с птицами с детства. Сначала был сокол-пустельга, потом грач. И пошло. Я не целенаправленно их брала, а просто тянулись они ко мне ото всюду. Здесь работать надо круглосуточно. Утром проснулся, убрал вольеры, покормил, полечил.

«У нас в области нет ветеринаров-орнитологов. Ветеринары, конечно, есть. Но вы же не ходите лечить зубы к гинекологу? Здесь то же самое»

— Птиц — тысячи видов, и у каждого своя особенность, — разводит руками Алина. — Вот, к примеру, привезли к нам утку-чомгу. Что ест утка? Зернышки и корешочки. Но чомга ест рыбу, причем мелкую. А крупную не ест. И карповых ей нельзя, они не перевариваются. То есть особенностей у каждой птицы — бесконечное множество.

Алина Ерина занимается птицами уже 12 лет

Супруг волгоградки строит вольеры, подруга — учитель биологии — помогает ухаживать на животными. Иногда приходят волонтеры, но наладить эту работу пока не удается.

—Что это за огромный черный круг?!
— Улыбнись, дурень, нас фотографируют!

— У нас это поле непаханое, всему этому нужно учиться, — рассказывает основатель приюта. — И хочется развивать орнитологию. Я приходила в сельхозакадемию, предлагала проводить у нас практику, обучать веторнитологов. Мне сказали, что им это не интересно. Сейчас пытаемся с ВолГУ продвинуть эту тему, вроде пошло.

По словам Алины, крики кукушки похожи на злобный смех из фильмов ужасов

По словам волгоградки, сферы орнитологии и реабилитации птиц в России сегодня плохо развиты.

— Проблема в том, что по всей России нет разлетника для крупных хищников. Один разлетник стоит 1,5 миллиона рублей. Это огромный крытый ангар с прудом и рыбой. А еще там нужна взрослая особь, которая научит других охотиться. Сейчас идет огромная экологическая проблема — кормовая база из степей уходит. Саранчи меньше становится, сусликов, грызунов, змей. Птицам нужны огромные вольеры и реинтродукция — воспроизведение численности вида. Проблема в том, что птиц после реабилитации некуда передавать. Нет в России центров для животных-инвалидов. Поэтому у нас некоторые остаются на ПМЖ в виде экспозиции. Не зоопарка, а именно экспозиции.

А теперь умножьте на 200

Сам проект приюта появился, по словам Алины Ериной, четыре года назад, но придать ему официальный статус удалось совсем недавно.

Ворона Крякыч гоняет соседей-чаек, но живет в своей персональной спальне — на черной подушке

— Для «Птичьего острова» мы совсем недавно сделали автономную коммерческую организацию, — сообщила женщина. — Там сложностей много было. Устав надо писать — юристы требуют 30 000 рублей, а денег нет. Но раньше я просто брала, подлечила и отправила в центры в других городах.

Деньги для «Птичьего острова» — чувствительная тема. Ежемесячно на содержание центра уходит порядка одной среднемесячной зарплаты по региону. Всё это — зарплата Алины, пожертвования от неравнодушных горожан и доход от сувенирной продукции, которую изготавливает сама же основательница приюта.

Да, в «Птичьем острове» есть даже чайки

— Мы делаем сборы в группе, но основной доход — это моя зарплата и сувенирная продукция, которую мы делаем и продаем. Сейчас вот готовим метаморфных существ — больших коллекционных кукол. Грантов у нас нет.

Более 200 обитателей реабилитационного центра кормят, что называется, сбалансированно. Это вам не домашний кот, которому некоторые каждый день насыпают сухой корм, а потом удивляются песку и камням, которые появляются у питомца в различных органах.

Сыча из мемов помните? А вот так они в жизни выглядят

— 8–9 килограммов грызунов я заказываю один раз в два месяца на 30 000 рублей, — поделилась женщина. — Одна крыса, к примеру, стоит 180 рублей, мышь по 40 рублей. Это оптовые цены. Приходится чередовать, потому что это очень дорого. Мне пришлось даже кредит брать, я до сих пор его выплачиваю. Мясо берем обязательно каждые две недели на 4000 рублей. Цыплят нам, слава богу, дарят с птицефабрики. Тех, которые нестись не будут — петушков. Светлоярская фабрика их выбрасывает, к примеру. Мы пытались с ними договориться, чтобы не пропадали они, чтобы нам отдавали, но безуспешно. Фрукты и овощи летом есть, зимой покупать приходится. Насекомых в Волгограде не продают, заказываем в Москве или Ижевске — тараканов мраморных, туркменских, сверчков. Килограмм тараканов — 2500 рублей. Купленных на 12 000 рублей хватает на полтора-два месяца. Летом стараемся меньше покупать, потому что сами ловим. В общем, в месяц выходит около 40 000 рублей только на еду. А еще лекарства.

Сова-сплюшка. Да, знакомое состояние для многих...

А теперь представьте, сколько стоят различные медицинские услуги для каждого животного… Представили? Теперь послушайте Алину Ерину и умножьте на 200.

— Анализы — рентген две проекции — 1400 рублей. Онлайн-консультация веторнитолога — 5000 рублей. Сдача бактериального посева — 4500 рублей. И это каждая птица обязательно проходит, — перечисляет Алина, а потом вдруг меняет тему. — Вообще у нас сейчас в планах большой переезд. Мы нашли землю, которая подходит под наши запросы — семь гектаров. Тут места, конечно, уже нет для нас. И тогда питомцев будет намного больше.

К сожалению, не все птицы смогут вновь оказаться на воле

ПО ТЕМЕ
Лайк
LIKE0
Смех
HAPPY0
Удивление
SURPRISED0
Гнев
ANGRY0
Печаль
SAD0
Увидели опечатку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter
Комментарии
42
Читать все комментарии
ТОП 5
Мнение
«Похоже на потревоженный улей»: в Турции начались погромы. Опасно ли там находиться россиянам
Анна Голубницкая
внештатный корреспондент Городских порталов
Мнение
Слоны ходят по дорогам, папайя стоит 150 рублей. Россиянка провела отпуск на Шри-Ланке — сколько это стоит
Алена Болотова
директор по продажам 72.RU
Мнение
«Меня хватило на полгода, а потом возненавидела людей». Как я заработала на недвижимости тревожность вместо миллионов
Алиса Князева
Корреспондент VLADIVOSTOK1.RU
Мнение
Никто не хочет получать сотни тысяч рублей? Разбираемся с кадровым экспертом, почему не хватает айтишников
Ольга Новгородова
HR-директор
Мнение
Не хочешь — заставим: ответ депутату, который предложил закрепить законом статус «Глава семьи» за мужчиной
Екатерина Бормотова
Журналист оперативной редакции
Рекомендуем