Житель Волгоградской области Олег Саркисов рассказал, зачем фотографирует портреты насекомых

Вместо обычных хобби вроде рисования, езды на велосипеде или рыбалки 40-летний соцработник из Камышина Волгоградской области Олег Саркисов еще в юном возрасте решил исследовать мир насекомых. Еще ребенком он так восхитился жизнью муравьев и прочих шестиногих созданий, что пронес этот интерес через всю свою жизнь, в чем ему помогла фотокамера с мощным объективом. Поговорили с Олегом и узнали, что такого интересного может быть у насекомых, как на его хобби реагируют близкие и кто приходит на выставки фотографий шести- и восьмилапых существ. «Муравьи — настоящая находка!» Олег вспоминает, что его увлечение началось с раннего детства, когда он только начал активно исследовать окружающий мир. По его словам, экология в 90-е годы была получше, машин — поменьше, а зелени, наоборот, больше. — Потому и насекомые встречались повсеместно: одним из первых интересных объектов для моих наблюдений стали муравейники в палисаднике нашего дома, — рассказывает Олег. — Муравьи — социальные насекомые со сложной организацией, всё время чем-то заняты, куда-то спешат, для юного натуралиста — настоящая находка. Конечно, были и другие детские увлечения — догонялки, прятки, велосипеды, но насекомые всегда занимали особое место среди прочего. В это беззаботное время каждый новый день приносил маленькое интересное открытие — жизнь кипела повсюду: в лужах после дождя можно было обнаружить множество жуков-плавунцов, на даче порхали разноцветные бабочки, а мохнатые шмели жужжали у больших цветков мальвы. Самым интересным было не поймать одного из них, а понаблюдать за тем, как живут и чем занимаются эти крохотные создания. Спустя время, когда маленький Олег пошел в первый класс, он тут же стал активным посетителем библиотеки, хотя едва научился читать. — Первое время приводил в недоумение библиотекарей: почему 6-летний ребенок сидит в читальном зале над большой биологической энциклопедией, а не читает детские книжки? — вспоминает Олег. — Поэтому какое-то время пришлось читать детские книги о природе — рассказы Михаила Пришвина, Виталия Бианки, прежде чем было разрешено брать научную литературу. В то время книги о природе и животном мире были очень популярны, поэтому всё, что можно было найти в нашей библиотеке, я с удовольствием прочитывал и перечитывал снова. Так в моей жизни появилось еще одно большое увлечение — литература о животном мире. «Ее я больше не встретил…» Взрослея, Олег стал потихоньку забывать о детском увлечении. Подростком он увлекался музыкой, научился играть на гитаре, как и многие мальчишки погрузился в компьютерные игры, однако насекомые будто манили к себе. — Практически на каждой загородной прогулке я мог легко заметить где-то в траве или на дереве притаившегося жука или паука, — рассказывает Олег. — А вот фотографией насекомых увлекся уже в довольно зрелом возрасте. Покупая зеркальную фотокамеру в 30 лет, я уже точно знал, что буду снимать на нее преимущественно насекомых, так как это было давней мечтой. Разобравшись с основами макрофотографии, начал делать свои первые снимки. Можно долго ходить с камерой по лесу или полю и практически не найти ничего интересного, а порой достаточно теплым летним вечером устроиться где-нибудь под фонарем и, сидя на стуле, сделать серию хороших фотоснимков. Так Олег стал регулярно выходить на охоту, только вместо ружья у него — камера, а вместо добычи — снимки насекомых. Иногда удавалось встретить довольно редкие виды. — На свет фонаря вечером может прилететь крупная и красивая бабочка-бражник или редкий богомол эмпуза перистоусая, которого до этого момента видел только в книгах, — рассказывает Олег. — Одним из таких ярких моментов было встретить очень редкое и крохотное насекомое — мантиспу. С виду оно напоминает златоглазку, только с лапками, как у богомола. С тех пор больше ни разу мне не посчастливилось ее повстречать снова, но кто знает, может, еще и улыбнется удача! «Приходится объяснять людям, что они безвредные» Больше всего в фотоохоте на насекомых и в них самих Олегу нравится тот факт, что эту сферу невозможно изучить полностью, а значит, всегда есть место чему-то новому. — Так как насекомые — это самая многочисленная и разнообразная группа животных, насчитывается около 2 миллионов видов (это больше, чем всех остальных известных науке живых организмов!), то знать их всех практически невозможно, но это также дает возможность постоянно открывать для себя новые виды. Несмотря на такую огромную цифру, до сих пор открываются и описываются всё новые и новые виды, что также не может не радовать. Поэтому изучению насекомых можно посвятить всю жизнь, но охватить их всех всё равно не получится — настолько эта тема необъятна! И для того чтобы встретить невиданное ранее насекомое, Олегу даже необязательно выезжать за пределы Волгоградской области — настолько богата природа в регионе. Хотя приобретенные фотографом засушенные насекомые из разных стран говорят о том, что съездить в Африку или Южную Америку с фотоаппаратом он бы вряд ли отказался. — Очень часто возвращаешься с фотоохоты из уже хорошо знакомой местности, а на сделанных там фотографиях виды, про которых читаешь и узнаешь впервые, — рассказывает Олег. — Всегда есть место небольшому личному открытию, пускай и для науки уже какого-то известного вида! Даже в пределах нашей Волгоградской области есть много различных мест с характерными только для них обитателями, поэтому иногда приходится намеренно куда-то ехать, чтобы найти именно такого-то жука-усача, жужелицу или бескрылого кузнечика. «В природе всё не просто так» Недавно Олег и его увлечение доросли до фотовыставки, которая получила название «Большие портреты маленьких жучков». На выставке к Олегу подходило много любопытных детей, заинтересованных энтомологией. И хотя он сам еще не стал отцом, в своем хобби фотограф совсем не одинок. — Мое увлечение разделяет супруга, — объясняет Олег. — Ей пришлось по душе это занятие, поэтому на все вылазки с удовольствием отправляется вместе со мной и здорово помогает в поисках насекомых-фотомоделей, каждый раз удивляя меня своими интересными находками. Однажды так увлекся фотографированием муравьиного льва, что не заметил редкого богомола-эмпузу, который сидел буквально в нескольких сантиметрах от меня всё это время. Но благодаря внимательности Юлии богомол не остался без фотографии. Друзья и близкие Олега принимают его хобби и относятся с пониманием: как говорит сам любитель-энтомолог, он с детства приучил их к этому, таская домой различную живность и создавая для них аквариумы и террариумы. — Во дворе все дети знали о моем увлечении и, поймав кого-нибудь, первым делом несли мне, чтобы узнать название или просто отдать, — вспоминает Олег. — Часто приходилось объяснять даже взрослым, что жук-олень, например, — это никакой не короед, а редкий и безвредный для деревьев жук! Что не нужно истреблять всех насекомых на дачном участке и в огороде, так как среди них немало полезных, таких как хищные жужелицы, или что большие упитанные личинки в навозной куче — это личинки жука-носорога, а не майского жука, у которого личинки гораздо мельче. Но, к сожалению, зачастую люди от своей безграмотности уничтожают всё без разбора, что им попадется… Уничтожение насекомых — это действительно большая проблема людей, по мнению Олега, ведь своей целью он видит показать разнообразие природы, окрасов и форм этих созданий, а также передать знания об особенностях жизни насекомых. — Среди моих «фотомоделей» немало видов, занесенных в Красную книгу. Это связано с тем, что естественная среда их обитания подвергается постоянному воздействию со стороны человека, сельского хозяйства и других факторов, которые приводят к снижению популяции, — серьезно объясняет Олег. — А в некоторых случаях и к полному исчезновению, как это произошло, например, с одним крупным кузнечиком — степным толстуном. Этот интереснейший кузнечик приспособлен к жизни только в целинной степи со злаковым разнотравьем, которая практически полностью освоена человеком. И к великому сожалению, на территории Волгоградской области и почти всей нашей страны степной толстун считается утраченным. Остался только один небольшой кусочек нетронутой природы в Кабардино-Балкарии, где были единичные находки этого вида за последнее время.