Верховный суд отказался взыскать 90 миллионов в пользу сыновей беглого экс-депутата Госдумы Олега Михеева

Верховный суд Российской Федерации отказался рассматривать на коллегии по экономическим спорам жалобы сыновей беглого экс-депутата Государственной думы от Волгоградской области Олега Михеева — депутата прошлого созыва Волгоградской областной думы Алексея Михеева и его брата, бизнесмена Николая Михеева, поданные в рамках дела о банкротстве кредитного потребительского кооператива «Диамант». При этом Алексей Михеев утверждал, что внёс в кооператив больше 50 миллионов рублей личных сбережений, а его брат — почти 40 миллионов. Напомним, что известный бизнесмен и в недавнем прошлом депутат Государственной думы Олег Михеев обвиняется в покушении на мошенничество в особо крупном размере. По версии следствия, в 2007 году Михеев изготовил фиктивные финансовые документы о наличии лично перед ним задолженности у ОАО АКБ «Волгопромбанк». В 2011 году он организовал направление в суд иска о взыскании с ОАО «Промсвязьбанк» как правопреемника ОАО АКБ «Волгопромбанк» этой задолженности в размере 2,1 миллиарда рублей, но не смог довести это дело до конца. В 2015 году в отношении него было возбуждено дело о банкротстве. А с 2017 года и до настоящего времени он находится в розыске. В 2019 году Басманный суд Москвы заочно избрал в отношении него меру пресечения в виде ареста. Банкротство и уголовщина «Диаманта» Печальна оказалась и судьба «детища» Олега Михеева — учрежденного им кредитно-потребительского кооператива «Диамант». Дело о его банкротстве было инициировано 26 февраля 2019 года по заявлению Центробанка России. В апреле того же года арбитраж ввел в отношении кооператива процедуру наблюдения, утвердив временным управляющим Николая Микушина — члена союза «Уральская саморегулируемая организация арбитражных управляющих». А уже 15 августа 2019 суд признал КПК «Диамант» банкротом с открытием в отношении него конкурсного производства. Также в апреле прошлого года было возбуждено и уголовное дело в отношении руководства КПК «Диамант». По версии следователей управления МВД России по Волгограду, руководство кооператива привлекало деньги людей и юридических лиц под выгодную процентную ставку. При этом доходы извлекались за счет притока средств от новых вкладчиков при отсутствии инвестиционной и другой предпринимательской деятельности, связанной с использованием привлеченных денег. В мае прошлого года на расчетный счет кооператива в Волгоградском отделении ПАО «Сбербанк» следователь Юлия Титовская наложила арест с полным прекращением операций по списанию денег вплоть до момента передачи уголовного дела в суд. Он не был снят и после введения в кооперативе конкурсного производства. Такие меры понадобилось принять после того, как одна из потерпевших подала иск о взыскании с руководства кооператива ущерба в один миллион 400 тысяч рублей. Но когда конкурсный управляющий Николай Микушин попытался в суде снять арест с денег — даже ему это не удалось. Арбитраж отказал, так как требования пострадавшей не были включены в реестр требований кредиторов «Диаманта». А документов, позволяющих говорить об отсутствии необходимости в обеспечительных мерах, — постановления о прекращении уголовного дела либо приговора суда, которым разрешен вопрос о снятии ареста, — у конкурсного управляющего не было. «Личные» миллионы братьев Михеевых В Арбитражном суде Волгоградской области пояснили, что оба заявителя в Верховный суд — экс-депутат Алексей Михеев и предприниматель Николай Михеев — являются сыновьями Олега Михеева — учредителя КПК «Диамант». Этот факт был достоверно установлен еще в ходе рассмотрения дела о банкротстве их отца. Первый просил высшую судебную инстанцию страны включить в реестр требований кредиторов кооператива-должника переданные «Диаманту» личные сбережения в 50 с лишним миллионов рублей, а второй — почти на 40 миллионов рублей. Но при рассмотрении требований Николая и Алексея Михеевых суд обратил внимание, что каждый из них ссылается на похожие факты и обстоятельства. Например, каждый из них неоднократно на основании договора передавал в кассу кооператива на определенный срок свои личные деньги различными суммами, которые КПК «Диамант» обязался вернуть с процентами: Алексею — под 12–13% годовых, Николаю — под 16%. Передача денег подтверждалась квитанциями к приходному кассовому ордеру или платежными поручениями. Но могли ли братья Михеевы действительно вкладывать свои крупные сбережения в кооператив? Чтобы ответить на этот вопрос — суд исследовал финансовые возможности каждого из братьев. В материалы дела в отношении Алексея Михеева были представлены налоговые декларации по налогу, уплачиваемому в связи с применением упрощенной системы налогообложения, выписки по его счетам, сведения о доходах, получаемых в том числе и его супругой. Но, несмотря на то что доходы позволяли заявителю размещать в кооперативе денежные средства в указанном им размере, у суда возникли другие вопросы. Так, суд критически отнесся, в частности, к выпискам из кассовой книги КПК «Диамант», которые были предоставлены в качестве доказательств оприходования и отражения кооперативом движения денежных средств по кассе. По мнению суда, рядовому обывателю было бы не под силу получить из кассовой книги организации документы, свидетельствующие о расчетах за день. Это недоступно даже для члена кооператива, так как информация подобного рода считается коммерческой тайной. Во внимание были приняты также пояснения исполняющей обязанности директора КПК «Диамант» Светланы Лапиковой. — Необходимой информации за периоды, соответствующие датам подписания договоров, нет ни в следственных органах, ни в помещениях, которые ранее занимал кооператив, — заявила она. Как установил суд, истинное положение дел невозможно было бы прояснить даже с помощью бухгалтерской программы налоговой отчетности «База 1С Предприятие», поскольку ее обслуживало ООО «Ремстрой» — организация, подконтрольная семье Михеевых. А на счета кредитно-потребительского кооператива в коммерческих банках деньги на даты подписания договоров с Алексеем Михеевым не вносились. Конечно, ясность мог бы внести руководитель КПК «Диамант» Сергей Слёта, в период работы которого подписывались договоры. Если бы не одно «но»: уже два года как он объявлен в федеральный розыск. При таких обстоятельствах утверждение депутата Алексея Михеева о достаточном количестве у него финансовых средств суд посчитал «несостоятельным». Ведь в данной ситуации он фактически оказался лишен возможности сравнить представленные Алексеем Михеевым сведения с первичной документацией должника. В связи с чем не принял их «в качестве относимых и допустимых доказательств, свидетельствующих о передаче кооперативу наличных денежных средств». Свою роль сыграло и то, что в августе 2018 года Алексей Михеев как поручитель оплачивал через кассу КПК «Диамант» долги по договорам займов, которые заключались между кооперативом и обществами, подконтрольными семье Михеевых. Этот факт, считал суд, также ставит под сомнение наличие у Алексея Михеева финансов в сумме, достаточной для внесения в кассу кооператива по договорам о передаче денег. И все же с одним его требованием суд все-таки согласился. Это перечисление денег на счет должника в размере 300 тысяч рублей, подтвержденное договором с кооперативом, платежным поручением и выпиской по его счету. Доказательств возврата КПК «Диамант» денежных средств, включая проценты по договору (13 906,85 рубля), суду не представлено. Кредитная история Брату депутата Алексея Михеева Николаю Михееву повезло еще меньше — суд даже частично его требования не удовлетворил. И вот почему. Будучи предпринимателем, Николай Михеев в 2016–2018 годах делал платежи для исполнения обязательств перед контрагентами. Хотя в договорах фигурировали весьма крупные суммы — 1 200 000 рублей, 3 500 000 рублей, 12 300 000 рублей и так далее, в то же время суд не увидел информации о том, что в этот же период он снимал со своих счетов и деньги для внесения в кооператив. Считая этот момент крайне важным, суд критически отнесся и к доказательствам предпринимателя — выпискам из кассовой книги КПК «Диамант» о передаче ему денег по договорам. То есть история Николая Михеева практически один в один повторяла историю Алексея Михеева. Заинтересовали суд и другие материалы, из которых следовало, что в 2018 году Николай Михеев приобрел значительное количество объектов недвижимости. Например, в марте — строение площадью 1 333,9 кв. метра (кадастровая стоимость — 14 962 489,69 рубля), а в апреле — постройку площадью 121,2 кв. метра (кадастровая стоимость — 465 170,45 рубля). В мае он совершил две сделки, в результате которых у него появились 0,55807 доли в праве на земельный участок площадью 5170 кв. метров в Волгограде (кадастровая стоимость — 2 900 000 рублей) и еще одно строение площадью 2 301,6 кв. метра (кадастровая стоимость — 27 341 627,04 рубля). А в декабре стал владельцем земельного участка площадью 1208 кв. метров в г. Волжском (кадастровая стоимость — 1 160 296,08 рубля) и административно-производственного здания площадью 749 кв. метров (кадастровая стоимость — 5 456 634,68 рубля). Анализируя финансовые возможности Николая Михеева с учетом проведенных сделок, суд резюмировал, что приобретение столь большого количества объектов не позволяло ему передать кооперативу на договорных условиях личные 36 785 641,42 рубля. Это подтверждалось и информацией, поступившей из «Райффайзенбанка», где видно, что 13 августа 2018 года бизнесмен получил в кооперативе заем на один миллион 900 тысяч рублей под 19% годовых. А по сообщению ПАО «Сбербанк России», Николай Михеев 18 мая 2018-го взял у них кредит на три миллиона рублей. Оба взятых кредита суд расценил как недостаточность на тот момент у предпринимателя собственных денег. В связи с чем заявленные требования были признаны необоснованными. Был и еще один момент, касающийся общей суммы требований братьев Михеевых в размере 90 659 172,53 рубля. Согласно акту проверки Центробанка РФ, на который они оба ссылались, именно их займы составляли наибольший удельный вес от привлеченных кооперативом средств. У Алексея — 15,1%, у Николая — 12%. Вместе с тем анализ документов о кассовых операциях по договорам займа показал, что сразу после внесения денег непосредственно Алексеем Михеевым они оказывались не на расчетных счетах КПК «Диамант», а выдавались кассиру Елене Бакушиной. Этот факт не отрицался, кстати, Михеевыми. И это означало, по мнению судей, только одно: денежные средства выдавались кассиру не для внесения на счета кооператива. — Что касается Алексея Михеева — его требования судом первой инстанции были удовлетворены частично на сумму 313 906,85 рубля основного долга, — сообщили V1.RU в пресс-службе волгоградского арбитража. — Требование же, заявленное Николаем Михеевым в размере 39 996 120,27 рубля, судом признано необоснованным. И как следствие — не подлежащим включению в реестр требований кредиторов должника. Оба судебных акта вступили в законную силу.