Камеры для расстрелов и след Паулюса: смотрим, что скрывает в Волгограде старый тюремный замок

В самом центре Волгограда уже почти полтора века за несколькими заборами с колючей проволокой возвышается эдакое государство в государстве — комплекс зданий следственного изолятора № 1, на территории которого действуют отличные от окружающего мира законы и правила. Мир исправительной системы многогранен, но тот самый Царицынский тюремный замок — первое подобное учреждение, построенное в нашем городе, хранит не только секреты живых нарушителей закона, но и давно умерших или пропавших без вести преступников. Родство с питерскими «Крестами» До отмены крепостного права все проступки крепостного карались силами помещика. А вот после 1861 года у государства появилась потребность в местах исполнения наказаний и установлении порядка тюремного дела. В марте 1879 года в составе Министерства внутренних дел России было образовано Главное тюремное управление. Параллельно с разработкой общих норм и правил, по которым должна была работать вся исправительная система, в Европу для изучения зарубежного опыта строительства тюрем были командированы сотрудники появившегося ведомства. Среди них был и архитектор Антоний Томишко. На тот момент уроженец Чехии был первоклассным художником Российской империи и известным преподавателем архитектуры. Вернувшись из Европы, он возвел в Санкт-Петербурге знаменитые «Кресты» — одиночную тюрьму, которая позже была переведена в режим работы СИЗО, а сейчас — в исправительно-трудовую колонию. Параллельно шло возведение Царицынского тюремного замка по проекту Антония Томишко. Официальной датой его введения в строй считается 5 октября 1886 года. По историческим данным, в конце XIX века Царицынская тюрьма находилась между новым кладбищем и Ярмарочной площадью, недалеко от земской больницы. Это было колоссальное тюремное здание с изогнутым фасадом, обнесенное высокой каменной стеной. Тюрьма состояла из одного 4-этажного корпуса. Помещение в тюрьме было рассчитано на 200 человек обоих полов, камеры как одиночные, так и общие, довольно просторные. На 4-м этаже корпуса располагалась церковь Апостола Андрея Первозванного. Для женщин-арестанток были устроены хоры. После церкви располагались мужское и женское отделения; мастерские: кузнечная, слесарная, столярная, переплетная, сапожная и гильзовая; хозяйственные: кухня, пекарня, кладовая, ледник, сарай, баня, прачечная. Сзади тюрьмы была построена больница на 25 человек. Дом для начальника тюрьмы и других служителей находился вне ограды тюрьмы. В инструкции по строительству мест лишения свободы, выпущенной Главным тюремным управлением, было сказано: «Тюрьма должна быть построена прочно и удобно, но совершенно просто, без лишних украшений и роскоши, нередко допускаемых в западных государствах и столь нежелательных для России, где предстоит построить значительное количество мест заключения». — Основным принципом построения тюрем Томишко был паноптикум — пространство, где видно всё, — отмечает заведующая постоянно действующей экспозицией при региональном УФСИН Людмила Акулинина. — Основной была центральная часть, от которой расходятся корпуса. В «Крестах» таких пять. В волгоградском СИЗО два разветвления, сверху похоже на букву Y. Подземные ходы и камера Паулюса Это сейчас в СИЗО № 1 входит множество пристроек, но изначально забором был обнесен лишь «игрек». А под ним располагались не менее интересные сооружения. — У нас рядом со следственным изолятором сейчас строится котельная, — рассказал начальник СИЗО № 1 Евгений Василенко. — В прошлом году рыли фундамент, и обвалился свод одного из туннелей, которые ведут в сторону поймы реки Царицы. Поговаривают, что они были настолько габаритными, что по ним даже лошади с бричками ходили до воды, там грузили продукты на баржи. Арестованных тоже по ним водили. Сейчас они засыпаны все, конечно. Шло время, в тюрьме появились водопровод, цветник, фонтан. К 1908 году в ней работали 45 надзирателей. Пережив погром 1917 года и Гражданскую войну, в 1934 году тюрьма стала относиться к НКВД. — Говорят, что здесь были расстрельные камеры, где на месте приводили в исполнение приговоры по высшей мере наказания, — сообщил Евгений Василенко. — Но никаких документов по ним не осталось, а если и осталось, на них высший гриф секретности стоит. В годы Великой Отечественной войны здания нынешнего СИЗО пострадали наравне с остальным городом. Когда к Сталинграду подошли немецкие войска, в тюрьме в основном содержались дезертиры. После начала боев в самом городе руководство тюрьмы получило приказ эвакуировать содержащихся и надзирателей. Сначала заключенных этапировали к Волге, а затем перевезли через реку и разместили в населенном пункте Чкалово. — Исторические факты говорят о том, что после пленения Паулюса в здании ЦУМа, его держали здесь. Он находился в одной из камер подвала СИЗО, — рассказал начальник изолятора. — Но в какой, точно мы не знаем, к сожалению. Пытались найти документы, поднять архивы, но не удалось. Сотрудники учреждения отмечали, что за всё время транспортировки туда и обратно ни один арестант не пытался сбежать. После освобождения города от фашистов заключенные вернулись в камеры. Подростки смотрят телевизор, взрослые венчаются В послевоенные годы территория учреждения расширялась. Появился корпус больницы, корпуса для несовершеннолетних и женщин, хозяйственной обслуги и другие. — Официальный лимит сегодня — 592 человека, — констатирует Евгений Василенко. — Фактически сегодня 526 находятся. Каждый день цифра плавающая, но за лимиты не выходит. Ежедневное движение — от 120 до 150 человек: убытие, прибытие, суды, следственные действия. Современные технологии стали как помощниками арестантов — в части систем отопления, водоотведения, связи для общения с родственниками, так и сдерживающими элементами: контрольно-пропускная система, видеонаблюдение и дистанционное образование. — В пилотном режиме у нас работает антисуицидальная система, — рассказал начальник изолятора. — Это специальные камеры, где размещены лица, склонные к подобным вещам. В туалетах у них установлены специальные датчики. Если человек заходит внутрь и в какой-то момент перестает двигаться, система начинается отсчет. Когда слишком долго движения нет, дежурному поступает сигнал, а в камеру направляются сотрудники СИЗО, чтобы проверить, почему человек не двигается, всё ли с ним в порядке. Для тех, кто «впервые оступился», есть возможность после приговора суда остаться отбывать наказание и работать в СИЗО. — Есть такая система, при которой «первоходы», получившие в качестве наказания общий режим, могут остаться отбывать его на территории СИЗО, — рассказал Евгений Василенко. — Им нужно самим изъявить такое желание, написать заявление, которое руководство изолятора рассмотрит. Как только приговор вступит в законную силу, в течение 10 дней решается вопрос — останется человек отбывать наказание в СИЗО или отправится в колонию. Если он остается, он будет работать. Их даже называют «осужденные, оставленные в следственном изоляторе для выполнения хозяйственных работ». Получают они немного больше МРОТ. Больше всего получают повара. Вообще, в следственном изоляторе есть 35 должностей, на которые назначаются осужденные, оставленные для выполнения работ по хозяйственному обеспечению учреждения. Есть повара с медкнижками, которые готовят пищу для содержащихся, потом другими арестантами она разносится по камерам. Есть также банно-прачечный комбинат, где ежедневно стирается белье, — тоже содержащимися. Есть дворники, электрики, сантехники. На территории учреждения также есть храм, в котором даже венчаются. В год здесь проходит до 10 обрядов. Церемонию проводят по всем правилам, но без лишних вольностей — обменялись кольцами, поцеловались, кольца сняли и каждый, что называется, в свой угол. — Несовершеннолетние у нас учатся либо с преподавателями из вечерней школы, либо по видеосвязи, либо очно, — сообщил начальник СИЗО № 1. — В камерах у них обязательно стоят холодильник и телевизор. Есть комната для психологической работы, спортзал, баня. В подвале, где когда-то были расстрельные камеры, сейчас идет ремонт. Еще не решили, что там делать, но одна из ведущих идей — создать большой музей СИЗО.