«На Украину с оружием можно, а здесь — за дверь»: участник СВО заявил, что его вынуждают уволиться из-за погашенной судимости

Участник специальной военной операции из Волгограда Александр Кожемякин заявил, его вынуждают уволиться из ЧОПа, охраняющего структуры нефтегазовой отрасли, из-за запрета на обращение с огнестрельным оружием лицом, имеющим судимость. При этом он уверяет, что судимость давно погашена, а огнестрельное оружие ему доверяли в отрядах «Барс» на линии соприкосновения.

Как рассказал корреспонденту V1.RU Александр Кожемякин, его история началась в декабре 2021 года. Решением Центрального районного суда Александр Кожемякин был признан виновным в покушении на дачу взятки и получил один год условно. Через год мужчина был снят с учета уголовно-исполнительной инспекции по причине истечения испытательного срока, на основании статьи 86 УК РФ он стал считаться юридически несудимым. Незадолго до истечения испытательного срока мужчина заключил контракт с Минобороны и уехал в зону СВО. Там как лейтенант запаса он получил погоны старшего прапорщика и должность старшины. В феврале 2023 года он был уволен в запас в связи с окончанием контракта.

«Первый звоночек прозвенел уже тогда, в 2023 году, — рассказывает мужчина. — Меня вызвали в отдел кадров и предложили написать заявление „по собственному“, поскольку у меня была судимость и, следовательно, я не могу иметь лицензию на оружие. Адвокат помог составить жалобу в прокуратуру, откуда пришел ответ, что судимость у меня погашена, что никаких оснований для отказа в выдаче лицензии на оружие не имеется. От меня отстали».

В декабре 2023 года Александр Кожемякин вновь заключил контракт с Минобороны, став на линии соприкосновения помощником гранатометчика. Летом 2024 года срок контракта истек, и Александр демобилизовался и получил статус ветерана боевых действий.

На основном месте работы тем временем начались перемены. Служебное оружие заменили на боевое, на смену карабинам «Сайга» пришли автоматы Калашникова, пистолеты также заменили. Александра снова вызвали в отдел кадров.

«От меня снова потребовали уволиться, объясняя это тем, что наше охранное предприятие прошло процедуру перевооружения и вместо служебного оружия мы получаем боевое, — говорит мужчина. — А поскольку у меня судимость, то вот тебе ручка, вот тебе лист бумаги — пиши „по-собственному“. Разумеется, ничего писать я не стал, сейчас нахожусь на больничном и надеюсь, что получится отстоять свою правоту».

Представляющий интересы Александра Кожемякина адвокат Александр Насонов, в свою очередь, ссылается на иерархию в законодательстве.

«У нас в России четкая иерархия законодательства. Главный закон — Конституция Российской Федерации. За ней идут кодексы, и только после них — законы уровня ФЗ „Об оружии“. Да, в статье 13 закона „Об оружии“ действительно содержится запрет на получение лицензии на оружие лицам, имеющим судимость. Но Уголовный кодекс находится в иерархии законов выше, и он не содержит запрета владеть огнестрельным оружием, — объясняет адвокат. — Да и потом, разница между „Сайгой“ и автоматом Калашникова, равно как и между МР-71 и ПМ, мягко говоря, незначительная. Это скажет любой криминалист. Причем прокуратура первоначально ответила правильно, что кодекс главенствует над законом „Об оружии“. Да и потом, если человеку нельзя держать в руках оружие из-за судимости, как ему дали автомат в зоне СВО? Я, кстати, задавал этот вопрос. Мне ответили: „Это другое“».

Кроме того, в письме на имя генпрокурора Александра Краснова адвокат уверяет, что после очередного обращения в прокуратуру Волгоградской области доверителю пришел ответ о правомерности отказа в выдаче разрешения на нарезное оружие и, соответственно, правомерности требований работодателя.

«Мы пытались объяснить коллизию норм права и верховенство федерального кодекса над федеральным законом, но безуспешно, — говорит адвокат. — Тем более за время нахождения моего доверителя на СВО вопрос владения им нарезным оружием, как мне кажется, был полностью исчерпан».

К слову, камень преткновения кроется в статье 86 УК РФ. Адвокат ссылается на пункт, по которому у лиц, приговоренных к условному наказанию, судимость погашается после истечения испытательного срока.

Отдел лицензионно-разрешительной работы Росгвардии в своем ответе же указывает, что преступление, по которому был осужден господин Кожемякин, относится к умышленным преступлениям против интересов государственной власти, интересов государственной службы и службы в органах местного самоуправления, а следовательно, относится к категории тяжких. В этом случае судимость считается погашенной через восемь лет после отбытия наказания.

«В кодексе четко прописано, что человек, осужденный к условному лишению свободы, через год считается несудимым и полностью чистым перед законом, — объяснил правовую коллизию на условиях анонимности судья в почетной отставке. — Поэтому я настоятельно рекомендую хотя бы изредка открывать кодексы и читать их. Особенно тем, кто принимает решения и готовит ответы по обращениям заявителей».

Руководитель одного из крупнейших частных охранных предприятий Волгограда на условиях анонимности уточнил, что в рассказе господина Кожемякина видит явные противоречия и недоговоренности. Кроме того, по его мнению, сотрудник с подобной биографией может просто не соответствовать внутренней политике как самого ЧОПа, так и компании-заказчика.

«В этом деле мне не ясен один момент. „Сайга“ еще может быть служебным оружием, а вот автомат Калашникова — нет. Это оружие боевое, и ЧОП им вооружен быть не может, — объясняет собеседник. — Есть частное охранное предприятие. Есть закон „Об оружии“. Есть закон о частной охранной и детективной деятельности. И если это действительно ЧОП, а не ЧВК, то максимум они вооружены „Сайгой“. С ЧВК — вопросов нет».

По словам руководителя ЧОП, в целом у охранника может быть либо четвертый разряд и тогда он не имеет права на ношение оружия. Либо шестой разряд — с разрешением на ношение служебного оружия.

«Поэтому здесь какая-то недомолвка. При получении шестого разряда человек сначала получает справку об отсутствии судимости, потом проходит дактилоскопию, медкомиссию, обучение в школе охранников, сдает периодические проверки, — рассказывает порядок действий собеседник. — При периодической проверке ЧОП делает запрос в полицию, и судимость выявится, а отдел лицензионно-разрешительной работы не аттестует такого охранника».

«Впрочем, если у человека судимость погашена, то здесь вопросов нет. Он имеет право владеть оружием, — рассказывает мужчина. — Другое дело, что внутренняя политика ЧОП или заказчика может прямо запрещать работу на объекте судимых, вне зависимости от того, погашена она или нет. У нас, к слову, было такое, когда мы заключали контракт с одним из предприятий нефтегазового сектора. Там было прямо указано, что судимых и близко быть не должно».

V1.RU направил запрос в ЧОП, где работал мужчина, с просьбой прокомментировать ситуацию.