Женщина из Волгограда требует признать фиктивным брак пропавшего на СВО сына

Мать пропавшего без вести участника специальной военной операции на Украине Светлана хочет признать фиктивным брак между сыном Владиславом и бывшей одноклассницей Дарьей Крыловой (имя и фамилия изменены). Светлана считает, что девушка вышла замуж за бойца только ради денег, а теперь лишь дожидается признания его погибшим. Родственники супруги, напротив, заявляют, что всё было обоюдно, а Светланой движет лишь корысть и ненависть. Заложником конфликта семей оказался рожденный до брака четырехлетний мальчик, чье отцовство теперь оспаривает каждая сторона.

Владислав родился в 2001 году в Волгограде. Его мать Светлана вспоминает, что с самого детства мальчик был очень активным и хотел служить в армии.

— Он всегда мечтал быть военнослужащим. Занимался спортом постоянно, вел активный образ жизни, был вечно веселый, — вспоминает Светлана. — В детстве постоянно ездил по военно-патриотическим лагерям. Когда начались все эти события в 2022 году, он в семье постоянного говорил, что пойдет служить, защищать Родину.

С Дарьей он познакомился еще будучи подростком: на тот момент они вместе учились в школе. По версии матери Владислава, ничего сильнее юношеской «интрижки» между парнем и девушкой тогда не было.

— Насколько я знаю, она не местная, — рассказывает Светлана о Дарье. — Когда сюда переехала, не знаю, но с родителями живет здесь, в Волгограде. Они вместе учились до восьмого или девятого класса, уже не помню, если честно. У них на тот момент были детские «шуры-муры», а потом, как школу закончили, они расстались, у них жизнь разошлась и они не общались.

Спустя время со школьных экзаменов их судьбы вновь пересеклись. Тогда, по версии Светланы, и мог быть зачат ребенок, перевернувший с ног на голову отношения между партнерами.

— Я не знаю, как это получилось, но был момент, когда они пересекались друг с другом. И в тот год, когда ребенок был зачат, между ними была связь, — рассказывает Светлана. — Сын говорил, что Даша тогда встречалась и с другими парнями. Он знал об этом и, насколько мне известно, никаких серьезных отношений строить с ней не собирался. Между ними два-три дня что-то было, он потом пришел и говорил мне: «Мам, ну я же мужик, у меня там потребности свои. Она мне никто, я это понимаю. С ней ничего быть не может». После этого, спустя 9 месяцев, у нее родился ребенок.

Светлана рассказала, что она с мужем еще тогда была против их отношений. По ее версии, Дарья связывалась далеко не с самыми благонадежными и законопослушными людьми и часто попадала в неприятности, из которых ее приходилось вытаскивать.

— Я о ней была тогда нехорошего мнения. У нее была какая-то проблемная жизнь, в какие-то разборки попадала: то её, я слышала, за Волгу вывозили в багажнике, то пристрелить хотели, закопать заживо, — рассказывает мать Владислава. — Она всегда фигурировала в каких-то конфликтах и, зная меня, несколько раз обращалась ко мне, чтобы я, как взрослый человек, поговорила с ее недоброжелателями, которые ей угрожали. Один раз по телефону разъяснила, что для них это плохо закончится, а другой раз лично встречалась. Мне просто ее жалко было.

О ребенке, по воспоминаниям Светланы, Владислав узнал от Дарьи: уже тогда, по ее версии, она отрицала биологическое отцовство юноши, в чем сомневался и сам Владислав. Их отношения накалились до предела после очередного личного разговора о судьбе их пары и ребенка.

— Когда он узнал про сына, он хотел просто понять, его это ребенок или нет, сделать тест ДНК. Он не хотел с ней отношений. Он хотел наладить лишь контакт, чтобы только видеться с ребенком, но она слишком агрессивно себя вела, — рассказывает Светлана. — У них из-за этого драки были. Ужас, что происходило. Она обзывала его, унижала и ненавидела. Как-то раз он к ней пришел домой, что-то выяснить по поводу ребенка, а они там передрались, весь дом перегромили. Она мне тогда звонила на телефон и кричала: «Заберите своего сына, пусть больше ко мне не приближается». Истерила, угрожала посадить его, если он приблизится. Мы с мужем кое-как забрали его оттуда. Сын еще верил, что ребенок может быть действительно от него.

Дальнейшие попытки встретиться с ребенком, по воспоминаниям Светланы, заканчивались для Станислава драками или «стрелками» с агрессивными маргиналами, которые, как она говорит, караулили его возле дома или вылавливали на улице.

Светлана вспоминает, что эти события отразились на психологическом состоянии Владислава: он очень сильно переживал по поводу неустановленного отцовства и натянутых отношений.

— Мы его отговаривали. Я говорила: «Призовут на мобилизации — тогда пойдешь», — рассказывает Светлана. — Два раза он убегал. Первый раз в Волгограде пытался, мы его остановили. Второй раз уехал поездом, через липецкий военкомат хотел. А третий раз ему Дарья эта помогла. Нашел ее где-то, рассказал ситуацию и спрятался от нас. Это он уже потом мне рассказал, когда звонил. Говорил, что уже подписал тогда контракт и попросил у нее убежище до отправки на СВО, чтобы мы его снова не поймали.

Владислав заключил брак с Дарьей за три дня до подписания контракта — это подтверждают документы, которые есть в распоряжении редакции V1.RU. По версии Светланы, девушка решилась на это лишь после того, как узнала, что он уходит на линию соприкосновения.

— Она как узнала, что он уезжает на СВО, то начала обрабатывать его и притащила в ЗАГС, там же и вписал ребенка. Там же она ему сразу начала божиться, что и ребенок, оказывается, был его. Это после всего, что было. А парень поверил ей. Фамилию его, кстати, она тоже не взяла, а контракт забрала себе. Это он уже потом нам рассказал по телефону. Говорил, что, во-первых, сделал это из чувства эйфории, что он теперь солдат. А во-вторых, он был под алкоголем, потому что они отмечали его проводы.

Владислав отправился на линию соприкосновения в марте 2025 года — об этом рассказала его мать. Большую часть заработанных денег, по ее версии, он отправлял Дарье на содержание ребенка, пока в какой-то момент они вновь не поссорились.

— Когда он уже туда приехал, Дарья начала ему названивать без перерыва, истерики устраивала и требовала деньги. У них первое время задержки по зарплатам были, а он всё равно переводил, — рассказывает Светлана. — Не ей именно, а на ребенка. Переводил он ей всегда много, чеки мне все присылал. Со временем ей хотелось всё больше, пока он ей в один момент не сказал: «Всё, никаких денег больше не увидишь! Если хочешь — подавай на развод и алименты, будем через суд устанавливать отцовство».

Через какое-то время на аккаунт Владислава в мессенджере начали поступать голосовые сообщения. Их автор представлялся знакомым матери Дарьи, неким сержантом Олегом и угрожал отправить парня в «штурма», если он «не решит вопрос с женой».

Владислав Малыгин пропал без вести 24 сентября в ходе выполнения боевых задач в Донецкой Народной Республике — подтверждающие это документы есть в распоряжении редакции V1.RU. Его мать Светлана заявила корреспонденту, что собирается признать брак своего сына Владислава фиктивным через суд.

— Я считаю очень странным, что накануне его пропажи поступали вот эти угрозы. За всё это время с нами никаких контактов она не находила, моральной поддержки не оказывала, судьбой моего сына она не интересовалась, — заявляет Светлана. — Я считаю, что с моим сыном был заключен фиктивный брак в корыстных целях для присвоения выплат участника СВО.

При этом Светлана уточнила, что до настоящего времени не подавала заявлений в правоохранительные или следственные органы по факту угроз, поступавших ее сыну, а только собирается это сделать в ближайшем будущем.

Мама Дарьи, в свою очередь, придерживается совершенно противоположной версии взаимоотношений пары. Корреспонденту V1.RU она рассказала, что с Владиславом ее дочь общается с 14 лет. И с самого начала она была против их отношений: парня она неоднократно называла «проблемным ребенком».

— Там, конечно, было всякое. Это такой трудный подростковый период. Да и сам Владислав, вел, скажем так, образ жизни «непримерного» мальчика. И компании дурные были, и сложности. Но тем не менее вопросы все решались, — рассказывает мать Дарьи. — И я изначально была против, и потом я сколько раз против была, потому что видела, что мальчик с трудным характером и взглядом на жизнь. Но тем не менее, дочь с ним общалась. Там действительно любовь была. Она забеременела, родила ребенка в 2021 году. Ему уже 4 года, и он вылитый отец, прямо маленькая ксерокопия.

Несмотря на все конфликты, по версии женщины, последние месяцы перед отъездом на линию соприкосновения Станислав поддерживал связь с ее дочерью и внуком. Он же, как говорит мама Дарьи, и предложил дочери расписаться.

— Я в этот момент как раз находилась на отдыхе во Вьетнаме. Даша мне звонила и говорила, что Влад за ней ходит уже неделю. Хочет, чтобы они списались, потому что он уходит на СВО, — заявляет мать Дарьи. — Я ей сказала, чтобы они решали это самостоятельно. Мы от них за эти годы уже столько нахлебались. Это нездоровые были отношения, абъюзивные, деструктивные. Я была настроена на то, чтобы общение велось в нормальном поле и ребенок не был свидетелем всей этой деструктивщины.

Женщина подтвердила, что Владислав действительно переводил деньги, полученные за участие в спецоперации, на воспитание ребенка. Однако, как она заявляет, делал это «через раз».

— Делал он это, когда дочка начинала ругаться, потому что нужно было как-то содержать ребенка. Когда-то да, он сам переводил, на карту моей мамы, когда у дочки проблемы с картами были, а она уже мне переводила, а я отдавала ей. Либо непосредственно на мою карточку что-то перечислял, — заявляет мать Дарьи. — А последнее время выплат не было. Я даже больше скажу, у нас была идея подать на развод, чтобы закрыть эту тему и больше не вникать и не влезать во всё это. И кстати, дочка писала ему об этом: «Влад, давай по-хорошему. Просто мы разойдемся. Я подам на развод, потому что я так больше не могу»

На вопрос, действительно ли женщина просила некого мужчину повлиять на действия Владислава, она не ответила. Но пояснила, что в прошлом ей или ее бывшему супругу часто приходилось вмешиваться в их отношения, когда всё заходило слишком далеко.

— Я воспитываю детей, мужа у меня нет, мужчин нет. Отец дочери и старшего сына погиб в 2012 году, и мужчины, который бы заступился, нет. Есть отец младшего ребенка, с которым мы уже шесть лет не общаемся. Где-то он разговаривал с Владиславом, чтобы образумить его, — рассказывает мать Дарьи. — Потому что поведение было всякое. Отношения были нездоровые, поэтому, естественно, каждый будет пытаться защитить своего ребенка. Во многом она меня, конечно, не ставила в известность, только когда тяжелые ситуации были, как, например, когда он ее выловил на улице и сломал челюсть.

При этом мать Дарьи заявляет, что Владислав якобы неоднократно упоминал в переписках со своей супругой, что не хотел бы оставлять Светлане какие-либо выплаты. При этом она также обвиняет женщину в том, что за всё время та не участвовала в содержании или воспитании ее внука.

— Всё это время ни разу не было участия в беременности, родах и в жизни малыша со стороны его бабушки, поэтому всё лежало на моих плечах. Полностью, абсолютно всё. И ведение беременности, и предоставление жилплощади, и оформление материнского капитала. Плюс я 600 тысяч добавила, чтобы купить комнату, — заявляет мать Дарьи. — Все условия с моей стороны были созданы для благополучного воспитания ребенка. Еще я лично знаю, что он сам пришел и настоял, чтобы расписаться и признать отцовство. Он не хотел, чтобы матери там что-то доставалось. Уж не знаю, по какой причине: или обида на нее затаилась. Или еще что-то. Но это всё есть в его голосовых сообщениях.