V1
Погода

Сейчас-5°C

Сейчас в Волгограде

Погода-5°

переменная облачность, без осадков

ощущается как -12

0 м/c,

.

774мм 68%
Подробнее
USD 92,75
EUR 100,44
Работа интервью

«Работаю с телами под фильмы ужасов»: танатокосметолог — о покойных, суевериях и нечистой силе в Волгограде

Представитель уникальной профессии рассказал, зачем мертвым перед похоронами делают макияж

Андрей Маренков знает свое дело как никто другой

Вряд ли родственники любого покойного догадываются, какой путь проходит его тело перед тем, как оказаться в гробу на похоронах. А его, между прочим, и моют, и одевают, а некоторым наносят макияж и делают маникюр. В отдельных случаях покойным даже делают своеобразную пластику лица, чтобы они предстали перед скорбящими родственниками в достойном виде. Мы поговорили с эдаким стилистом для трупов из Волгограда, который честно и откровенно рассказал о тонкостях своей работы, суевериях и нечистой силе.

Из администрации рынка — на кладбище

Сразу оговоримся, что подготовкой тела именно к траурной церемонии и захоронению занимаются бальзаматоры и танатопрактики, или танатокосметологи. Первые отвечают за санитарно-гигиеническую обработку, которая делает мертвое тело безопасным для близких покойного. Вторые занимаются восстановлением тел. Если в силу обстоятельств смерти человек получил серьезные увечья, особенно на верхней части туловища и голове, задача танатокосметолога — придать мертвому достойный вид.

На протяжении последних 20 лет 90% покойных в Волгограде прошли через одни руки. Андрей Маренков, помимо принадлежности к уникальной профессии, даже в узком кругу танатокосметологов России и всего мира признан выдающимся мастером своего дела.

— В 90-х я работал в администрации Центрального рынка. С 2000 года я пошел работать в известную городскую ритуальную службу, — вспоминает Андрей Маренков. — Был я катафальщиком. Ездил хоронил людей. Забирали из морга, привозили на кладбище и закапывали. Потом произошло несчастье — в 2001 году я сломал ногу. И стал потихоньку заниматься административной работой. Был и администратором, и руководителем разных отделов. Однажды произошла такая ситуация — привезли покойного, а одеть его было некому. Ну я его помыл, одел. А потом меня интересовать стало, почему у меня возникают сложности с одеванием. К примеру, начинаю я одежду надевать на него, а у него изо рта что-то вдруг потекло. Тогда я узнал, что после вскрытия брюшная полость наполняется жидкостью. И если в морге не до конца тампонируют, бывают истечения изо рта.

Сначала Андрей Маренков научился готовить просто чистых покойных. Но, как любой «художник», со временем начал задумываться о том, как решать те или иные проблемы с телами — будь то оторванный нос или рассеченные виски.

Андрей Маренков на работе

— Когда были теракты в самолетах, в Волгоград поступило порядка 24 тел. У них у всех был один и тот же эпикриз указан — падение с высоты и ущемление деталями в фюзеляже. Меня в первую очередь поразил запах — от них пахло землей и травой. Не было вот этого смурного запаха. Как-то нейтрально пахло, несмотря на то, что их на третьи сутки привезли. Восстановить удалось только одного человека. У остальных отсутствовали многие фрагменты тела. Тогда еще я не знал, как их восстановить.

Для большинства людей трупы, с которыми работает танатокосметолог, — зрелище не из приятных. Он же видит в изуродованных трагедиями телах задачу, которую должен решить. Зачастую это происходит по глубочайшим просьбам, а иногда даже по истошным мольбам.

— Когда я еще только познавал профессию, однажды привезли мне мальчишку. Его убили. На лице были следы от биты, — рассказал танатокосметолог. — Пришлось попользоваться тональным кремом, конечно. Мне родные сказали: «Спасибо. Вы такую боль сняли». Постепенно начали обращаться люди, по просьбе которых я решал определенные проблемы с телами. Рассеченные брови, оторванный нос, всё это приходилось восстанавливать, чтобы на человека в гробу посмотреть можно было. Потом я узнал о Z-образных швах, о подкожных швах, о косметических нитях.

«Все, кто что-то достиг в этом городе за последние 20 лет, — все прошли через эти руки»

После ухода в бальзаматоры и танатокосметологи Андрея Маренкова назначили еще и руководителем службы захоронения невостребованных тел умерших. На них он, можно сказать, набил руку. Некоторые из трупов были плохо зашиты, и он брал с собой в морг иголку и учился шить. Но не просто, а красиво, в том числе подкожными швами, которых не видно.

В 2005 году Андрей Маренков поехал учиться в Москву. Там он узнал о всех видах бальзамирования, о том, как и когда каждый из них лучше применять.

Президент Королевского общества бальзаматоров Великобритании вручает диплом танатокосметолога Андрею Маренкову — 2007 год

— Перед тем как приступить к бальзамированию, нужно вообще определить, умер человек или нет, — отметил собеседник редакции. — Вот скорая приехала, констатировала смерть человека, написала сигнальный лист. А человек может находиться в состоянии летаргического сна. И представьте, что будет, если я живому буду вводить в артерию формалин. Электрический стул покажется сказкой. Поэтому нужно медицинское заключение о смерти.

Мужчина признается, что в те времена работа кипела в прямом смысле слова.

— Вот у меня спрашивают часто: «Вам не жалко этих покойников?» А я вам так скажу — в середине нулевых мы хоронили 1000–1200 человек в месяц, — вспоминает танатокосметолог. — Из них 700–900 проходили через спецотделения. Я должен в Книге рекордов Гиннесса быть по количеству обработанных тел. Я по 4 дня максимум брал отпуск, плюс в месяц у меня был всего один выходной. Вы не представляете, какой объем гробов ежегодно уходит в земли Волгограда. Это гектары. У нас практически все кладбища заполнены, там только родственные подзахоронения остались.

Зашивает тела под звуки «Восставших из ада»

Когда покойного показывают родственникам на похоронах, чаще всего видно только бюст — голову и руки. Поэтому Андрей Маренков считает, что у покойного всегда должны быть подстрижены ногти. Неважно, оплатили это или нет.

— Я считаю, что добросовестная похоронная контора это та, которая мыслит так — обратился к ним человек, значит ему остается только скорбить, — утверждает танатокосметолог. — Не решать какие-то проблемы, не нервничать. Вот ситуация: начинаю я покойника одевать, а у него нет трусов или маечки. Я просто со склада беру, одеваю, а людям потом просто выставляется счет. Не надо в 22 часа вечера звонить человеку и выяснять это. У людей горе, а я из-за каких-то трусов создаю ему неудобства. Моральное спокойствие клиента — залог успешной работы.

Рабочие инструменты бальзаматора-танатокосметолога — формалин, набор для макияжа, воск, иглы и нити

— Для нормального бальзаматора слова типа «покойник как живой лежит» — это не похвала. Мы в первую очередь работаем, чтобы создать такой образ покойного, который смягчит трагедию близких, — отметил Андрей Маренков. — Покойный не должен как живой лежать, с которым тяжело попрощаться. Он должен быть упокоен. Будто уснул, и всё. Я поэтому всегда против закрытых гробов. Почти любое тело можно восстановить. Существуют формулы, которые помогают по 1/3 части нижней челюсти воссоздать весь череп.

«Похороны — не свадьба. Второй раз не переделаешь»

Андрей Маренков признается, что никогда не испытывал страха или неприязни к трупам и похоронам. Разве что в детстве.

— Мне было лет 10, и как-то летом я загулялся. Часов в 9 вечера бегу домой, уже смеркалось, — вспоминает собеседник редакции. — Между вторым и третьим этажом натыкаюсь на гроб — бабушка у нас в подъезде умерла. Я вышел на улицу, время уже позднее, мне мама крикнула из окна: «Андрей, домой иди». Я крикнул, что боюсь. В итоге она спустилась и завела меня домой. Я шел мимо гроба, а там еще света не было в подъезде. Было страшно. Тогда я еще не знал, что окажусь к покойникам настолько близко. Также почему-то у меня никогда не было отвращения к запахам на работе. Хотя запахи там реально отвратительные бывают. Их ни словами не передашь, ни видео, хоть 28D придумают. Это смесь меди, жженого чего-то... Мы как-то на Волге отдыхали. Я иду и чувствую запах. Говорю: «Что-то сдохло здесь». Вроде ничего не видим, а тут кто-то пошел в тень пиво положил, возвращается и говорит: «Ну ты даешь. Там в натуре крыса вот такая лежит».

Неподготовленного человека рабочий процесс Андрея Маренкова может ошарашить не только сложностью трупов, которые он приводит в порядок, но и сама обстановка.

— Я любил работать ночью. И любил работать под фильмы ужасов. Вот я приходил и включал «Восставших из ада» или что-то подобное, — признается мужчина. — И под такое кино бальзамировал, зашивал. А сейчас я аудиокниги слушаю — страшные истории или мистические рассказы. Мистику люблю вообще. Бывает, болтаю с покойными. Но я не сумасшедший. Более того — был у меня перерыв в работе полуторагодовой, уволился из одной ритуальной службы и потом перешел в другую. А между этим я и таксистом успел поработать, но там кидалово сплошное, и санитаром в психиатрическом отделении больницы.

Андрей Маренков работает танатокосметологом и бальзаматором уже более 20 лет

В свое время не все знакомые Андрей Маренкова нормально относились к его профессиональной деятельности. Однажды из-за предрассудков этих людей волгоградец твердо решил перестать дарить девушкам цветы.

— Я цветы никогда и никому не дарю. Лет 20 назад я ехал к подруге на день рождения. Ей 21 год исполнялся, я купил 21 розу, — вспоминает мужчина. — Подарил, всё, повеселились, разошлись. Наутро после гулянки я снова пошел в то кафе, оно у дома было. Ну пивка попить. Захожу, всё чисто, и мои розы стоят. Я спросил у сотрудников, чего ж подруга мои розы не взяла. А мне говорят: «Она подумала, что ты их с кладбища привез». Меня это так оскорбило, что человек подумал, раз я на кладбище работаю, то цветы ворую там и дарю. После этого я никогда и никому цветы не дарил. Вместо цветов я хоть и маленькое, но золотишко какое-нибудь дарил.

Как и в любом другом деле, работа Андрея Маренкова не обходится без профессионального юмора.

— Есть такая вещь, называется аэрография, — объясняет волгоградец. — У меня когда спрашивают, что это такое, а я говорю: «Грузим покойника в вертолет и летаем. Видишь, серый вертолет летит? Делают кого-то там». Эту технологию изначально придумали в нулевых во время съемок фильма «Копи царя Соломона». Там были долгие сцены, и людям постоянно приходилось снимать грим и наносить новый. И вот придумали аэрогрим, который долго держится. Ритуальные службы подсмотрели эту практику и начали применять на покойниках.

Жизнь после смерти и споры о погребении

Андрей Маренков верит в Бога, но в церковь не ходит. А к смерти в свои 56 лет относится как к непознанному, но в то же время неизбежному.

— Я фаталист и знаю, что мы все рано или поздно умрем, — утверждает танатокосметолог. — Но в истории нет ни одного реального задокументированного случая смерти и последующего воскрешения, кроме Библии. При этом я сам человек верующий, но невоцерковленный. Мне для веры в Бога посредник не нужен, я могу молиться сам, обращаясь к нему напрямую. Находясь в брюшной полости у мамы, в животике, мы не знаем, что будет дальше. Так и сейчас в жизни мы не знаем, что будет после нее, когда наступит смерть. Оттуда еще никто не возвращался. Я, по крайней мере, таких не знаю и не слышал. Есть лишь одно, с чем приходит в этот мир и уходит из него.

«У человека есть только бирка — он пришел в роддом с биркой и ушел в морге с биркой»

По мнению танатокосметолога, только сам человек должен решать, как уйти из этого мира.

Мужчину никогда не пугали покойники. Разве что в детстве

— Способов упокоить человека существует множество, — констатирует мужчина. — Гроб в землю, кремация, есть тибетские похороны, когда тело разбивается молотками и грифы съедают. Так лам хоронят там. В Новосибирске уже давно прах прессуют в бриллианты. Свою бабушку можно носить в кулоне. Вроде бы 10 тысяч рублей всего это стоит. Кто-то в космос ампулы с прахом отправляет. Как пройдут похороны, для себя должен определять сам человек еще при жизни. И указывать это надо в завещании. Memento more, как говорится. Всегда нужно помнить о смерти и распорядиться заранее. Это как с детьми говорить о половом воспитании. В этом нет ничего страшного. Просто всё нужно сделать вовремя. Мне, например, мама сказала: «Если ты меня сожжешь, я тебя с того света прокляну». А другие, наоборот, говорят: «Меня сожгите, чтобы черви не ели».

Другой важный вопрос в церемонии прощания с покойным — реакция скорбящих. Андрей Маренков уверен, что обеспечить правильное восприятие случившейся трагедии — одна из задач танатокосметолога.

— Поминать человека надо, я за то, чтобы поминали. Я почему против закрытых гробов — родственники и близкие должны знать, что там лежит именно он, — отметил Андрей Маренков. — Когда у людей трагедия происходит — потеря близкого, мозг часто отказывается в это верить. Они говорят: «Да нет, он жив, он просто там где-то далеко, или спит, или просто пропал». А им нужно отпустить его, отпеть, упокоить, иначе можно с ума сойти. Была такая ситуация — похороны молодой красивой женщины. Попросили меня губы ей подкрасить. Принесли ее помаду, я перчатки надел, подкрасил. Стоим смотрим, и раз — меня кто-то за руку взял. Я поворачиваюсь — стоит девочка, лет четырех. Спрашивает меня: «А мама скоро проснется?» Я говорю: «Скоро, только ты себя хорошо веди». Она: «Я буду очень хорошо себя вести, и кушать буду, и всё остальное». У меня слезы навернулись.

Танатокосметолог признается, что хотел бы передать кому-нибудь свои знания. Но сейчас в глазах молодых специалистов он не видит любви к профессии и того азарта к делу, которые были у него самого. В этом он видит самую распространенную проблему всей отрасли — алчность.

— Находясь в трауре, в горе, человек потерян, это круче, чем гипноз, — утверждает мужчина. — И похоронные конторы многие говорят: «Это надо делать». И продают им ненужные услуги.

У Андрея Маренкова есть жена. И она абсолютно спокойно относится к работе супруга, а сама трудится церемониймейстером в ритуальной службе. Есть у танатокосметолога и любимая дочь.

— Дочка у меня в Москве работает на звукозаписывающей студии начальником юридического отдела, — рассказал Андрей Маренков. — Муж ее боится меня. Я как-то раз его повез на свое новое место работы. Он, когда увидел, сказал: «Я так боялся, Андрей Николаевич, что вы меня там оставите».

ПО ТЕМЕ
Лайк
LIKE0
Смех
HAPPY0
Удивление
SURPRISED0
Гнев
ANGRY0
Печаль
SAD0
Увидели опечатку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter
Комментарии
0
Пока нет ни одного комментария.
Начните обсуждение первым!
Гость
войти
ТОП 5
Рекомендуем